В прошлый раз мы только упомянули о карте братьев Пицигано, которым мы обязаны точным свидетельством того, что Самаре значительно больше лет, чем зафиксировано официально. Кто были эти два смелых человека? Как они оказались здесь, так далеко от родной земли? Что им тут понадобилось? Об этом и многом другом, в том числе о Золотой Орде, куда входили самарские земли, мы расскажем сегодня.
(Продолжение. Начало в «СГ» от 14 июня 2013 г.)
Венецианские мореходы издревле славились характером отчаянных авантюристов, мужеством первопроходцев и навигационной ученостью. Это они построили и снарядили флот для грабительского 4-го крестового похода на православную Византию и в 1204-м году вместе с западным рыцарством сами успешно участвовали в этом предприятии. Ограбив Константинополь, тем самым уничтожив главного конкурента в Средиземноморье, венецианцы стали самыми богатыми и влиятельными торговцами средневекового мира. Они давали ссуды королям и утопали в роскоши, через их невольничьи рынки прошли сотни тысяч пленных славян, полученных из рук монголов.
А еще венецианцы искали новые рынки в чужих, ранее неизведанных землях…
Самым знаменитым путешественником-венецианцем стал Марко Поло — в 1271-м году семнадцатилетним юношей с дядюшками-коммерсантами (а возможно, и резидентами Венеции) он отправился в Китай и странствовал долее чем Одиссей — аж 24 года! Позже, в генуэзской тюрьме, он напишет «Книгу о разнообразии мира». Она станет самым известным бестселлером Средневековья, покорит сердца тысяч юношей и заставит их мечтать о далеких землях и невероятных приключениях. Несомненно, этой книгой зачитывались и два брата-венецианца — Франческо и Доменико Пицигано и страстно мечтали пойти по следам их соотечественника, а если повезет — и далее.
В начале 1367 года братья Франческо и Доменико Пицигано снарядили корабль и отправились через Средиземное море к Понту Эвксинскому (Черному морю), а затем к Азову. Тогда именно здесь шла самая оживленная торговля между итальянскими купцами и народами, населявшими полуостров Крым и побережье двух морей. С итальянцами, доками в различных искусствах, охотно вели дела татаро-монголы, булгары, русичи.
К середине весны братья Пицигано со товарищи, с немалым риском для жизни, оказались в прикаспийских землях — там, где в море впадала полноводная и не привычная для глаз европейца Итиль. Как и задумали в юности, братья не стали идти путем легендарного Марко Поло, а решили взять севернее.
Они приобрели новый корабль — ладью, наняли гребцов и, «не убоявшись земель варваров», тронулись вверх по великой реке, которую будут именовать EDIL. Так она звучала на латыни и позже будет значиться в их картах.
Название «Итиль» скорее всего дали великой реке оседлые хазары или булгары. Когда? Не ранее 7-го века. Почему? Да потому, что, во-первых, прежде их цивилизация еще не существовала, а во-вторых, на знаменитой карте мира великого географа античности Клавдия Птолемея, жившего во 2-м веке н.э., самая крупная река Европы называется Ра. Именно это имя носил бог солнца в Древнем Египте. Кто же назвал ее так? Откуда Птолемей узнал имя реки, протекающей в краю, очень далеком от античного мира?
Ответ на этот вопрос, скорее всего, кроется в арийском прошлом европейской цивилизации, за прочными дверями тысячелетий. В позднем Средневековье вместе с татаро-монголами имя Итиль исчезает и появляется Волга. Оно может происходить и от слова «воля», и от имени столицы Волжской Булгарии — «Булгар» — «Болгар» — «Волга», и от праславянского «влга» — «влага». Но наша дорога ведет по маршруту братьев-венецианцев, мимо Дикого Поля, которое простиралось от Средней Волги до самого Каспия.
Кем были венецианские братья-мореходы на самое деле — агентами дожа, заинтересованного в новых рынках сбыта, или купцами-энтузиастами, заботящимися единственно о тяжести собственного кошелька, мы точно ответить не сможем. Но то, что это была исследовательская экспедиция с далеко идущими планами, в первую очередь, экономическими, — безусловно.
Стараниям Франческо и До-менико Пицигано можно только позавидовать. Продвигаясь от самых низовьев Волги, они составляли подробнейшую береговую карту, именуемую «картой-пор-толан» («картой портов»). Их интересовало буквально все — реки и речушки, городки и селения по их берегам. Помимо других прибрежных городков, о которых мы упоминали прежде, есть и городок Samar. К сожалению, Пицигано не оставляют пояснений к своим картам. И самое обидное, не определяют народностей, живущих в этих местах. Впрочем, еще в первой половине 10-го века араб Ибн-Фадлан, странствуя по Среднему Поволжью, писал «о том, что он сам видел в стране турок, хазар, русов, славян, башкир и других народов». Надо думать, с веками этот национальный винегрет только преумножался!
Как я уже объяснял в предыдущей публикации, скорее всего, крепость Самар выросла на благословенном и столь удобном для судоходства месте во времена расцвета Хазарии — во второй половине 9-го века. Тем не менее о ее судьбе во времена монгольского нашествия в середине 13-го века мы ничего знать не можем. Во времена великих завоеваний гибнут не только небольшие городки-рынки, но и великие царства!
Покорив Русь, Батый со своей варварской ордой ушел на юг. Там, в черноморско-азовских и прикаспийских степях, была образована Золотая Орда, а на Нижней Волге основана ее столица -Сарай-Бату, от которой по Волге до Сары-тау (Саратова) расположились юрты ханских приближенных.
А вот наше Среднее Поволжье, как и всю полосу Дикого Поля, монголы оставили без внимания. Тем самым и была вызвана большая миграция в эти места русичей из завоеванных, время от времени изнывающих от плетей завоевателя, земель. Здесь образовывались так называемые бесстрашные деревни, где жили никому не подчиняющиеся охотники и землепашцы. Отсюда эти свободные русичи пускались в путешествия даже в Сарай-Бату — зарабатывать торговлей и ремесленничеством. Это были времена, когда, как отмечает летопись: «наступила тишина великая по всей Русской земле, и перестали татары воевать ее». «Тишина» была настолько весомой, что в 1261-м году в татарской столице русскими священниками основывается даже епархия православной церкви!
Монголы не были мореходами. И если в прибрежных городах Азовского и Черного морей торгово-экономическая деятельность оставалась в руках итальянских купцов, то по всему руслу Волги эта самая деятельность была в руках купцов-русичей. Единственное, что им приходилось платить дань золотоордынским ханам. Монголам — практически хозяевам мира от северной Руси до Тихого океана — не было больше смысла грабить и убивать.
К этому непродолжительному периоду «великой тишины» и большой волжской торговли и относится, как подсказывает логика, возрождение городка Самар у старого устья Самарки, впадающей в Волгу (Сухая Самарка). И в эту же эпоху легендами обрастает наша земля, но легендами правдоподобными, которым суждено дойти до наших дней.
В 1357-м году в Золотую Орду собирается плыть из Москвы митрополит Алексий Первый. Ослепшая ханша Тайдула увидела во сне чудесного старца, и ей объяснили, что это русский первосвященник, и только он сможет ей помочь. Друг Сергия Радонежского и один из будущих вдохновителей Дмитрия Донского на битву с татаро-монголами, Алексий служил молебен в церкви Св. Богородицы в Москве, и тут одна свеча загорелась сама собой. Растопив и примешав к ней большее количество воска, митрополит сделал другие свечи и взял их с собой в Орду. Добравшись до Са-рай-Бату, он окропил ханше веки чудесным воском, и та прозрела. За это Алексий получил ярлык на свободное передвижение по всей Орде, почет и уважение от хана.
Проплывая мимо самарских берегов, Алексий предрек будущему городу славу и нерушимость. Правда, скоро ему придется вернуться в Орду. Хан Бердибек, внук Тайдулы, убьет своего отца Джанибека и двенадцать братьев, и Алексию придется налаживать отношения с новым ханом. Но вскоре, в 1359-м году, убьют и Бердибека, его место займет самозванец Кульпа и объявит войну эмирам, одним из которых был Мамай, женатый на дочери убитого Бердибека. И Кульпу убьют через год. В Орде начинался период кровавой междоусобицы, которая в русской летописи будет значиться как «великая замятня».
Но межклановые войны не мешали пока чужеземцам пускаться в дальние путешествия по ханским землям. Дворцовые перевороты сами по себе, а торговля сама по себе. Именно в это время, накануне великих бурь, и прибыли к нашим самарским берегам братья Пицигано, занесли городок Samar на свою карту и поплыли выше — в сторону Булгар.
А ведь неминуемо приближалась Куликовская битва, и современники «великой замятни», кто повзрослев, а кто постарев, должны были стать ее участниками и свидетелями. Вскоре к власти в Орде придет темник Мамай как опекун малолетнего чингизида Махаммеда-Бюлека. Но уже носился по прикаспийским полям на скакуне другой потомок Чингисхана — мальчишка Тохтамыш, грезя о великих сражениях. Им еще предстоит схватиться друг с другом. Тохтамыш попросит помощи у Тамерлана, тот даст ему войско, но опытный Мамай разобьет дерзкого юношу. Мамай будет воевать со всеми мелкими ханами Орды. Это существенно облегчит задачу Дмитрия Донского разбить Мамая. К тому же на Куликовом поле погибнет юный Махаммед-Бюлек, Мамай окажется не у дел и вскоре будет убит по приказу Тохтамыша. Последний придет к власти в Золотой Орде, а уже в 1382-м году сожжет непокорную Москву и разорит многие русские княжества. Но Тохтамыш сам подпишет себе смертный приговор, решив вступить в противоборство со своим великим наставником Тамерланом.
Как это высокопарно ни прозвучит, но именно на нашей самарской земле был нанесен второй после Куликовской битвы смертельный удар по монгольскому владычеству на Руси.
Но об этом в следующей публикации.
Культура
Культура
