Отец и сын — бывший и нынешний сотрудники ГИБДД: Основная задача — не протоколы составлять, а снижать аварийность

02.07.2021

202

Автор: Лариса Дядякина

3 июля исполняется 85 лет со дня создания в нашей стране Госавтоинспекции. А с 18 июня 1969 года в ее структуре появились подразделения по организации движения. В настоящее время — дорожная инспекция. Именно эта служба предлагает властям решения, которые могут сделать магистрали безопаснее, ликвидировать места концентрации ДТП. 

Также она контролирует состояние дорог, соблюдение стандартов и технических норм при их проектировании, строительстве, реконструкции, ремонте и содержании. И от этого зависит безопасность на улицах. Работа в дорожной инспекции непростая, требует не только инженерных знаний, но и умения разбираться в конкретных, часто нестандартных ситуациях «на земле».     

Майор полиции Александр Чугунов — начальник отделения дорожной инспекции самарской ГИБДД. Он сегодня решает те же задачи, что и его отец в первом десятилетии XXI века. Тогда подполковник полиции Игорь Чугунов в должности заместителя начальника ГАИ города курировал организацию движения. Отец и сын рассказали «СГ» о своей службе и сравнили ситуацию на магистралях прежде и сейчас. 

В том же кабинете 

Игорь Чугунов: — Детей спрашивали, кем они хотят быть, когда вырастут. Все отвечали: космонавтами, летчиками… А я говорил, что хочу в Госавтоинспекции работать. В детстве меня интересовали машины, книги по ПДД, дорожные знаки на улицах, любил играть в погони. После школы я, хотя и был отличником, побоялся ехать в Москву, чтобы поступить в вуз по линии МВД, решил остаться в родном регионе. Узнал, что в ГАИ есть инженерные службы и устроиться туда можно с техническим образованием. Окончил автомобильный факультет политехнического института в Тольятти. В 1990 году начал работать в куйбышевской ГАИ, стажировался в ДПС. Ключевую роль в трудоустройстве сыграла срочная служба в Афганистане, которую я проходил во время обучения в вузе. 

Мои склонности к инженерной работе заметил начальник ГАИ Валерий Петрович Митрохин, и в дальнейшем я занимался организацией дорожного движения в Самаре. Несколько раз ездил в Москву на повышение квалификации, получал знания, которых не хватало, продвигался по службе, дошел до замначальника ГАИ. В 2008 году уволился. Сейчас сын продолжает дело, которому я отдал столько лет. Штурвал в надежных руках. Так совпало, Александр работает в том же кабинете, что и я тогда. 

Александр Чугунов: — Я мечтал работать в ГИБДД, как отец. В детстве он брал меня на мероприятия, я участвовал в конкурсе «Безопасное колесо», интересовался автомобилями, ПДД. В школе учился не очень хорошо, откровенно сказать, был разгильдяем. Но в самарском областном лицее-интернате милиции, куда поступил после девятого класса, повзрослел. Форма, дисциплина, сплоченный коллектив сильно повлияли на меня. Далее — обучение в самарском филиале Саратовского юридического института МВД РФ. А после его закрытия — в Волгоградской академии МВД. Учился на следователя, а мысли были только о ГАИ. В 2012 году начал службу инспектором специализированного батальона ДПС областной ГИБДД. 

В 2019-м меня назначили начальником отделения дорожной инспекции городской Госавтоинспекции, где я ранее работал несколько месяцев и откуда перевелся в управление ГИБДД региона. Те, кто не знают меня и нашу семью, могут сказать, что отец продвигает сына по службе. Но это не так, он не влияет. Я получил назначение, меня поставили перед фактом, а мы, люди при погонах, должны выполнять поставленные задачи. И, оказавшись в бывшем кабинете отца, я понял, что история повторяется. Приятно, что достиг приблизительно того же уровня в работе, что и он. 

Современные технологии 

И. Ч. — Мы считали, что нагрузка на нас — колоссальная. Было много рутины, графики по статистике ДТП рисовали от руки. Данные сводок вписывали в карточки и помещали в деревянный ящик в алфавитном порядке по названию улиц, чтобы провести анализ аварийности. А вот обращений, жалоб от жителей в ГАИ было значительно меньше, чем сейчас. Тогда нужно было идти на почту, покупать конверт, отправлять письмо. 

А. Ч. — Развитие современных технологий изменило работу дорожной инспекции. У нас есть интерактивная карта, где отображаются места ДТП, собирать информацию и анализировать ее проще. С начала года в дорожную инспекцию поступило более 800 обращений граждан через интернет-ресурсы. Каждое нужно рассмотреть, подготовить ответ. В отделении, которое я возглавляю, 20 человек, и нагрузка на них серьезная. 

Часто мы дискутируем с отцом. Он спрашивает, почему так сделали, а почему это не сделали. Понимаю, что мы говорим о разных вещах. Я объясняю, что изменились требования. В каждое время свои сложности, плюсы и минусы, нельзя сказать, когда хорошо, а когда плохо. Иногда нас вместе зовут на совещания, хотят мнение отца услышать. 

И. Ч. — Александр часто обращается за советом. Обсуждаем, иногда спорим.  

Спасать жизни

И. Ч. — Смотрю на результаты своего труда, и душа радуется. Мы внедрили реверсивное движение на Московском шоссе, убедили власти, что это благо. Тогда были впереди всей России, обогнали амбициозных казанцев. 

Убрав остановку общественного транспорта «Ботанический сад», которая тогда располагалась прямо у кольца с улицей Авроры, мы спасли десятки жизней. Здесь часто сбивали пешеходов, каждый год погибало до шести человек. Анализируя аварийность, я размышлял, что на этом участке делают люди, почему перебегают проезжую часть в неположенном месте. Жилого сектора рядом нет, только ботанический сад и заправка. Я сидел на остановке несколько дней и на листочке отмечал, куда идут пешеходы. Оказалось, они использовали эту остановку как пересадочный пункт. Например, автобус следует по Московскому шоссе, а им нужно на транспорт, который двигается по Авроре. Люди выходят на «Ботаническом саду» и перебегают через дорогу на остановку на противоположной стороне, чтобы попасть на другой автобус. 

Когда я предложил убрать остановку, мне сказали: «Как? Вы что? Это исторически сложилось». Но такие же пересадки можно сделать на автовокзале, Авроре и Революционной, где есть светофоры. Было столько жалоб! Какой нехороший человек принял это решение? Да, я, зато мы сохраним жизни. Остановку убрали — и ноль погибших. Понимаю, никто не оценил, сколько я спас людей, скольким сохранил здоровье. Но мне достаточно простого удовлетворения от работы.     

Еще по моему предложению улицу Врубеля у Московского шоссе сделали односторонней. На перекрестке из-за левого поворота была такая суета, пробка. А потом и на Московском пошли свободно, и с Врубеля стали выезжать в три ряда, и Аврору удалось разгрузить.     

Изменения в организации движения происходят болезненно. Всегда есть противники: народ привык, а в суть не вникают. Нужно перетерпеть критику, и в итоге всем будет безопасно и удобно. 

А. Ч. — Это не меняется в нашей работе. Таких примеров много. Я настоял, чтобы в марте 2020 года на Южном шоссе ограничили разрешенную скорость до 40 км/ч. Сколько я слышал критики в свой адрес! Всех волновало, что их нарушения — превышение скорости — фиксируют камеры и водители получают штрафы. Но Южное шоссе не уходило из наших сводок. В 2019 году на участке от моста через реку Самару до кольца с Уральским шоссе произошло 12 ДТП, в которых четыре человека погибли и 22 получили травмы. Основной вид аварий — выезд на полосу встречного движения. Во всех случаях мы фиксировали дефект дорожного полотна — колейность. Со временем автомобилисты привыкли к ограничению скорости, и с момента его введения на Южном зафиксировано одно ДТП с пострадавшими. Девушка по неопытности допустила опрокидывание машины. В настоящее время городские власти ремонтируют Южное шоссе, также здесь установят разделительное ограждение, чтобы исключить столкновения на встречке.  

На Ново-Вокзальной запретили левый поворот на проспект Карла Маркса. В первое время было неудобно, но аварийность упала. На перекрестке Юных Пионеров и Краснодонской, где нет интенсивного движения, в 2019 году зарегистрировано восемь ДТП с пострадавшими. Построили искусственную дорожную неровность, и проблема исчезла. Поэтому, как бы критично ни относились к переменам на дорогах, они происходят во благо.  

Добрые перемены

А. Ч. — Основная задача Госавтоинспекции — не протоколы составлять, а снижать аварийность. Для этого нужно в том числе ликвидировать места концентрации ДТП, устранять причины и условия их совершения. На одних участках необходимо установить дорожные знаки, нанести разметку, обустроить пешеходные переходы, скорректировать режим работы светофоров, дополнить их секциями для поворотов направо или налево и так далее. На других нужны более масштабные работы — ремонт и реконструкция дорог. 

Мы предлагаем властям мероприятия, которые могут снизить аварийность. Они направляют значительные средства на повышение безопасности дорожного движения, прислушиваются. Большое внимание теме уделяет первый заместитель главы Самары Владимир Андреевич Василенко. На этот год по профильной муниципальной программе — более 121 млн рублей. Плюс софинансирование из федерального бюджета, по национальному проекту «Безопасные качественные дороги». У ГИБДД много предложений, они не умещаются в эти суммы, реализуем мероприятия поэтапно. Все больше дорог с разметкой из пластика, улучшается состояние магистралей, строят новые развязки. Становится меньше аварийно-опасных участков. В 2018-м их было 59, в 2019-м — 38, в 2020-м — уже 24. Чем больше возможностей для решения задач, тем интереснее работать. Вспомните, в начале 2000-х центральные улицы — в выбоинах, и, наверное, тогда бы нас не поняли, почему мы поднимаем вопрос о разметке.     

И. Ч. — Разметка положена на всех дорогах. Раньше ее наносили только на основных магистралях и к 1 сентября у школ. Большинство улиц никогда не видели разметки. Каждый год меня спрашивали, сколько нужно средств, чтобы все дороги охватить разметкой. Я считал, а в ответ — удивление: «Разве можно столько? У нас здравоохранение, ветхое жилье…». В итоге закладывали в бюджете ту же сумму, что и в прошлом году. В настоящее время разметка есть почти везде, например, и в Зубчаниновке, о которой в мое время не вспоминали. 

Мы пытались что-то делать на имеющиеся средства, а их не хватало. Предлагали мероприятия, а власти ставили их в очередь на какой-то год. Старые светофоры — это еще дорожные контроллеры УК-2 — постоянно ломались. Чуть вода попала — замыкание. В то время обслуживание светофоров в основном заключалось в замене лампочек. Сейчас они светодиодные, умные, с гибким изменением режимов работы, множеством фаз. Идет реконструкция улично-дорожной сети, внедряются новые средства организации движения, на перекрестках появляются выделенные полосы для поворота направо, пешеходные ограждения у светофоров — обязательно. Машин становится больше, но с задачами — поддерживать движение и снижать аварийность — справляются.  

Редкая специальность

А. Ч. — Инженерная специальность — редкая в ГИБДД. Нужно ориентироваться в большом количестве ГОСТов, технических документов. Это множество требований, начиная от правил установки бордюров до устройства ливневой канализации. На других должностях руководствуются несколькими приказами и КоАП РФ — нормы изучить нетрудно. В дорожной инспекции все знать невозможно, постоянно с опытом открываешь нечто новое. Например, возникает вопрос по освещению, берешь соответствующий ГОСТ, а в нем отсылка к стандартам по обустройству автодорог. И только проштудировав оба документа, видишь мысль, которую заложили разработчики. Когда я что-то недопонимаю, стараюсь разобраться досконально. Сейчас обучаюсь по профилю в аспирантуре.   

Коллеги говорят: я, если отправляюсь куда-то, обязательно нахожу «приключения». Дело в том, что не могу проехать на патрульном автомобиле мимо каких-то событий. Всегда остановлю нарушителя, проведу профилактическую беседу, при необходимости составлю административный материал. Отправился на совещание, а привез обратно протокол. Хотя моя должность не предполагает акцентировать внимание на нарушениях водителей. Не проеду мимо машины с открытым капотом, всегда предложу помощь.   

Подрастает смена

И. Ч. — Сейчас я работаю заместителем начальника отдела потребительского рынка, услуг и защиты прав потребителей администрации Кировского района, преподаю теорию в автошколе. Много времени провожу с внуком, четырехлетним сыном Александра Даниилом. 

А. Ч. — Дедушка погружает Даниила в тему. Он знает номера некоторых дорожных знаков, издалека отличает машину Госавтоинспекции. Если маячок красный и синий, то ГИБДД, если синий и синий, то другая служба. Бывают курьезные ситуации. Как-то Даниил увидел, что на перекрестке Владимирской и Коммунистической на пешеходном переходе погнули знак, и сказал мне: нужно передать информацию мастерам. Я поручил сотруднику связаться с обслуживающей организацией, но тот закрутился и не сделал этого. Через два дня Даниил опять говорит об этом знаке. Я спрашиваю сотрудника: «Долго ребенок будет мне замечания делать?». Подчиненные улыбаются: еще один организатор движения растет.    


Читайте также:

Комментарии

0 комментариев

Комментарий появится после модерации