Необыкновенный ссыльный

Самара, по мнению многих экспертов, может стать настоящим музеем под открытым небом — настолько много в ней весьма любопытных архитектурных памятников.

Держался скромно и просто
 

Какие тайны хранит, к примеру, дом №20 на улице Ленинградской (угол с улицей Степана Разина)? В свое время он принадлежал дворянину Реутовскому. Увы, последовавшая в постреволюционное время реконструкция сильно изменила его. Надстроенный несколькими этажами и покрытый серой штукатуркой, сегодня дом уже не столь оригинален. Лишь на первых двух этажах сохранились некоторые детали старого архитектурного декора. И все же…
 

В далеком 1878 году, видимо не случайно, именно его избрал в качестве своей резиденции большой эстет Великий князь Николай Константинович Романов. Здесь он находился в ссылке под надзором как лично самарского губернатора Бильбасова, так и специального «куратора» полковника Ростовцева. Самарский театральный критик Смирнов, писавший под псевдонимом Треплев, вспоминает, что «необыкновенный ссыльный» держался в Самаре скромно и просто.
 

«Часто можно было видеть его высокую фигуру англо-саксонского типа на улицах, летом в тужурке и двухкозырной каске индийского офицера, зимой — на катке в Александровском саду, катающегося в архалуке из верблюжьего сукна среди гимназистов», — пишет Смирнов.
 

Известно, что Николай Константинович активно участвовал в культурной жизни Самары: он основал Общество любителей музыкального и драматического искусства и был его первым председателем. А о бесценной коллекции предметов изобразительного искусства, размещенной в особняке на Панской, которую Великий князь собирал по всей Европе, самарцы говорили с огромным восхищением.
 

И сам особняк был поистине украшением одной из центральных улиц города. Построенный в классическом стиле — с пилястрами, замковыми камнями и балюстрадами, этот дом казался выше своих первоначальных трех этажей. Этому способствовали и краснокирпичные фасады, и выкрашенные белым ряды арок с окнами между пилястрами, объединившими два верхних этажа.
 

По непредсказуемым сюжетам
 

Жизнь обитателя дома на Панской — Великого князя Николая Романова — вобрала в себя сразу несколько сюжетов исторических фильмов: это и «Железная маска», и «Король говорит!», и даже «Лоуренс Аравийский». Только представьте себе, что все эти сюжеты развертываются на территории Российской империи. Так же как Эдуард VIII, представитель правящей фамилии Николай Романов предпочитает браку с принцессой связь с американкой.
 

Так же как герой «Железной маски», он является нежелательным престолонаследником, даже более законным, чем его двоюродный брат Александр III. По действовавшим в Российской империи юридическим нормам престолонаследия законным преемником царя признавался тот из его сыновей, который родился у него, когда правитель уже был государем или хотя бы наследником. Старший сын Николая I, будущий Александр II, родился в 1818 году, когда Николай I не был еще ни тем, ни другим. Второй сын — Константин Николаевич — родился после коронации в 1827 году. Поэтому его сын Николай Константинович открыто говорил, что его дядя Александр II, а затем и двоюродный брат Александр III незаконно занимали царский трон.
 

И так же, как Лоуренс Аравийский, отважный покоритель пустыни Николай Романов достиг огромной популярности и авторитета у туземных народов.
 

В отделе письменных источников Государственного исторического музея сохранился удивительный стихотворный текст, который пели акыны Средней Азии и который с полным основанием можно назвать одой Великому князю Николаю Константиновичу Романову. Он озаглавлен «Его Императорскому Высочеству Великому князю Николаю Константиновичу» и начинается строками: «Трудное — легко могуществу Царя!» Николай Романов удостоился таких похвал благодаря только одному из своих славных начинаний в Средней Азии — орошению Ферганской долины. Акыны пели, что даже профиль царя-завоевателя, выбитый на базальтовой скале, со временем сотрет ветер, но имя человека, давшего людям воду, будет вечно передаваться из уст в уста.

«Бриллиантовый» детектив
 

Отец Николая Романова — Константин Александрович — также был великим реформатором, много сделавшим и для развития Российского флота, и для демократизации жизни в стране. Достаточно сказать, что он субсидировал из собственных средств строительство первых российских винтовых подводных лодок и разработал программу освобождения крестьянства от крепостной зависимости.
 

Можно себе представить, насколько присутствие при дворе еще одного претендента на престол, который нисколько не скрывал своих притязаний, смущало наследников Николая I. Поэтому страсть молодого Николая Константиновича Романова к танцовщице Фанни Лир была им на руку. Однако нужен был еще более веский предлог для отлучения члена царствующего семейства от двора. И тут возникает скандал с якобы украденными с оклада одной из фамильных икон бриллиантами. Хотя при попытке сбыта камней задерживают адъютанта Николая Константиновича — Варнаховского, кражу приписывают его патрону. На возмущенного молодого князя надевают смирительную рубашку, объявляют сумасшедшим и сажают на излечение в «желтый дом». А Фанни Лир высылают из страны.
 

Опасаясь гонений на сына, заявляющего права на престол, и с целью разлучить его с красавицей американкой отец Великий князь Константин Николаевич Романов еще до скандала с украденными драгоценностями решает отправить Николая Константиновича на войну.
 

В 1873 году командир эскадрона Николай Романов, окончивший Академию Генерального штаба, выступает в тяжелейший поход на Хиву. Военную экспедицию возглавляет прославленный генерал Скобелев. Великий князь показывает себя храбрым офицером — во главе Казалинско-го отряда под огнем противника он прошел через всю пустыню Кызыл-Кум и был награжден орденом Св. Владимира. Этот поход навсегда влюбил молодого человека в природу Средней Азии, но не стер, как надеялись его венценосные родственники, любви к Фанни Лир. Окончание следует
 

Из брошюры «Аму и Узбой», опубликованной в Самаре:
 

«Россия в течение последних 25 летовладела большей частью Средней Азии, но некогда цветущий Туркестан достался русским в состоянии упадка. Он наделен от природы всеми благоприятными условиями для быстрого развития своих богатых производственных сил. Расширив оросительную сеть, раздвинув пределы оазисов, Туркестан можно сделать одной из лучших русских областей».

Великий князь Николай Константинович родился 2 февраля 1850 года в Санкт-Петербурге. Он старший сын Великого князя Константина Николаевича, младшего брата российского императора Александра II, двоюродный брат Александра III. Окончив с серебряной медалью Академию Генштаба, в которую поступил по собственной инициативе в 1868 году, первым из Романовых получил высшее образование. В 1873-м Николай Константинович отправился в составе русских экспедиционных войск в поход на Хиву, затем начал принимать участие в работе Императорского Русского географического общества. Но был, по всей видимости, оклеветан, публично назван Александром II сумасшедшим и вором, с тем чтобы устранить его от власти как прямого претендента на российский престол. Увезен из Петербурга осенью 1874 года и до приезда в город ссылки Ташкент летом 1881 года сменил по меньшей мере десять мест жительства. Был и в Самаре.

Фото:

4. Дом №20 на улице Ленинградской, бывший доходный дом Реутовского.

Запрещено упоминать

Возвращаясь из Хивинского похода, в июле 1873 года Великий князь Николай Константинович посещает Самару, где его встречают с почестями, подобающими члену Императорского дома. Снова он попадет в наш город только в 1878 году, после Оренбурга, где находился в ссылке через несколько лет после того, как его выпустили из сумасшедшего дома.

За свою жизнь этот изгой семьи Романовых сменит аж десять мест ссылки! И везде он пользуется любой возможностью, чтобы проводить научные исследования на благо Родины. Поистине — государственный ум.

В Оренбурге он не только организует изучение местных и казахских степей, но и встречает еще одну свою любовь — дочь оренбургского полицмейстера Дрейера, с которой тайно сочетается браком. Гнев венценосного дяди Александра II не имеет границ: молодого ослушника высылают в Самару в надежде, что морганатическая супруга не последует за ним в новую ссылку. Однако отважная Надежда Александровна всюду сопровождает опального супруга.

Противники Николая Константиновича, видимо, ликовали: отныне в бумагах, касающихся Императорского дома, его имя было запрещено упоминать, его наследство было отдано младшим братьям, а ему самому было запрещено даже подписывать созданные им произведения. Как удачу Николай Константинович расценивал публикацию в «Самарских губернских ведомостях» в 1878 году на условиях анонимности результатов своей Оренбургской экспедиции под названием «Исследование направления Среднеазиатской железной дороги между Уралом и Сыр-Дарьей», впрочем, труд на ту же тему ему удалось издать еще в Оренбурге. Князь отлично понимал, что после присоединения Средней Азии в 60-70 годах совершенно необходимо было организовать постоянную связь центра России с новыми землями. «Предпринять путешествие»

В 1879 году в Самаре публикуется новая брошюра Николая Константиновича, «Аму и Узбой». В ней он фактически обосновывает целесообразность своей новой научной экспедиции, названной по месту формирования Самарской. В брошюре автор, опираясь на свидетельства источников — произведения античных и средневековых писателей, — доказывал, что река неоднократно меняла свое направление «исключительно по воле человека».

Анонимный автор брошюры говорит о восстановлении старого тока Амударьи — Узбоя и соединении реки с Каспием. Этот труд получил широкую известность в научных кругах.

Целью новой экспедиции, о которой заявлял Великий князь Николай Константинович, было либо строительство дорогой железной дороги, либо освоение дешевого водного пути по маршруту Волга — Каспийское море — Амударья. В ответ на запрос о формировании экспедиции самарский губернатор Свер-беев, сменивший на этом посту Бильбасова, получает высочайшее разрешение Николаю Константиновичу «предпринять весною сего года в сопровождении гр. Ростовцева и других лиц путешествие по разным местностям, находящимся в Оренбургском и Туркестанском краях». Отдельно подчеркнут запрет местному населению во время путешествия воздавать князю почести, подобающие члену семьи Романовых.

Царское правительство выделяет средства на новую затею «царственного вора» и даже прикомандировывает к ней специалистов разных отраслей. В состав самарской экспедиции вошли инженер-путеец Соколовский, морской офицер Зубов, исследователь Средней Азии Мушкетов, ученый-ориенталист Рамчан Баладжи. Служить летописцами экспедиции должны были два художника — откомандированный Русским географическим обществом Николай Каразин и самарский художник Николай Симаков, который был к тому же одним из первых русских фотографов.

Экспедиция прошла более тысячи километров по неисследованным местам, привезла богатейший и очень ценный для государства научный материал. Все ее участники получили награды. Даже Николаю Константиновичу Императорское русское географическое общество присудило свою высшую награду — Константиновскую медаль. Но она не была вручена ему из-за запрета самого Императора Всероссийского.

Некоторые предметы облачения жителей Средней Азии, привезенные из экспедиции, были переданы самим Николаем Константиновичем в формирующиеся фонды Самарского Публичного музея. 7 марта 1880 года Самарская губернская дума на своем заседании выразила признательность дарителю. В это время обостряются отношения между князем и его самарским «надзирателем» полковником Ростовцевым, и в 1880 году семья Николая Константиновича покидает Самару.

Цветущий край под палящим солнцем

После кончины Александра II его сын, Александр III, решает удалить соперника подальше — в Ташкент. Однако разрешает наконец узаконить его брак с Надеждой Дрейер. Жители Туркестана узнают ее как княгиню Искандер. Эту фамилию стали носить и сыновья Николая и Надежды — Артемий и Константин, которые родились в Ташкенте.

Не успел Николай Константинович прибыть на место новой ссылки, как развил бурную предпринимательскую деятельность — открыл мыловаренный завод, хлопковую мануфактуру и прочие предприятия, в том числе фотомастерские и синематограф. А через пять лет, накопив достаточно средств, принялся за орошение Голодной степи. Канал был сооружен фактически на собственные средства Великого князя. Он оросил семь тысяч десятин земли. Его постройка была закончена в 1897 году. В 1899-м канал был принят в ведение Главного управления землеустройства и земледелия. При этом Великому князю частично были возмещены его расходы. Еще одно крупное ирригационное сооружение, построенное Великим князем, — Искандер-арык. Кроме того, он инициировал и финансировал строительство двух мостов: один через реку Сырдарья, другой — через реку Чирчик. Основал несколько поселков для русских крестьян-переселенцев и для молокан. На месте ташкентских трущоб он возвел 200 типовых домиков для беднейшего населения города. Получив от императора 300 тысяч рублей на сооружение дворца, пустил эти деньги на постройку в Ташкенте театра.

Таким образом, князь сделал все, чтобы населенный пункт в начале 1900-х годов стал цивилизованным городом, а из Голодной степи получился цветущий край. Не случайно Александр Неверов напишет книгу о тяжелых годах гражданской войны под названием «Ташкент — город хлебный». Сюда стремились раскулаченные крестьяне из Оренбуржья и Поволжья, там спасались во время страшного голода наши земляки, туда уехал за хлебом и мой пропавший без вести прадед.

Земной путь Николая Константиновича тоже закончился в смутном 1918 году. А его коллекция картин и статуй, некогда украшавших самарский особняк на Панской улице, теперь составляет основу Ташкентского музея искусств. Там же хранится мраморная статуя полуобнаженной Фанни Лир, выполненная итальянскими мастерами…