Люди, монументальность и осколки СССР: Россия в кадре Арсения Котова

23.03.2021

201

Автор:

Следующий герой проекта «Самара в кадре» — фотограф и автор блога про архитектуру и жизнь на пространстве бывшей Страны Советов Арсений Котов. Число подписчиков его аккаунта в инстаграм достигло 215 тысяч. Арсений родился в Самаре, но его творчество давно вышло за пределы родного города. Он путешествует по просторам бывшего СССР, документирует жизнь «после» и показывает урбанистические пейзажи, дворики, лица местных жителей, закрывшиеся заводы и ржавеющую технику. Узнали у фотографа о восприятии Родины, менталитете россиян и облике городов.

Арсений Котов жил долгое время на проспекте Ленина, ходил в школу неподалеку, учился в Самарском аэрокосмическом университете на инженера. Какое-то время он работал на заводе «Прогресс», но затем уволился. Теперь он известный фотограф, блогер и писатель, выпустивший книгу «Советские города».

По следам СССР

Первый раз фотоаппарат в руки я взял в детстве. Это был «Зенит». Было это скорее бессознательно. Серьезно увлекся фотосъемкой примерно в 22 года. Просто купил фотоаппарат для поездки за границу. Вернувшись домой, начал снимать родной город, брал технику в походы. С этого и началось мое увлечение.

Мне нравится проспект Ленина, где я очень долго жил. Тут находятся самые длинные дома в Самаре, а также примеры советского модернизма — областная библиотека и жилой 20-этажный дом по проекту архитектора Белоконя. Интересен элеватор, похожий на крепость, ЗАГС на Полевой с красивыми витражами, монумент Славы. Люблю гулять в старой части города, хотя с каждым годом всё меньше и меньше остаётся исторической застройки. Недавно я сделал фотопроект со своим другом, который живёт в избе, фотографии были опубликованы Russia beyond. Деревянный дом на Арцыбушевской достался ему от родителей. Там нет отопления и воды, и весь он разрушается. Таких зданий полно в старой Самаре.

Почему так много тлена и разрухи на фото? Не то, чтобы тема пост-апокалипсиса меня вдохновляла, но я замечаю ее вокруг себя. Бросаются в глаза контрасты. Мне кажется, что современная Россия – это уже пост-апокалипсис, это то, что построено на руинах социалистического общества. То же можно сказать и о других странах СНГ. Я много путешествовал по ним, был на Украине, в Киргизии, Казахстане. В общем посетил все союзные республики, кроме Туркмении – туда визу не дают. 

На поездки я много не трачу. Сэкономить помогает и каучсерфинг – это возможность переночевать в гостях у местных жителей бесплатно. Не всегда с комфортом, но при путешествиях с небольшим бюджетом мне не привыкать спать на полу. Иногда приходилось встречать ночь на улице, такой возможностью я пользуюсь только в тёплое время года. Например, я как-то снимал пейзаж с крыши и там же лег спать.

Перед поездкой в какое-то место я детально изучаю карту и намечаю точки с адресами. В первую очередь я ищу необычную архитектуру и советское монументальное искусство. Также смотрю промышленные зоны. Среди самых выдающихся монументов что я видел, больше всего меня поразил огромный, размером с четырехэтажный дом, бюст Ленина с вытянутой рукой на Истаравшанском водохранилище в Таджикистане. Он стоит на горе, а рядом пасутся овечки. Впечатляет монумент «Мужество» в Брестской крепости на территории Белоруссии – огромная бетонная фигура мужика, символизирующая героизм защитников Бреста. Впечатляет и наша Родина-Мать и ее аналоги в других бывших союзных республиках. Мать Украина с мечом и щитом в Киеве тоже выглядит фантастически, подобные ей монументы есть в Армении, Грузии и Таджикистане. 

Русский декаданс

Заброшенные дома – одни из самых интересных локаций. Промышленность, оставшаяся после СССР, умерла практически везде, хорошо себя чувствует, как правило, только добыча газа и нефти. Например, если в городке люди занимались добычей угля, а работы больше не стало, то место пустеет. В Узбекистане есть полузаброшенные шахтерские городки, в которых люди не хотят жить, несмотря на наличие свободных квартир. После закрытия градообразующего предприятия город утратил всякий смысл существования, и люди переезжают в более крупные города. 

В поисках интересных мест я часто смотрю, что посещают другие. На сайте urban3p публикуют фотографии и отчеты из «заброшек», среди которых встречаются настоящие жемчужины. Часто захожу туда. Интересных мне объектов много на Севере, на Дальнем Востоке. В Магаданской и Мурманской областях находятся целые заброшенные города. Народ оттуда интенсивно валит, потому что жить тяжело. Нет нормальной работы, она есть только в Москве и Санкт-Петербурге. В столице за сидение на попе в офисе получают, допустим, 100 тысяч рублей. На Севере придется вкалывать на производстве или на стройке. Это закономерно. Идет централизация, поэтому люди уезжают в крупные города. 

Недавно я вернулся из Воркуты. Это был мой второй визит, впервые я побывал там в 2016 году. Это один из немногих северных городов, куда легко добраться – туда ходит железнодорожный транспорт. Такой бюджетный вариант Норильска. Именно в Воркуте были сделаны крайние фотографии с полузаброшенным домом. Он не до конца расселен, там есть коммуникации, электричество и вода. На всю пятиэтажку живет только одна семья. Когда прорывает трубы, квартиры и подъезды порастают слоем льда и сосулек. Именно это меня привлекло. Такого полно в регионах. Кстати, с оборонной промышленностью у нас все нормально. Просто она иначе стала выглядеть. Технику, которая устаревает, обычно бросают. Странно, что ее не переплавляют. 

Кстати, в 2020 году я летал в Норильск, билеты в один конец стоили 18 тысяч рублей. Мне было жалко отдавать такие деньги, поэтому я устроился там разнорабочим на реконструкции ТЭЦ. Трудился всего неделю, даже что-то заработал. У меня была ночная смена по 12 часов 6 дней в неделю с вахтовиками. Сначала приходилось жить с каким-то зэками, которые смотрели по ночам телевизор, потом я переселился к нормальным ребятам. Вахтовики – это обычные мужики из провинции, им некуда податься в своем регионе, а на Севере можно заработать хорошие деньги. Те, кто выпивают, обычно на такой работе долго не держатся. 

Два раза был на Камчатке. Там необычные пейзажи. Например, на переднем плане стандартные хрущевки, а за ними возвышается вулкан. Вообще Север зимой меня очень впечатляет – там наметает сугробы до третьего этажа. Фантастические пейзажи, сложно описать словами. Не уступает по красоте и Кавказ — там есть скалы и ледники, ущелья, поросшие травой, а в них небольшие городки, застроенные типовыми домами, во дворах играют дети, бабушки сидят на скамеечках, и всё это посреди невероятной красоты горных пейзажей. 

Люди и места

Иногда я снимаю пожилых людей. В них я вижу отражение ушедшей эпохи, которую они строили. Все наши города, заводы, достижения науки и техники – всё это создавалось предыдущим поколением, и столь многое сегодня пришло в упадок. Вообще в России живет много людей, готовых поделиться своими историями. В Грузии я познакомился с мужчиной, который рассказал, что сбежал в эту страну, скрываясь от бандитов. Теперь он подсобный рабочий, учит грузинский язык. Как-то я жил у одной семьи в Киргизии. Они настоящие старожилы, их предки поселились в Бишкеке еще в царские времена. С кем-то я держу контакт, но это довольно тяжело, так как я посещаю примерно 50 городов за год.

Иногда у меня возникают идеи постановочных кадров. Могу попросить товарища пройти определенным образом, сесть или встать куда-нибудь, чтобы выстроить композицию. На одной фотографии я сам сижу у костра напротив мозаики, посвященной нефтепромышленности, там тоже изображен огонь. Мне важен результат, а не то, каким путем была создана работа. Есть удачные непостановочные кадры. Например, сотрудники службы доставки в Якутске были одеты как имперские штурмовики из «Звездных войн», они сидели на фоне заводских труб. Выглядело весьма необычно и комично. 

Дважды я был в Чернобыле. Хочешь сходить в небанальный поход? Этот город к твоим услугам. Путешествовал с дозиметром и старался избегать зараженных мест. Достаточно не трогать металл и не валяться на земле чтобы вернуться живым и здоровым. В квартирах в самой Припяти радиация ниже, чем в Москве. Там есть подземные источники, вода в которых вполне пригодна для питья. Однако русским там нельзя «приниматься», потому что сдадут в службу безопасности Украины, где будут задавать очень много вопросов, а потом вышлют на родину. 

В России тоже есть закрытые территориальные образования, военные города и поселения, связанные с ядерной промышленностью. Туда трудно попасть. Бывал в одном из таких мест, но оно не особо охранялось. Можно было пройти через забор. Сейчас я мечтаю посетить Новую Землю, Чукотку и Север Якутии. Там много изолированных городов, в которые сложно и дорого добираться.

Про известность

Откуда у меня такая популярность? Я не могу ответить. Instagram веду примерно 4 года. Прирост я заметил после первого года. Специально для своей популярности я ничего не делал – просто фотографировал то, что нравится, и публиковал это. Люди делились моими фотографиями, издания писали про меня статьи. В раскрутку не вкладывался, да и не занимался никогда ей. Если я делаю что-то интересное не только для себя, но и для других, люди подписываются. Сейчас 36% моей аудитории — это жители России, около 9% — украинцы, ещё по 8% — американцы и британцы, и люди из множества других стран.

Все фотографии, что я делаю, я продаю в виде принтов, так что, если вы хотите украсить свою стену фотографией, то можете заказать у меня на сайте! И в прошлом году у меня вышла первая книга Soviet cities, над которой я работал около 5 лет. В нее вошли фотографии из более чем сотни городов с самой интересной советской архитектурой.


Комментарии

0 комментариев

Комментарий появится после модерации