Тайны запасной столицы. Смерть шпионам. Часть 1

29.11.2020

277

Автор: Татьяна Гриднева

Террористы, диверсанты и предатели в тыловом Куйбышеве.

С каждым годом рассекречивается все больше документов времен Великой Отечественной войны. И жизнь Куйбышева той поры предстает перед нами в новых красках. Жители тылового города не подозревали, что он находился в большой опасности. Выйдя на Волгу, фашисты готовились к его захвату. Только победа в Сталинградской битве отвела эту угрозу. А между тем на территорию области сбрасывались группы террористов, засылались шпионы, вражеские самолеты делали снимки оборонных объектов. Им противодействовали органы государственной безопасности и контрразведка. В недавно рассекреченных документах из архивов ФСБ по этому поводу можно найти много интересного.

Усиление местного НКВД

Вместе с посольствами в Куйбышев были откомандированы штат работников Наркомата иностранных дел СССР и чекисты — около 400 человек из состава 2-го Главного управления НКВД СССР во главе с заместителем начальника управления полковником госбезопасности Борисом Бутенко. 28 июля 1941 года Наркомат боеприпасов и Всесоюзный комитет по делам высшей школы при СНК СССР издали приказ о временном закрытии Куйбышевского индустриального (политехнического) института. Все помещения вуза были переданы особой группе НКВД, а сам институт осенью 1941 начал работать в помещении школы №6.

В переполненном различной публикой и иностранцами городе дел хватало и местным, и столичным чекистам. Помимо наблюдений за служащими посольств, иностранными журналистами приходилось предпринимать небывалые по своим объемам действия по защите оборонных объектов, пресекать контакты имеющих доступ к секретной технологии работников с подозрительными личностями.

Опасность с воздуха

Но, пожалуй, самыми опасными были операции по задержанию сбрасываемых с воздуха диверсантов. По подсчетам куйбышевских чекистов, всего было сброшено 14 вооруженных групп. Эти сведения не разглашались, чтобы не сеять панику среди населения. Однако сохранились свидетельства очевидцев, в том числе приемных детей Александры Деревской. Семья, принявшая на воспитание двадцать ребят из блокадного Ленинграла, жила недалеко от нефтяного прииска в Яблоневом овраге. В их дом зашли вооруженные фашисты, говорившие на ломаном русском языке, попытались запугать мать и сделать ее своим осведомителем. Но Александра Аврамовна, прошедшая гражданскую войну, была не робкого десятка.

Она сразу же подняла тревогу, и диверсанты были арестованы. Об этом случае «СГ» рассказывала в своих публикациях, посвященных Деревским.

Чаще всего, как свидетельствуют архивы, на Самарскую луку забрасывались бывшие военнопленные, согласившиеся сотрудничать с немцами и прошедшие обучение в специальных диверсионных школах.

По пути предательства

В папке с рассекреченными делами за 1942 год, хранящейся в архиве УФСБ по Самарской области, есть отчеты о задержании двух групп диверсантов. Это парашютисты под командованием бывших советских офицеров Евстюнина и Викторова. Первая была обнаружена в начале марта 1942 года, вторая — в октябре того же года. При задержании первой группы, состоявшей из трех человек, были изъяты три немецких пистолета, один пулемет Дегтярева, две винтовки, 10 гранат, 20 килограммов тола, 120 метров бикфордова шнура, 100 взрывных капсюлей, аппарат для подслушивания, рация.

Во время допросов предатели признались, что получили задание осуществить диверсионные акты на железной дороге и организовать повстанческие группы, которые помогали бы наступавшим гитлеровцам, действуя в тылу.

Путь, который прошли бывшие красноармейцы, был типичным для предателей: содержались в лагере для военнопленных в Риге, в декабре 1941 года были завербованы немецкой разведкой и прошли обучение в специальной школе в местечке Виацати. Затем их перебросили в оккупированный фашистами Смоленск и оттуда самолетом доставили в тыл. В наличии были и фиктивные документы, по которым шпионы должны были легализоваться в Поволжье.

Вторая группа тоже прибыла со смоленского аэродрома на десятиместном двухмоторном самолете. Предатели прошли подготовку в Восточной Польше, близ Люблина, в спецшколе, организованной в поместье графа Замойского.

Из книги полковника ФСБ Сергея Хумарьяна «Разведка и контрразведка: лица одной медали»:

«Особенно напряженным для самарских чекистов был второй год войны: в марте 1942 года немецкая военная разведка «Абвер», возглавляемая адмиралом Канарисом, создала специальный разведорган «Унтернеймен Цеппелин», который занимался подбором, подготовкой и заброской в глубокий тыл нашей страны разведывательно-диверсионных групп… В нашу область фашисты забросили на парашютах 14 таких групп»

Операция «Кустарник»

Однако не все из бывших военнопленных решили служить захватчикам. Некоторые сами выходили на чекистов, признаваясь в содеянном и поясняя, что согласились обучаться в диверсионных школах с целью избежать смерти. Из перевербованных НКВД бывших диверсантов создали группу, успешно проводившую радиоигру с передачей в «Абвер» информации, выгодной для советского командования.

Операция по дезинформации противника получила название «Кустарник». Соблюдалась строгая секретность: о работе «вражеского» передатчика в районе Сызрани не знали даже наши пеленгаторные группы. Радиоигру возглавил начальник Сызранского горотдела НКВД Сергей Туляков, а «дирижировал» исполнителями капитан Фортунат Козик. Общее руководство операцией осуществляли их московские коллеги.

Благодаря тому, что гитлеровцы поверили в истинность передаваемых из Сызрани данных, они просмотрели сосредоточение под Сталинградом мощной группировки советских войск, что сыграло большую роль в организации их разгрома на Волге. Передаваемая радистами Тулякова «деза» помогла уберечь от опасности наш город и стратегически важные объекты, которые были намечены фашистами для уничтожения: мосты, заводы, транспортные узлы.

По результатам работы куйбышевских чекистов с диверсантами были точно определены места расположения диверсионных школ на территории Польши. Наша авиация стерла их с лица земли. Недавно стало известно, что в группе куйбышевских радистов работал и советский разведчик Вильям Фишер, который в будущем прославится под именем своего погибшего друга Рудольфа Абеля.

Адмирал Вильгельм Франц Канарис, руководитель «Абвера»:

«Надо заметить, что мы не выполнили поставленные перед нами задачи. Это зависело не от плохой агентурной работы немцев, а от высоко поставленной работы русских, от хорошей бдительности не только военнослужащих, но и гражданского населения».

Продолжение следует.

Читайте также:

Проекты

Прокуроры Самарского края: легендарные личности и громкие дела. Часть 3

Продолжаем рассказывать истории о сотрудниках надзорного органа

Проекты

Исторические версии. Легендарные сотрудники и громкие дела самарской прокуратуры

Под надзором сотрудников ведомства всегда находились оборонная и космическая отрасли

Комментарии

0 комментариев

Комментарий появится после модерации