Жулье и жилье

Как обогащаются за счет сирот

Выпускники детских домов — легкая добыча. Доверчивы, к жизни не приспособлены: сами что нужно подпишут, еще и спасибо скажут. А потом оказываются на улице. Правоохранительные органы не находят за что зацепиться. Суд тоже разводит руками. С точки зрения закона все чисто, как слеза младенца. Но слезы утирают обманутые сироты. И это еще при хорошем раскладе. Иногда дело заканчивается тюрьмой. Или кладбищем…

Выпускник детдома Андрей Бардин — владелец однокомнатной квартиры на ул. Победы. Скромная «однушка» без ремонта, но жить можно. Однако переезжать сюда Андрей боится. Юридически — он собственник двух третей квартиры. Фактически — наполовину бомж.

Андрей и его брат Саша попали в детдом при живых, но непутевых родителях. Затем осиротели не только по бумагам, и в наследство им достались две комнаты в трехкомнатной квартире. Но прожили они там недолго. В компании бывших детдомовцев нашелся старший товарищ, который для сирот стал как отец родной. «Доброго» героя на тот момент звали Сергей Куй-Беда.

— У него сначала была фамилия Куй-Беда, потом Иванов, недавно я узнал, что теперь он Серов. Нам, детдомовским, он говорил, что его ищут бандиты, потому фамилии и меняет. Когда мы с братом его встретили, мы ему поверили. Вокруг него много было таких, как мы, из интерната, значит, думали мы, ему можно доверять.

Вокруг братьев тогда крутились какие-то подозрительные личности, и парни боялись, что жилье у них отберут. Именно Куй-Беда, по словам Андрея, и предложил обменять их две комнаты на «однушку». А чтобы «черные риелторы» не застигли детдомовцев на новом месте, треть квартиры оформить на него, Куй-Беду, и тогда бандиты будут иметь дело с ним.
— А когда мы на ноги встанем, он обещал свою долю нам отдать. Документов мы никаких не подписывали, верили ему на слово, — сокрушается Андрей.

Куй-Беда не торопился переписывать свою долю на братьев. Когда Андрей понял, что их обманули, между «благодетелем» и сиротой состоялся роковой разговор:

— Я потребовал, чтобы он выполнил обещание, — рассказывает молодой человек, — а он стал мне угрожать: «Я тебя на хату кину». Я перестал с ним общаться. А брат мне не верил. Они его подпаивали, за Волгу возили. Через месяц Саша погиб. Утонул, а ведь он отлично плавал.

Уголовное дело по факту гибели Александра Бардина не завели, хотя у парня оказалась сломана грудная клетка…

В начале осени Андрея Бардина неожиданно вызвали в суд. Оказалось, Куй-Беда, который уже носил фамилию Серов, подарил свою долю в квартире еще одному сироте -Павлу Елистратову. И тот намерен вселиться. А Бардин якобы его не пускает. Хотя Андрей уверяет, что Елистратова он года два не видел.

За несколько дней до решающего судебного заседания Андрей и пришел к людям, которые теперь ему помогают. Станислав Дубинин 16 лет проработал воспитателем в детдоме, теперь как общественник занимается постинтернатным сопровождением сирот. Но вся беда в том, что об этой истории он узнал слишком поздно. По его словам, это старая криминальная схема, когда продается или дарится доля квартиры, заселяются туда ребята, с которыми жить невозможно, и второй собственник вынужден продавать свои метры за бесценок.
Андрей не единственный пострадавший в этой истории. Изначально «однушка» на ул. Победы принадлежала сироте Руслану Незамутдинову. После обмена ему досталась комната, а когда Руслан попал в колонию, он и этого лишился.

А Павел Елистратов, тот самый сирота, которому подарили треть квартиры и который в итоге суд выиграл, на процесс так и не пришел, на телефонные звонки не отвечает. Председатель общественного движения по защите прав граждан «Добрый город» Елена Молодцова уверена, что вряд ли бывший детдомовец сможет воспользоваться победой:

— В договоре между Серовым и Павлом Елистратовым есть любопытный пункт номер 9: если одаряемый погибает, то его доля вновь возвращается дарителю. Павел Елистратов не думает, что он тоже сирота и с ним может бог весть что случиться. Может, например, утонуть.

— Юридически все грамотно сделано, ребята психологически обработаны, — соглашается Станислав Дубинин, — доказывать мошенничество будет очень сложно. И ведь наверняка Андрей не один такой. Он первый, кто рассказал о своей беде. Сейчас мы подняли шум, и, я уверен, многие выпускники интернатов начнут рассказывать свои истории.

Расстаться с хорошей квартирой Кате Головачевой тоже помогли «доброхоты». Правда, сама она этого не понимает. В ее медкарте запись: «умственная отсталость в стадии дебильности». Но в правах Катя не ограничена и потому после интерната осталась без присмотра. От государства получила однокомнатную квартиру в Крутых Ключах. Тогда в гости к доверчивой Кате зачастил ее знакомый по интернату Саша. У девушки накопились долги за «коммуналку», и приятель предложил ей переехать на Мехзавод — в комнату, где нет ни ванной, ни кухни. Сделку оформила риелторская контора «Управа». Кто знает, как бы развивались события дальше, если бы в ситуацию не вмешались волонтеры региональной общественной организации «Домик детства».

— Катя не способна за себя постоять, она не понимает последствий своих действий, в итоге она лишилась своей квартиры, — рассказывает Татьяна Буравова, которая взяла над девушкой шефство. — Ее знакомый сейчас все отрицает, мол, все вопросы к Кате и риелторам. А риелторы говорят: она сама все подписала, все законно.

Впрочем, случай Кати Головачевой не столь безнадежен, как ситуация Андрея Бардина. Андрей писал заявлению в полицию, но в возбуждении уголовного дела там отказали. Вернуть квартиру через суд вряд ли получится. А вот в истории Кати компетентным органом все же удалось найти зацепку.

— Мы написали заявление в прокуратуру, затем его передали в полицию, — рассказывает Татьяна. — Там обратили внимание на то, что при заключении сделки отсутствовало свидетельство о праве собственности на Катину квартиру в Крутых Ключах. Этот документ был у воспитателя, которая ее опекала, когда она еще была в 11-м училище. Можно сказать, нам повезло.

Вернуть квартиру можно будет, если Катю признают недееспособной на момент совершения сделки. Психиатры и органы опеки готовы пойти навстречу. А чтобы избежать таких ситуаций в будущем, Кате необходим ответственный опекун. Волонтеры не всегда могут находиться рядом.

Впрочем, проблему нужно решать системно. В прошлом году был принят федеральный закон, по которому сиротам отныне предоставляют жилье на условиях социального найма, а распоряжаться им они смогут только через пять лет после выхода из детдома. Считается, что этого срока будет достаточно для адаптации к взрослой жизни. Но омбудсмен Ольга Гальцова считает, что сделки с сиротскими квартирами можно обезопасить, только если их будут сопровождать нотариусы:

— Если бы нотариус, который своим имуществом несет ответственность за совершение ничтожной сделки, сопровождал куплю-продажу квартир Бардина и Головачевой, он бы не позволил сделкам состояться.

КОММЕНТАРИИ
Станислав Дубинин,
РУКОВОДИТЕЛЬ ЦЕНТРА АДАПТАЦИИ ПОСТИНТЕРНАТНОГО СОПРОВОЖДЕНИЯ РЕГИОНАЛЬНОЙ ОБЩЕСТВЕННОЙ ОРГАНИЗАЦИИ ВОЛОНТЁРОВ САМАРСКОЙ ОБЛАСТИ «ДОМИК ДЕТСТВА»:

• После выхода из интерната у них начинается эйфория: «Свобода!», которая вот так печально заканчивается. Необходимо создать алгоритм отслеживания выпускников детдомов. Беда в том, что эти дети не понимают, что такое квартира, какова ее ценность. Даже если на их пути не встретились мошенники, они часто сами ее продают, деньги разлетаются, и бывшие детдомовцы оказываются на улице. А прийти за советом не к кому.


Елена Молодцова,
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ОБЩЕСТВЕННОГО ДВИЖЕНИЯ ПО ЗАЩИТЕ ПРАВ ГРАЖДАН «ДОБРЫЙ ГОРОД»:

• Вот скоро Новый год, все поедут к сиротам с конфетами, от которых у детей уже диатез. А после такой странной заботы, после этих конфет, доставшихся даром, дети попадают в реальным мир, к которому они совершенно не готовы. Им нужна помощь, а оказать ее некому. Да, в истории Андрея Бардина сложно найти юридические зацепки, но если общество захочет, оно сможет остановить этого Куй-Беду, который вот так поступает с сиротами.

Инга Пеннер,
АВТОР И ВЕДУЩАЯ ПРОГРАММЫ «ПРИ СВОЕМ МНЕНИИ», «САМАРА — ГИС»

По теме

Добавить комментарий

Комментарий появится после модерации.

Газета

Приложение

Close