ГлавнаяКультура

Пять мифов о самарском театре

Любовь самарской публики к театру строится на многолетнем уважении, привычке и мифах. Рассказываем, каким из них верить, а каким — нет.

Театровед, театральный критик и преподаватель Галина Торунова, автор недавно вышедшей книги «Портреты. Лики. Лица», посвященной актерам, режиссерам и другим деятелям самарской сцены, согласилась подтвердить или опровергнуть пять самых распространенных мифов.

Миф 1: Самарский театр начался с приходом Петра Львовича Монастырского и закончился с его уходом


— Конечно, это миф. Самарский/Куйбышевский театр формировался очень долго и сложно. Есть замечательная книга, подготовленная филологом и краеведом Михаилом Перепелкиным, — тексты публициста и критика Александра Смирнова, который печатался в начале ХХ века под псевдонимом Треплев. Автор замечательно описывает историю самарского театра от момента его основания до Октябрьской революции. Театр сложно выживал в условиях купеческого, мещанского города. Но в 1930 году сюда приехал так называемый «ленинградский десант» под руководством нашего земляка, гениального русского трагического актера Николая Симонова. Три года он работал в Самаре, в помещении, которое потом стало кинотеатром имени Ленинского комсомола. Городскую театральную культуру удалось поднять на очень серьезный уровень. В то время начинают работать несколько трупп. Оперный театр, через год — ТЮЗ, потом — кукольный. Город стал краевым центром, который должен был иметь серьезную сценическую культуру.

К середине XX века самарский драматический театр сформировал очень мощную труппу высокого уровня. На нашей сцене блистали такие мастера, как Георгий Шебуев, Зоя Чекмасова, Юрий Буре, Николай Колесников, Василий Михайлов. Сюда в начале 1950-х годов пришли молодые и очень талантливые актеры: Светлана Боголюбова, Михаил Лазарев, Юрий Хапланов, Елизавета Фролова. И Засухины — Николай Николаевич пришел чуть раньше, потом приехала Нина Ильинична, которая стала его женой. Коллектив состоял из серьезного костяка среднего и старшего возраста и талантливых молодых актеров, которые через какое-то время сами стали мэтрами.

В этот театр и пришел Петр Львович Монастырский. Труппа была очень мощная, и с ней можно было делать весьма и весьма многое. Он оказался совершенно гениальным организатором дела. Я бы даже сказала не «дела», а «успеха». И очень много сделал для того, чтобы театр стал любим самарской публикой.

Они отлично совпали: непритязательные вкусы самарской публики, традиционно купеческой, мещанской, и невысокий творческий потенциал Петра Львовича как создателя спектаклей. Во всех своих книгах Монастырский писал, что за дипломный спектакль Борис Захава ему поставил тройку. И страшно гордился, что сокурсники с отличными оценками куда-то пропали, а он стал руководителем театра.

Его спектакли были понятны среднему зрителю. Он точно угадывал желания публики. К сожалению, великие актеры, работавшие в театре, не всегда оказывались главными величинами его труппы. К примеру, совершенно уникальная актриса Евдокия Георгиевна Назарова, которая вошла в мировую антологию шекспировских ролей как блистательная исполнительница Катарины в «Укрощении строптивой» в Свердловском театре. Она не могла найти общего языка с Монастырским, говорила ему в лицо все, что можно и что нельзя. Он, конечно, давал ей какие-то роли, поскольку обойти ее было невозможно, но главными героинями становились совершенно другие актрисы.

Выбор корифеев иногда приводил меня в недоумение. Мимо одного из самых замечательных актеров в труппе — Михаила Гавриловича Лазарева — проходили роли, написанные словно специально для него. Ситуация сложилась так, что даже Зоя Константиновна Чекмасова, которую обожал город и которая была, безусловно, ярчайшей звездой, тихо собрала свои вещи и ушла из театра в середине 60-х годов. Для нее не было ролей.

Петр Львович сделал театр очень популярным. Это был один из немногих провинциальных коллективов Союза, который выполнял план по загрузке зала на 96%. В среднем же по стране было от 50 до 60%. Я помню, как доставали билеты, как два раза в месяц выстраивались очереди в кассу. Монастырский сделал театр дефицитным. И академическим. Сам миф о том, что только с его приходом в Самаре театр появился и с его уходом исчез, — тоже показатель многолетней работы на успех.

Он придумал бенефисы и превратил их в аншлаговые мероприятия. До революции таковые устраивались, чтобы поддержать актера — какая-то часть сборов шла ему. И вот из этого нехитрого жанра Петр Львович сделал зрелище, на которое народ за три месяца доставал билеты всеми возможными и невозможными способами. В то время в городе не было других вариантов увидеть развлекательное шоу, и публика ломилась на эти капустники. А вот по-настоящему серьезных, потрясающих спектаклей — по пальцам перечесть.

Других режиссеров рядом с собой он не терпел. Попадались иногда интересные постановщики и почти сразу исчезали. Например, Яков Киржнер. Его спектакли были серьезнее, значительнее, интереснее по художественному решению. «Вид с моста» по пьесе Артура Миллера, «Восемь любящих женщин». Потом он стал главным режиссером Омского театра. Ольга Чернова поставила «Традиционный сбор» по пьесе Виктора Розова — удивительно тонкий спектакль с потрясающими актерскими работами. Она стала главным режиссером в Ташкентском театре.

Мне от театра нужно потрясение, впечатление. Чтобы он открыл что-то новое во мне и окружающем мире. Этого в спектаклях Петра Львовича мне не хватало. Да, все мило и хорошо, прилично и пристойно, но спокойно.

Монастырский взял вторичность за основу построения репертуара, стилистики и художественного языка. Проверено? Значит, можно ставить и у нас. И до сих пор в Самаре процветает вторичность открытия тем, технологий и приемов.

Вячеслав Алексеевич Гвоздков не изменил политику театра. Разве только в поисках драматургии направился немного в другую сторону. Он пришел в 90-е. Тогда открылись совсем другая драматургия, формы, темы. С самого начала провозгласил, что будет приглашать разных режиссеров. Иногда получалось очень интересно. Но Гвоздков не изменил главного постулата Монастырского: театр должен работать на среднестатистического зрителя. Не случайно он называл себя «вторым Петром».

Поэтому и зал не растерял своего зрителя. В самом начале Вячеслав Алексеевич поставил абсолютно кассовые спектакли: Ladies’ night, «Номер 13», «Особо любящий таксист» и так далее. Изменилось время, и мерилом успеха стало не выполнение плана, а сборы. И он делал все, чтобы они не упали. Поэтому я бы не стала говорить о конце эпохи в связи с уходом Петра Львовича: театр остался в тех же отношениях со зрителем.

Миф 2: Вера Ершова — лучшая актриса самарской и куйбышевской сцены


— Я всегда отдавала дань уважения Вере Александровне Ершовой, но она никогда не была моей любимой актрисой. Я любила других: Нину Засухину, Евдокию Назарову, Елизавету Фролову.

Когда ставили «Марию Стюарт», Петр Львович предложил Вере Александровне сыграть сразу и Марию, и королеву Елизавету — две величайшие роли мирового репертуара. Вторым составом он назначил на Марию Евдокию Георгиевну, а на Елизавету — Елизавету Тимофеевну. Однажды мне довелось увидеть спектакль с Назаровой и Фроловой. Это был такой накал! Это был такой бой двух величайших женщин мира! Такого я больше никогда не видела.

Ершова — великолепная актриса (раньше ее амплуа называлось «инженю кокет»), большой мастер. Я упивалась ее ролями в комедиях «Сниму квартиру в Париже», «Шестой этаж», «Крошка» и других.

Миф 3: Самарская публика ходит в театр «на актера»


— В общем-то да. Это не только в Самаре. Так же происходит и в Москве, и в Санкт-Петербурге. Зрители приходят, поскольку в афише заявлен определенный актер и надо его посмотреть. Другое дело, что сейчас сложно сказать, на кого можно пойти. Раньше — да. Играет Николай Николаевич Засухин — значит, надо идти. В 50-й, 53-й раз на его «Ричарда III». Сегодня и в первый-то раз подумаешь, идти ли… Ходят уже скорее не на кого-то, а по привычке, воспитанной с детства.

Миф 4: Настоящий современный актуальный театр возможен только в столичных городах


— Неправда. Наоборот, если внимательно почитать серьезную критику — тот же «Петербургский театральный журнал», — мы увидим, что во многих маленьких городах возникает культурный феномен. Зачем далеко ходить? Пожалуйста, Новокуйбышевск — «Грань». Много лет Эльвира Дульщикова создавала там любительский театр со своим, ни на кого не похожим лицом. Денис Бокурадзе (сегодняшний художественный руководитель. — Прим. авт.) вырос в нем и затем принял его. Сегодня «Грань» — заметное явление на карте не только Самарской губернии, но и России.

Театр из Минусинска, Сахалинский театральный центр, Воронежский театр Бычкова, Пермский театр «У моста», пять театров в Новосибирске, каждый из которых — серьезное явление, омские маленькие театры дадут много очков вперед московским академическим. Это можно проследить даже по афише «Золотой Маски».

К сожалению, зачастую эти явления носят краткосрочный характер. Молодые режиссеры и драматурги едут в маленькие города, а потом либо сами оттуда уходят, либо им в этом помогают.

Миф 5: Самарский театр никогда не был авангардным


— Это неправда. «СамАрт» несколько лет назад довольно долго и успешно держал позиции современного и авангардного театра. Одни только имена режиссеров чего стоят: Адольф Шапиро, Анатолий Праудин, Александр Кузин. Только вот сейчас он немного потерял в связи с различными обстоятельствами.

То, что делает Бокурадзе в «Грани», — безусловно, новаторское искусство. Другое дело, что он привязан к пространству своего зала, из которого трудно выжать что-то новое. Однако он оказался не только талантливым режиссером, но и успешным руководителем.

По большому счету, конечно, на самарской сцене мы видим вторичное искусство. То, что было отыграно на московских и питерских сценах 10-20 лет назад. Пока прорывы я вижу редко, и то не в главных театрах города.

Галина Торунова окончила театральную студию при Куйбышевском драмтеатре.

Играла на сцене Павлодарского драматического театра имени Чехова, затем в Донецком русском драматическом театре, в Куйбышевском драмтеатре имени Горького и Куйбышевском ТЮЗе.

Окончила театроведческий факультет Ленинградского института театра, музыки и кинематографии.

Работала в Самарском отделении Всероссийского театрального общества, в управлении культуры Куйбышевского облисполкома. Преподавала в Куйбышевском государственном университете, хореографическом училище при театре оперы и балета, на театральном отделении музыкального училища, в Куйбышевском художественном училище, Самарском государственном педагогическом институте. Кандидат филологических наук.

Метки

По теме

Добавить комментарий

Комментарий появится после модерации.

Газета

Приложение