«Ричард III». Триумф на самарской сцене в 1962 году

Наш читатель вспоминает премьеру более чем полувековой давности.

В редакцию написал Виктор Позняк, коренной самарец, инженер-нефтяник, ныне пенсионер. Он рассказывает о спектакле «Ричард III», который он увидел в далеком 1962 году. Публикуем его письмо полностью.

— В связи со 105-летием со дня рождения бывшего главного режиссера Куйбышевского драматического театра Петра Львовича Монастырского (17 июля 1915) хочу поделиться своими воспоминаниями о поставленном им в 1962 году спектакле «Ричард III» по трагедии Уильяма Шекспира.

Попасть на премьеру было нелегко. Билеты распродали задолго до спектакля. Но мне повезло. Мои родители были заядлыми театралами. Любили нашу драму, старались не пропускать ни одной премьеры. И эту свою преданность театру передали мне. В сентябре 1962 года я учился в девятом классе. Помню, как однажды моя мама дала мне билет на спектакль «Ричард III», сказав при этом: «Позднее ты будешь гордиться тем, что видел эту постановку!»

Как она была права! С того знаменательного для меня дня прошло 58 лет, но я до сих пор помню отдельные моменты, связанные со спектаклем.

Помнится, уже на остановке «Галактионовская», куда я приехал на трамвае, стояли отдельными группками люди и спрашивали у выходящих из вагона лишний билетик. Дальше — больше. На площади Куйбышева дорогу к театру преграждали уже целые цепи желающих добыть вожделенный билет. Аналогичное происходило и перед зданием драмы. Так что приходилось буквально пробираться через толпу.

В тот вечер был аншлаг! В зале ни одного свободного места, даже на балконе.

На сцене минимум декораций. Наверху подвешена на толстых цепях грозная гильотина. Вы не поверите, но ее неимоверная тяжесть и смертельная опасность ощущались нами, зрителями, даже физически.

Программка спектакля «Ричард III» хранилась у нас дома многие годы. Потом, к сожалению, затерялась куда-то, но я помню отдельных исполнителей, занятых в тот вечер в спектакле. В главной роли Ричарда, герцога Глостера, впоследствии ставшего королем Ричардом III, был Николай Засухин. Короля Эдуарда IV играл Сергей Пономарев, его супругу, королеву Анну — Вера Ершова. Запомнился также Михаил Лазарев, игравший герцога Бэкингема.

До сих пор памятны отдельные моменты и сцены спектакля. Прежде всего — великолепная игра Засухина. В его исполнении главный герой трагедии, страшный в своем уродстве — хромой, горбатый, со скрюченной рукой, представляется то приторно льстивым, смиренным и богобоязненным, то хитрым интриганом, то безудержно алчным и неумолимо жестоким человеком. Эти личины менялись по ходу действия во имя достижения главной цели — королевской короны, трона и безграничной власти.

Хитрым и смиренным интриганом предстает Ричард в сцене, когда он, стоя у гроба убитого по его приказу Эдуарда, принца Уэльского, плача протягивает свои скрюченные пальцы к овдовевшей леди Анне и умоляет выйти за него замуж. Уверяет, что все убийства совершались только для того, чтобы добиться ее любви. И когда леди Анна в знак своего согласия принимает кольцо, выражение лица Ричарда мгновенно меняется. На наших глазах несчастный влюбленный преобразился в жестокого хищника, заполучившего свою добычу.

Расчищая путь к трону, Ричард без колебаний устраняет всех, кто только мог ему в этом помешать. Путем тонкой лжи и лести, показного смирения, подкупов и интриг, создавая временные союзы то с одним, то с другим своим потенциальным противником, он шаг за шагом приближается к своей заветной цели. Достигнув очередного промежуточного рубежа на пути к трону, Ричард без малейших колебаний устраняет своего недавнего союзника, которому ранее клялся в любви и вечной преданности. Сценически это воплощалось так. Свет на подмостках постепенно угасал, и одновременно с этим подвешенная вверху гильотина начинала свое неумолимое движение вниз. Вначале медленно, затем ускоренно падала. И когда свет в зрительном зале полностью гас, раздавался громкий и резкий удар. Далее — тишина. Очередной противник устранен.

Расчистив себе путем лести, интриг, подкупов и убийств дорогу к трону, Ричард мгновенно меняется, когда к нему приходят именитые горожане и умоляют принять корону. Теперь он предстает не жестоким царедворцем, а смиренным агнцем божьим. В его руках молитвенник, глаза устремлены к небу. Человек целиком погружен в беседу с богом и никакая земная власть ему не интересна. Он отказывается принять корону и взойти на престол. В этой великолепно сыгранной Засухиным сцене Ричард лицемерен и зловещ одновременно. Он упивается жестокой игрой, раз за разом отказывая просителям. И лишь насытившись своим триумфом, делает вид, что смиренно уступает их нижайшим просьбам и принимает корону.

Заполучив ее, Ричард выгоняет из главного зала всех своих приближенных и остается наедине с вожделенным троном. Он король! В очередной раз облик Ричарда кардинально меняется. Теперь на лице видны мрачное торжество, неукротимая алчность и жестокая ярость ко всем возможным противникам его власти!

Запомнилась концовка спектакля. Смертельно раненный король Ричард III падает, и корона, которую он заполучил путем изощренных интриг, гнусных предательств и жестоких казней, спадает с его головы и катится в направлении трона. Властитель уже не может подняться. Тем не менее он, теряя остатки последних сил, ползет к короне, лежащей у трона. Тянется к ней своими скрюченными пальцами. Тянется и не может дотянуться! В зрительном зале стоит мертвая тишина. А Ричард все тянет и тянет руку. Еще чуть-чуть. Зрители буквально привстают со своих мест. Еще немного. И… конец! Ричард умирает у подножия трона.

Раздаются гром, шквал, буря аплодисментов! Овациям нет конца. Актеров не отпускали со сцены, вызывали и вызывали. Море цветов, поздравления! Это был подлинный триумф!

Триумф всего коллектива Куйбышевского драматического театра имени А.М. Горького. Триумф его главного режиссера, постановщика спектакля «Ричард III» Петра Львовича Монастырского!

 

По теме

Добавить комментарий

Комментарий появится после модерации.

Газета

Приложение

Close