Музыкант Алексей Тилли: «Самару называли цитаделью инди-рока»

Как изменилась локальная сцена за последние 10 лет?  Разбираемся вместе с одним из самых известных городских исполнителей.

Не так давно в Самаре прошёл шоу-кейс проекта «Перемен», где молодые локальные музыканты презентовали своё творчество. На итоговом концерте выступили девять исполнителей. Многие из них стали настоящим открытием для публики. Как изменился вектор музыки? Какие современные группы стоит послушать? На эти и другие вопросы ответил один из экспертов «Перемен», ведущий и музыкант Алексей Тилли.

Алексей Тилли – музыкант, участник групп Polly wants, VLNY и Фаэтон Лассо, журналист, ведущий youtube-проекта о современной культуре «Шесть рукопожатий».

— Алексей, расскажи, где и когда ты впервые решил связать свою жизнь с музыкой?

— Это было очень давно – лет в 15-16. Тогда я начал репетировать со своей первой группой, а играть на гитаре и писать песни — лет в 11. Меня всегда завораживал мир, который открывается перед музыкантом со сцены. Суммарно я переиграл, наверное, группах в 15. В настоящее время занимаюсь сольным проектом. Снимаем клип, осенью я презентую новые песни.

— Помнишь, какой была музыкальная тусовка в Самаре лет 10 назад? Как сменился вектор музыки?

— Десять лет назад было очень интересное время. Самару в то время называли цитаделью инди-рока, потому что в регионе существовало много самобытных проектов. В своё время я писал статьи на эту тему и называл всю эту историю volga wave (поволжская волна). Не я это придумал – кажется, редактор журнал «Афиша» стал автором этого термина.

10 лет назад гремели следующие проекты: Bajinda Behind The Enemy Lines, Cheese People, On-The-Go, Twodollarsgat. Эти группы выступали на самых крутых летних фестивалях, ездили с турами по стране. Bajinda играли на главной сцене «Пикника «Афиши»», выступали вместе с Джей Джей Йохансоном, Editors, Friendly Fires и «отцом» бритпопа Ианом Брауном из The Stone Roses. On-The-Go делили сцену с Keane, Hurts, She Wants Revenge, а также ездили в туры по Европе.

Группа The Stone Roses была основана в 1983 году. Коллектив считают одними из родоначальников брит-попа.

Даже Лёва и Шура из Би-2, когда впервые послушали Bajinda Behind The Enemy Lines, сказали, что у самарских ребят задора не меньше, чем у Kasabian.

10 лет назад было совсем другое время, настроения были другими, тусовки были другими. Сейчас огромное количество очень талантливых ребят начинают что-то понимать к 22 годам и уезжают. Десять лет назад я бы не сказал, что этот тренд был так силён. В Самаре жили интересные ребята, они кайфовали от Волги, всем было хорошо, народ ходил на концерты, не было никакого снобизма. Я часто вспоминаю тусовки в «Тинькоффе», «Бумажной луне», «Олимпе», когда на концерт могло прийти человек 500. Яблоку негде было упасть.

Сейчас, безусловно, ситуация изменилась. Bajinda продолжают искать вокалиста. Cheese People трансформировались, отбросив почти 50 процентов старого состава, играют втроём и поют на русском. Ребята из On-The-Go пишут сложный и взрослый материал, выступают с симфоническим оркестром.

Также появились и новые герои. Это Шарлот,  Бабба, VLNY, проекты Бориса Бурдаева — Дева Осьминог и Ufology. 

 — Многие постоянно вспоминают 2007 год, называя это время «волшебным». Что запомнилось тебе?

Это инди-вечеринки в «Бумажной Луне», бешеная мода на нью-рейв, кислотные цвета, обилие электронного звука в аранжировках. Я отлично помню, что мои проекты активно зарождались в 2007-2008 годах. Мы много репетировали и с огромным удовольствием играли. Кстати, тогда и клубов было больше, чем сейчас. Золотое время.

— Будет ли у рок-баров вторая жизнь?

— Насколько я знаю, у нас остался единственный рок-бар «Подвал». На счет второй жизни – не знаю. Сейчас практически в каждом баре, пусть и в маленьком, проходят концерты. На задний план ушли большие клубы и концертные площадки. Людям нравятся бары.

— Ты был одним из судей проекта «Перемен», поэтому наверняка в курсе ситуации с самарской музыкальной сценой. Очень интересуют процессы, которые происходят в 2020 году.

Недавно завершился наш проект «Шесть рукопожатий» (ШР). Мы год снимали актуальных самарских музыкантов. Я выступал в роли ведущего и обо всех этих процессах разговаривал с местными ребятами. 

Я полностью согласен с позицией Сергея Шнурова, которую он озвучил в одном из первых выпусков «ВДудя». Он сказал примерно следующее: «Ребята, забудьте про гитары. Бог вам послал синтезатор». К сожалению, гитарная музыка умирает. Это факт. Перед музыкантами открывается огромное пространство для работы с электронным звучанием, синтезаторами, семплерами и тд. Поэтому вектор поменялся. Практически каждый может писать дома музыку, сидя перед монитором лэптопа. Существует огромное количество специализированного софта, не очень дорогого, он позволяет создавать продукт высокого качества. Произошла некая смена парадигмы. Уходят в прошлое репетиционные базы, студии. Всё становится локализованным. Больше появляется электронных проектов, происходит синтез живого с цифровым.

— Как развивается местная музыка и развивается ли вообще?

— Конечно развивается. Проект «Перемен» это доказывает. У нас появилось большое количество новых и интересных команд. Часть я уже назвал. Обязательно послушайте Пасадену, Капитана Коркина, Barrels. Также мне понравился проект «Зуб», про который я ранее не слышал. У группы достаточно интересный разбег от легких песен на укулеле до звуковых полотен в стиле эмбиент и шумовой электроники. Ну, а фаворитом шоукейса “Перемен” стал даркфолк проект “Тяготение”. Ребята используют в своей музыке терминвокс, а поют про мифических исполинов и темные участки человеческих сердец.

Отдельно я бы хотел сказать об андеграундной электронной сцене нашего города. У нас есть крутой лейбл Oblast, где выходят релизы самарских музыкантов, которые делают по-настоящему актуальную электронику.

— В Самаре достаточно талантливых ребят, но, кажется, очень редко кто-то набирает популярность на уровне страны. Почему так?

— Как это редко? МС Сенечка был у Урганта, Шарлот был у Урганта. VLNY уже более 5 лет катаются по всей стране, собирают тысячники. Про Бажинду и Cheese People я говорил выше, достижения Бориса Бурдаева не требуют представлений. Я не считаю, что самарская музыка редко выстреливает. По мне, так очень часто.

— Есть ли рецепт — как стать популярным не только среди своей дворовой тусовки?

— Сейчас время качественного контента. Все инструменты для этого есть: агрегаторы, чтобы продвигать музыку, сервисы, чтобы выкладывать творчество на стриминговые площадки. Надо просто заниматься своим присутствием в социальных сетях, делать качественный видеоконтент, собирать вокруг себя команду товарищей, которые хорошо делают своё дело. Если у вас есть друзья видеографы, то почему бы не делать стримы с репетиций, снимать клипы. Если есть крутые СММщики, то можно развивать паблики, запускать таргет. Можно не просто писать музыку, но и собственноручно ее продвигать. Есть крупные сообщества в соцсетях, которые бесплатно выкладывают музыку.

— У кого больше шансов «выстрелить» — рэперов, рокеров, поп-исполнителей или музыкантов, которые вообще не привязывают себя к каким-либо жанрам?

— Мне кажется, что главное делать музыку искренне, иметь собственный голос, собственное дыхание.

— Многие говорят о том, что достигают в Самаре потолка и не могут развиваться, поэтому уезжают в столицу и Санкт-Петербург. Как думаешь, эта ситуация изменится?

— Ничего подобного. В эпоху быстрого интернета абсолютно неважно, в каком городе ты находишься. Перед тобой весь мир. Яркий пример — фронтмен самарской гаражной группы Mystic Brew. Он методично списывался с организаторами концертов в Европе и арт-директорами площадок, в результате группа отправилась в большой европейский тур. Также хороший пример – ростовская группа Motorama, которая уже не первый год выступает во Франции, Испании, Мексике и т. д. Также могут поступать и самарские коллективы. Этим вопросом просто надо заниматься.

— Наверняка, ты слышал про ситуацию с Шарлотом, который объявил прямо перед выходом альбома, что лейбл Sony Music ущемляет его права, также он намекнул, что имеет из-за этого проблемы с алкоголем и запрещенными веществами. Ты согласен с тем, что лейблы-гиганты могут негативно влиять на артистов?

— Сложный вопрос. На него может ответить только сам артист. Безусловно, когда ты подписываешь договор с любым лейблом, у тебя есть обязательства, которые ты должен выполнять, например, выпускать один альбом за год. Здесь важно ответить на вопрос: «Хватит ли у меня сил? Смогу ли я выпускать по альбому в год?» Если готов, то сотрудничество будет максимально продуктивным. Лейбл будет помогать с продвижением, концертами и так далее. Это будет уже не просто творчество, а большая работа. Есть ещё другой вариант — ты относишься к музыке, как к хобби, спокойно пишешь и выпускаешь альбомы, когда тебя посещает вдохновение. 

— Без каких музыкальных фестивалей нам не обойтись?

— Важны абсолютно все. Не обойтись без «Метафеста», без «Волга-Феста». Это замечательные площадки, у которых нет музыкальных рамок. На них можно услышать и гаражный рок, и психоделию, и актуальный dj-сет в ночи, и инди-музыку. Оба фестиваля привносят в город только самое лучшее. Но естественно хочется больше проектов, историй, которые помогли бы переосмыслить новые площадки и городские территории. 

Фото: Владислав Сидоров, Андрей Сапрыкин, Полина Широкова

Метки

По теме

Добавить комментарий

Комментарий появится после модерации.

Газета

Приложение

Close