Читаем «Чайку». В Самарском художественном театре пройдет премьера пьесы Чехова

Мы успели побывать на предпоказе еще в апреле.

В апреле этого года Самарский художественный театр устроил предпоказ спектакля «Чайка». К сожалению, широкому зрителю увидеть его так и не удалось — из-за пандемии остановилась работа всех культурных заведений. Но культурная жизнь потихоньку выходит из спячки, а премьера пройдет 22, 23 и 24 сентября. Рассказываем о новом спектакле. Примечательно, что роль Сорина исполнит заслуженный артист России, народный артист Самарской области Олег Белов

Театр «Витражи» три года назад сменил и название — теперь он Самарский художественный театр, и художественного руководителя — ныне его возглавляет московский режиссер Павел Карташев. В репертуаре появились пьесы по классической («Бесприданница» Александра Островского) и современной драматургии («Миллиард» по пьесе «Дурачок» Алекса фон Бьёрклунда и «Чемоданчик» Юрия Полякова).

Следующим названием в афише стала чеховская «Чайка». Одна из самых популярных пьес отечественного репертуара идет уже на двух сценах нашего города: в театре «Самарская площадь» (постановщик Евгений Дробышев) и «СамАрт» (Анатолий Праудин). По словам Карташева, он шел к этому спектаклю давно и целенаправленно:

— Есть пьесы, которые режиссеры ставят часто. Это некая история, которая живет внутри них. Андрей Гончаров четыре раза ставил «Бег», Леонид Хейфиц — пять раз «Вишневый сад», Роберт Стуруа — пять раз «Гамлета». Какая-то есть недосказанность. После первого моего спектакля по этой пьесе мысли не оставляли меня. И нужно было ее поставить, чтобы освободиться от той информации, которую я накопил внутри.

На прошедшем незадолго до введения режима изоляции закрытом предпоказе «Чайки» было видно, что главное накопленное внутри постановщика — это огромная любовь к произведению. Карташев трепетно и дословно переносит на сцену текст чеховской пьесы (правда, не общеизвестный, а первую редакцию).

То же бережное отношение прививает он и актерам. Показ проходит на расстоянии вытянутой руки — спектакль стал первой постановкой в формате камерного театра, где сцена и зал являются единым замкнутым пространством, рассчитанным на 108 зрителей.

Эта близость создает теплую, почти семейную атмосферу. Может быть, поэтому и персонажи кажутся более приятными, почти родными. Аркадина в исполнении Аллы Набоковой — милая, заботливая женщина, к несчастью, подчиненная воле своих женских капризов. Нина Заречная Анны Калгановой — не алчная до славы хищница, а сияющая энергией молодости, влюбленная во всех вокруг девушка. Тригорин Дмитрия Давыдова — по-клоунски легкомысленный, не от мира сего творец. Треплев Сергея Иванова – восторженный, пылкий юноша, жаждущий щедро делиться своими талантами с миром.

Неожиданно интересной оказывается пара, обычно отодвинутая в постановках «Чайки» на второй план. Маша в исполнении Анны Марковой — не унылое надоедливое существо, преследующее Треплева, а яркая и бойкая девушка (и почему только ее не замечает Константин?), к сожалению, волею судьбы попавшая в ловушку несчастной любви. Актриса делает образ очень живым, нестандартным, местами даже забавным. Ее партнер Медведенко в исполнении Никиты Попова также отличается от привычного образа безликого зануды, занятого лишь подсчетом своих и чужих денег. Его чувство к Маше прописано на сцене нежно и трогательно, а за их взаимоотношениями — чередой взаимных атак и отступлений — наблюдать очень занимательно.

Есть и более традиционные образы: алчный шутник управляющий Шамраев (Роман Поляков), его измученная несчастной любовью к Дорну жена Полина Андреевна

(Людмила Кряченкова), элегантный эскулап Дорн (Виталий Тимошкин) и страдающий в деревне городской интеллигент Сорин, блестяще сыгранный Олегом Прядко.

Действие разворачивается в декорациях, выполненных по эскизам одного из самых именитых театральных художников современности, неоднократного лауреата премии «Золотая Маска» Юрия Харикова. Предметов на сцене крайне мало, они словно обозначены силуэтами, набросаны вчерне. Пучки сухих веток, полузатонувшая лодка, стулья импровизированного зрительного зала — все это одновременно сцена и для выступления Нины Заречной, и для спектакля «Чайка». Публика уравнивается в положении с персонажами, наблюдающими за премьерой пьесы Треплева.

Постепенно, с движением спектакля, все становится более театрально. В последнем действии ремарки произносят вслух, актеры уже не совершают прописанных в тексте действий, а лишь вербально обозначают их.

Своей жизнью, нагнетая настроение упадка, живут и костюмы, выполненные известным самарским художником по костюмам Марией Казак. Из теплых песочных оттенков в первом действии, создающем ощущение покоя и умиротворения, они набирают темноты. В последнем действии все персонажи одеты в черное, словно сговорились с Машей носить «траур по своей жизни».

Эта театральность, постепенно пробивающаяся сквозь некую бытовую условность, овладевает персонажами, и в игру вступает ружье, не напрасно предъявленное зрителям в середине спектакля. И кажется, что весь смысл постановки можно свести к простой фразе «Без театра нельзя», которую спокойно и мудро роняет Сорин.

Павел Карташев

художественный руководитель Самарского художественного театра («Витражи»), режиссер-постановщик спектакля «Чайка»:

— Для меня это вторая «Чайка». Первая была 10 лет назад на сцене МХТ имени Чехова. Олег Павлович Табаков разрешил ее постановку в рамках экспериментального проекта Театра Романа Виктюка.

В подобном материале просто живешь. Над первой «Чайкой» я, можно сказать, работал лет 18. Когда прочитал в школе, почувствовал некую мистическую связь с этим произведением. Понял, что этот текст будет во мне жить и на что-то меня настраивать.

Можно сказать, что все три года моей работы с самарским театром я рыл котлован для строительства здания под названием «Чайка».

Эта пьеса является лакмусовой бумажкой для театрально-литературного сообщества. Она позволяет очистить с себя некую накипь.

Мария Казак

театральный художник, модельер, член Союза дизайнеров России, арт-директор фестиваля «Поволжские сезоны Александра Васильева»:

—  Это вторая наша совместная работа с Самарским художественным театром. Первой стал спектакль «Ромео и Джульетта». «Чайка» — непростой материал, который захватывает и заставляет погружаться в него полностью.

Процесс был выстроен очень интересно. Еще до начала работы над эскизами костюмов у меня была возможность посмотреть практически готовую постановку. Уже начало вырисовываться пространство спектакля, в которое мне надо было заселять одежду персонажей. Моя задача сводилась к тому, чтобы органично добавиться в совместный творческий процесс.

Как поклонник исторического костюма и истории моды этим бездонным ресурсом я всегда пользуюсь. По мере развития действия персонажи постепенно переносятся в другую реальность. Сцена «спектакля в спектакле», когда Нина Заречная читает пьесу Константина Треплева, является ключевой. Образ, который появляется там, влияет на всех. Герои после выступления начинают видоизменяться, трансформироваться. Хочется, чтобы зрители XXI века понимали, что это современное произведение. Костюмы постепенно приобретают современные, деконструктивистские, немного футуристические черты.

Алла Набокова

актриса Самарского художественного театра («Витражи»), исполнительница роли Аркадиной:

— Вряд ли можно найти актера, который не хотел бы сыграть в этой пьесе. Исполнить роль Аркадиной было моей мечтой. Я очень рада, что Павел Анатольевич Карташев дал нам возможность прикоснуться к этой великой вещи.

По теме

Добавить комментарий

Комментарий появится после модерации.

Газета

Приложение

Close