Архитектор Екатерина Максимова. Она так и не увидела свое творение. Спустя месяц после ее гибели к ней в дом с ордером на арест пришли сотрудники ОГПУ…
Благодаря энтузиазму исследователей теперь мы знаем подробности жизни создательницы самого необычного здания нашего города. На прошлой неделе общественности были представлены плоды труда трех самарских ученых — Виталия Самогорова. Валентина Пастушенко и Александра Исакова — книга «Фабрика-кухня». выпущенная екатеринбургским издательством Tatlin.
ФОРМА ДЛЯ СОДЕРЖАНИЯ
Недавно подслушала разговор в трамвае. Рассматривая в окно бывшую фабрику-кухню завода имени Масленникова. одна пассажирка делилась с подругой: «И чего из этой рухляди делают памятник? Не понимаю. в чем ее ценность. шедевральность!» Судя по всему. дама слышала о том. что прокуратура Москвы после обращения депутата Госдумы Александра Хинштейна направила заявление в суд с требованием обязать владельца здания оформить охранные обязательства. Милая женщина. вполне эмансипированная. быт которой делают комфортным мультиварки. печки-грили. соковыжималки. миксеры-блендеры и прочая чудо-техника. вряд ли представляет себе. какие важные события для ее светлого будущего происходили в 20-х годах прошлого века в молодой Советской республике. А происходило вот что: архитекторы-новаторы. которых потом объявили формалистами и ренегатами. объявили войну купеческой «идеологии мещанского счастья» и строительству «жилищ по типу мелко-семейной квартиры. где осями всего являются индивидуальная кухня и семейная кровать» и принялись строить «новый советский социалистический быт. а не мещанскую семейственность». потому что новое «жилищное и коммунальное строительство должно содействовать раскрепощению женщины. а не ее закабалению в семье и на кухне». Эту философию диктовало время. Тогда идеология государства Советов строилась на принципах коллективизма. а всеобщая индустриализация плюс электрификация страны требовала новых форм существования строителей социалистического общества. Дома-коммуны (фактически много квартирные коммуналки). Дома культуры и Советов, Дворцы труда, стадионы, библиотеки стали возводиться по всей стране.
Дух того времени остался в стихах Владимира Маяковского:
Довольно грошовых истин.
Из сердца старое вытри.
Улицы — наши кисти.
Площади — наши палитры.
В числе прочих социальных заказов получило большое распространение и строительство фабрик-кухонь — специального места для приготовления пищи и общественного питания граждан в промышленных зонах городов. Кстати. в этот период даже хотели полностью отказаться от индивидуальных кухонь. Так. в квартирах домов-коммун встраивали специальные шкафы для разогрева еды. а то и вовсе не планировали отдельных помещений для готовки.
«Объявлена война кухням…». писал в повести «Зависть» Юрий Олеша.
ЗАГАДОЧНАЯ ГИБЕЛЬ
Идея создания очередного социально значимого объекта «нового быта» принадлежит одному из тогдашних государственных и партийных деятелей страны Артемию Халатову. Он же и организовал в 1923 году паевое товарищество «Народное питание» (Нарпит). Екатерина Максимова пришла сюда работать инженером-архитектором в 1925 году. сразу после окончания строительства Казанского вокзала. в котором принимала участие. С этого времени ее основное занятие -проектирование фабрик-кухонь.
Первоначально проект в Самаре был разработан проектной конторой завода № 42 (имени Масленникова). но вместо него утвердили альтернативный вариант москвички Максимовой как «чрезвычайно оригинальный по композиционному замыслу (строение в форме государственного символа страны — серпа и молота). удачный по расположению на участке и четкий по распла-нированию производственных и торговых групп помещений». Строительство объекта велось с 1930 по 1932 год. Екатерина Максимова. по информации исследователей. приезжала в Самару на строительство. а вот на открытие в январе своего детища не попала. И уже в марте она погибла под колесами поезда. когда возвращалась в поселок Кратово. где жила с семьей.
Надо сказать. сведений об этой талантливой и яркой представительнице архитектурного авангарда долгое время было крайне мало. Как рассказал один из авторов книги «Фабрика-кухня». молодой архитектор Александр Исаков. биографию Максимовой собирали по крупицам. поднимая подшивки газет. документы того времени. Через московских знакомых исследователи вышли на ее родственников. которые. как оказалось. до сих пор живут в том же поселке Кратово и в доме. который когда-то спроектировали и построили Екатерина Максимова с братом Владимиром (он тоже был архитектором). Дом стоит до сих пор и находится в отличном состоянии. Как рассказали родные Максимовой. лес рубили прямо на участке и из него же строили.
Самое интересное. будущая разрушительница классической архитектуры родилась в ортодоксальной религиозной семье. Ее детство прошло в Казани. Родители — выкресты. Глубоко верующим человеком был и брат Владимир. за что и пострадал. Уже после гибели сестры. в апреле 1932 года. когда ОГПУ проводило операцию «пасхальный набор». его с сыном арестовали как членов тайной православной организации «Истинно православная церковь».
А еще младшие Максимовы были очень талантливы. Владимир окончил в Санкт-Петербурге Высшее художественное училище при Академии художеств. а Екатерина — архитектурный факультет Второго Петроградского политехнического института (1910 г.) Она одна из первых в России женщин-инженеров.
О личной жизни Максимовой известно немного. Только что в 1922 году у нее родился сын. В Москве жила с 1923 года и до самой смерти. Обстоятельства ее гибели загадочны. Возвращаясь домой. она попала под поезд. Никто так и не узнал. что произошло на самом деле. Возможно. самоубийство. Потому что есть в ее биографии такой интересный факт: через месяц после трагедии за Екатериной Максимовой пришли гэпэушники. Похоронена архитектор на Ваганьковском кладбище в Москве. Ее «второе рождение» произошло в тот момент. когда в Самаре появилось общественное движение в защиту фабрики-кухни завода имени Масленникова. самого амбициозного творения архитектора. Максимова и ее творчество снова стали интересны.
ТОЛЬКО В САМАРЕ
Что оставляет после себя человек? Фотографии. записи. вещи. память о себе в близких… Так и время оставляет свои следы и знаки. и они тоже материальны. Это произведения искусства. книги. дома… В список раритетов попала и наша фабрика-кухня как один из сохранившихся символов эпохи юности страны Советов. когда люди верили. что эти здания — вход в прекрасную новую жизнь. Они были идеалистами и думали. что создадут свои «города солнца». как Томмазо Кампанелла. Самарская фабрика-кухня — это потерянные иллюзии наших дедушек и бабушек. Сегодня с виду ничем не примечательное строение — живое напоминание о времени. когда. казалось. можно построить счастье для всех людей. Пока оно стоит. забыть о прошлых потрясениях нельзя. Еще специалисты говорят о том. что проект Максимовой удивителен своей лаконичностью. чистотой линий и совершенностью.
С высоты форма здания — Серп и Молот — абсолютна в своей геометрии. Тем. кто не понимает. в чем его шедевральность. — в Москве есть здание театра Советской Армии в виде звезды. в Ростове-на-Дону — драмтеатр напоминает трактор. «А в Самаре тоже есть необычное здание» — будем мы с гордостью говорить приезжим. Некоторые спорят: наш конструктивизм не уникален. такую же форму имеют Дом чекистов в Екатеринбурге. школа в Санкт-Петербурге. «Нет. такого здания больше нигде нет. — заявляют специалисты. — Там недоделки. у нас символ воссоздан полностью».
Сегодня защитники памятника с нетерпением ждут. чем завершится судебная тяжба. На презентации книги «Фабрика-кухня». написанной самарскими архитекторами. говорилось о том. что неплохо. в случае возврата здания в государственную или муниципальную собственность. открыть в нем после реставрации (Александр Исаков подготовил свой проект) музей современного искусства. Возможно. это очередная утопия. но общественность уже поддержала идею.
ВАГАН КАРКАРЬЯН
заслуженный архитектор РФ:
— Фабрика-кухня завода имени Масленникова — один из примеров очень короткого периода проявления авангардного искусства эпохи конструктивизма, о котором Маяковский написал: «Впервые не из Франции, а из Москвы прилетело новое слово искусства». Смысл этого направления был в конструировании не только эстетической формы, но и быта и жизни. В своем проекте архитектор Екатерина Максимова проявила символизм (союзрабочего класса и крестьянства) и при этом сумела вписать в него новые функции — тут тебе производство, а здесь обеденный зал (в части серпа), в который по коридорам передавалась пища. Я больше таких зданий не знаю. И кроме того, примеров конструктивизма как архитектурного стиля в нашем городе всего несколько. Это помимо фабрики-кухни испорченный до неузнаваемости Дом сельского хозяйства, сгоревшее здание УВД, Дом промышленности, клуб «Дзержинка», Дом связи, Дом Красной Армии. Я считаю, в здание фабрики-кухни надо вложить новые функции, и тогда оно заживет полнокровной жизнью. Кстати, в свое время я предлагал руководству художественного музея сделать его своим филиалом. Сейчас со студентами архитектурного факультета мы разрабатываем проект выставочного зала в этом помещении.
Культура
Культура
