По ту сторону прилавка

— В компьютерах разбираешься?
— Ну, так…
— Иди на склад, получай майку, бейджик и регистрируйся в терминале.

Вот так я стал продавцом-консультантом в магазине бытовой техники одной из крупнейших самарских сетей. Никакого собеседования не проходил, никакого подтверждения моих знаний не потребовалось.

ДЕНЬ ПЕРВЫЙ
Старший продавец секции проводит инструктаж. Показывает ценники и раскрывает маленькую тайну. Если комбинация цифр одна, этот товар надо предлагать в первую очередь. Иная — ни в коем случае. Иначе магазин не получит прибыли, ведь этот товар продается по себестоимости, эдакая приманка. Задача продавца — аккуратно отвести покупателя от этого товара и продать нужный магазину. Следующий пункт — программа дополнительного сервиса или гарантия — в разных магазинах называется по-разному, но суть одна. Покупатель переплачивает за товар, получая от магазина дополнительную гарантию. На самом деле все несколько иначе. В самом магазине могут только обменять товар на аналогичный при отсутствии повреждений и при заключении от сервисного центра. А вот сервисный центр компании — это не авторизованный производителем, а собственная мастерская, но с отдельным юридическим адресом и названием. Сгорел телевизор? Ваша вина, экспертиза в этом центре считается независимой, и ее заключение будет основанием для отказа в гарантийном ремонте. Может, у вас дома проводка старая и не соответствует условиям эксплуатации?

Еще один обязательный пункт, о котором не должен забывать ни один продавец, — сопутствующие товары. Кабели, картриджи для принтеров, салфетки для чистки, карты памяти — все это идет по завышенной цене и приносит лишние баллы продавцу.
Пробежав мимо полок с товаром и выучив расположение, мы идем на инструктаж к директору, молодому высокому пареньку, который объясняет нам иерархию. В самом низу студенты, потом мы, далее склад и менеджеры. Если повезет, нам покажут корпоративный фильм о технике продаж. Все всё поняли? Бегом в секцию!

ДЕНЬ ВТОРОЙ
После первого дня ужасно болят ноги. 12 часов на ногах, присесть можно только в обеденный перерыв в тесной каморке, которую используют в качестве гардероба и склада упаковки. В зале жарко, особенно в нашем отделе телевизоров — от включенной техники идет поток тепла, и каждый покупатель, застывший возле ряда мониторов и неспешно расспрашивающий, воспринимается как инквизитор. Сидеть нельзя, даже если покупателей нет, за этим следят менеджеры, утверждающие свой высокий статус выписыванием штрафов практически за все. Присел на палетку с компьютерной мебелью — штраф, обедал дольше 15 минут — еще штраф, вышел покурить без талона или по другой причине покинул территорию магазина, даже если помог клиенту донести тяжелую коробку до эскалатора или лифта, тоже штраф. Продавец — существо бесправное, будто крепостной. Многие начинают заискивать перед менеджерами, чтобы оказаться в лучшем, «хлебном», отделе или выгадать парные выходные. Для остальных рисуется таблица с календарем, в которой каждый старается выгадать себе дни получше. Я уже оштрафован на 100 рублей за спрятанную бутылку минералки за монитором терминала. Пить на рабочем месте нельзя.

ДЕНЬ ТРЕТИЙ
Талоны! Я уже ненавижу курильщиков, бегающих по обеденным талонам на улицу. На каждую секцию есть два талона — заклеенные скотчем листы бумаги с надписью «Талон! Секция». Пока двое из секции курят на улице, остальные не могут даже сходить в туалет. От этого постоянные разборки и ссоры. Однажды кто-то даже украл талон из другой секции, в магазине чуть не случилась война продавцов!

Появился менеджер и объявил набор на разгрузку. В неотапливаемом помещении бывшего таксопарка, перестроенного в торговый центр, холодно и очень скользко. Мы с напарником вдвоем выгружаем здоровенный холодильник с края кузова. Снизу крики и мат, все понимают: если коробка упадет, мы все останемся без зарплаты. Но не ко всем товарам отношение такое бережное. Вот, например, техника собственного производства. Наша компания организовала сборку из китайских комплектующих в Калининграде. Фирма зарегистрирована каким-то обществом инвалидов, а потому имеет налоговые льготы. Старший продавец швыряет коробки с микроволновыми печами, и они скользят по полу прицепа в руки принимающих.

Иногда кто-то не успевает и коробка падает вниз. Кому-то из покупателей не повезло. На коробках есть наклейка нашей фирмы, и это значит, что товар проверен. Его не будут распаковывать в сервисной зоне, а просто отдадут в руки запечатанную коробку и чек. Бывает, что особо скандальные покупатели грозят судом, тогда, разумеется, товар меняют, а неисправный отправляют назад. На производстве его чинят и присылают в магазин, где он опять продается как новый.

Менеджер склада объявляет смену. Мы возвращаемся на рабочие места, а вскоре с разгрузочной площадки приходит новость. Вторая смена уронила холодильник за 70 000 рублей. Менеджер поставил парням условие: либо уценяется товар и они сами его покупают, либо ищут невнимательного покупателя и отделываются 30-процентным штрафом. К счастью, холодильник без царапин, только чуть нарушена геометрия корпуса, есть легкий перекос. Вечером этого же дня его взяла в кредит семейная пара, оба в очках.

ДЕНЬ ЧЕТВЕРТЫЙ
В отделе телевизоров девушка-продавец упала в обморок. Кто-то сразу зашептался о возможных причинах, хотя я думаю, что просто от жары. По инструкции в зимнее время нам положено ходить в майках с длинным рукавом, хотя в зале около тридцати градусов. Плюс ко всему на дворе декабрь и поэтому мы обязаны ходить в новогодних красных колпачках, от которых ужасно чешется голова. Менеджер заботливо приобнимает девушку за плечи и ведет в кабинет. Три оплачиваемых отгула. Потом ей скажут, что по результатам оценки ее деятельности она признана неэффективным продавцом, ей выплатят полагающиеся отпускные, предложат не портить трудовую книжку и написать «по собственному желанию». Вообще текучка здесь страшная.

За месяц моей работы состав продавцов успел обновиться процентов на шестьдесят. Легко принимают всех на испытательный срок, также легко избавляются — просто «не подошел». Бывшие спортсмены, разведенные домохозяйки, учителя, медсестры — их знаний о товаре иногда меньше, чем даже написано на ценнике. Но поток покупателей не иссякает благодаря псевдоскидкам и активной рекламе. И каждый продавец, даже самый бестолковый, приносит компании сумму раз в десять больше, чем выплачиваемая ему зарплата.

ДЕНЬ ПЯТЫЙ
Мы опять меняем ценники: распечатать, нарезать, пройти по рядам и заменить. Когда в списке до семисот позиций, процедура затягивается. Самое главное, успеть до проверки. Наверное, лишним будет упоминать, что последствие — штраф. Понять логику ценообразования сложно. Три дня активных продаж товара, потом этот товар категорически нельзя предлагать. Потом повышение, следом снижение, красный маркер и надпись от руки «Скидка!». В довершение ко всему мы аккуратно вскрываем упаковки с принтерами и вытаскиваем подарочные картриджи. Затем заклеиваем упаковку и канцелярскими ножами соскабливаем рекламные наклейки с коробок. Картриджи под опись передаются менеджерам. Заниматься этим стыдно, но иначе… Правильно, штраф.

ДЕНЬ ШЕСТОЙ
Теперь мы работаем круглосуточно, и я оказался в ночной смене. 24 часа в магазине, но зато нас ночью накормят бутербродами и дадут лимонада. Кому-то из рекламщиков пришла мысль сделать ночные скидки, и мы с жалостью смотрим на чудаков, приезжающих в 4 утра за стиральной машиной. Разумеется, такие, что были в рекламе, запрещены к продаже, и продавец врет, что «это последняя, и у нее замок не работает». Расчет прост: не будут же люди возвращаться с ночного шопин-га домой с пустыми руками. Покупатели ругаются, называют нас подлецами и жуликами, но забирают дорогую стиральную машину. Через пару дней на нее будет 20-процентная скидка.

Ночью можно сидеть, жаль только, что не на чем. В магазине непривычно тихо, даже гимн компании, уже доводящий до нервного срыва, сделали потише. Колбасу и лимонад забыли запереть, и дневная смена съела все. Я возвращаюсь домой на первой маршрутке еще затемно, злой и голодный.

Выходной проходит в стирке, глажке и сне. Никакого желания даже выйти на улицу. О каких-то развлечениях вроде похода в кино или встрече с друзьями речи быть не может.

ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ
Толпы покупателей расхватывают все подряд накануне праздника. Они ругаются, скандалят, но забирают втридорога то, что еще неделю назад без скидки стоило порядком дешевле. Сегодня день зарплаты. По моим подсчетам, я должен неплохо заработать — при всей своей честности и откровенности с покупателями я продал техники на миллион.

Конец смены, мы идем в наш закуток. Среди развешанной зимней одежды и упаковочной ленты нам раздают квитки и деньги.

Дважды пересчитал зарплату, получилось даже меньше, чем должно было быть по самым скромным подсчетам.

— Что не так? — менеджер сразу начинает с агрессии.

— Все не так, — отвечаю я и показываю ему квиток.

— Не нравится — уходи, никто не держит.

Через три минуты я уже писал заявление, с такой работой не сложно расставаться. Мне жаль было тех, кто остался там. Терпеть постоянное унижение со стороны начальства, ежедневно выслушивать претензии клиентов и знать, что тебя могут вышвырнуть в любой момент, слишком большая цена за те деньги, что там платят.

Читай, где удобно