Культура

«Ромео и Джульетта» по-самарски. Четыре театральные версии самой известной истории любви

Самая известная история любви во всем мире — «Ромео и Джульетта». Имена героев давно стали нарицательными, Джульетте в Верону пишут письма восторженные подростки, а режиссеры создают десятки кино и сценических версий.

Ставшая хрестоматийной экранизация Франко Дзеффирелли навсегда запечатлела в сердцах зрителей эталонные образы персонажей. После этого фильма стало ясно: чтобы полюбить, нужно, во-первых, быть красивой, как роза, словно Оливия Хасси, во-вторых, найти ангелоподобного Леонарда Уайтинга.

Не обошли своим вниманием самую популярную в мире пьесу и самарские театры. В нашем городе есть сразу четыре версии «Ромео и Джульетты».

На языке танца

Кажется, что история, полная ярких страстей и лиричной нежности, просто создана для того, чтобы быть воплощенной на языке танца. Однако при своем появлении в 1936 году балет «Ромео и Джульетта» стал для современников откровением. Смелой и выразительной была хореография. Непривычной для жанра — напряженная, остроконфликтная музыка Сергея Прокофьева. Она столь полюбилась зрителям и хореографам, что постановки «Ромео и Джульетты» порой не сходят с мировых сцен десятилетиями. Например, спектакль Кеннета Макмиллана в Ковент-Гардене (с 1965 года) или Рудольфа Нуреева в Парижской опере (с 1977-го).

В конце июня 2012-го в Самарском академическом театре оперы и балета появилась собственная, оригинальная версия «Ромео и Джульетты» в постановке заслуженного артиста России Кирилла Шморгонера. Веронские возлюбленные живут и умирают в ярких декорациях, созданных смелой кистью академика Российской академии художеств Феликса Волосенкова. Это балет-сон о сказочной средневековой Италии и о любви, пламя которой не ослабевает с шекспировских времен. Дирижер-постановщик — лауреат международного конкурса Евгений Хохлов. Художник-постановщик — заслуженный художник России Феликс Волосенков (Санкт-Петербург). Художник по свету — Роман Крикунов (Ростов — на -Дону).

Обычные люди

Спектакль Павла Маркелова в театре «СамАрт» бросает вызов традиционным, сложившимся представлениям о классической истории. Ромео и Джульетта в исполнении Ярослава Тимофеева и Анастасии Оболдиной резко выделяются из общей массы персонажей. Среди элегантных строгих костюмов трудно не заметить подростков, одетых нарочито casual (повседневный стиль одежды с акцентом на удобство и практичность). Парадокс — на улице современной Самары они слились бы с толпой, а на сцене бросаются в глаза.

Высоких чувств достойны не только писаные красавцы. Их выбор необъясним. Это любовь — «нечаянно нагрянет». Зато встретившись, наши герои уже не могут разлучиться. И рушат тем самым все планы своих почтенных родителей. Намерения эти исключительно деловые, как и костюмы персонажей. Брак Джульетты с Парисом — выгодный контракт.

Из сферы возвышенно-прекрасного в сферу обычного перенесен в спектакле и текст Уильяма Шекспира в переводе Бориса Пастернака. Его делают максимально бытовым. Порой слов и вовсе не разобрать, когда персонажи говорят одновременно. Ромео и Джульетта часто тараторят, захлебываясь от полноты чувств.

Светлана Келасьева

Прекрасной изображена только смерть Джульетты, когда ее наряжают к свадьбе с ненавистным женихом в красное воздушное платье, которое становится для нее саваном. Невеста Аида, а не своего возлюбленного.

В спектакле много подвохов и ловушек. Все превращается друг в друга. Все не то, чем кажется. Джульетта готовится не к свадьбе, но к смерти. На лице Купидона красуется не румянец, а синяк. Отец Лоренцо возится не с алхимическими снадобьями (одно из которых подсунет потом героине), а с какой-то механической машиной, которая сбоит и искрит. Не в результате ли этого сбоя возникает на свет чувство главных персонажей, ставшее началом конца их самих, их друзей и родных?

Сделать любовь обычным делом. Внести ее в список бытовых, жизненно необходимых вещей. Не это ли послание заложил в свой спектакль режиссер-постановщик? Версий происходящего на сцене может быть столько же, сколько и зрителей в зале. И все они могут сойтись в одном, что «нет повести печальнее на свете»…

Наиболее важная причина, по которой я взялся за этот материал, — его актуальность. История Ромео и Джульетты — природная тоска о любви — уже более 400 лет продолжает волновать сердца и умы зрителей. Эпиграфом для всей работы я бы определил слова Бенволио из пьесы: «Нет, в наше время это не в ходу. Мы сможем обойтись без Купидона». Эти слова точно характеризуют настоящее. Любовная тема становится все более прикладной. Украшает жизнь или, напротив, мешает сосредоточиться на каких-то задачах и целях. Отовсюду звучит призыв полюбить самого себя. Но история Ромео и Джульетты принципиально не такая. Они стали друг для друга точками отсчета в их системах жизненных координат. «Ромео и Джульетта» — история о трагически погибших влюбленных — стала для меня по-новому интересной, когда возник вопрос: насколько счастливы люди вокруг них? Та среда, тот мир, те обстоятельства, что вытесняют влюбленных, — насколько они благополучны сами? В поиске ответов я пришел к теме нелюбви — отсутствия любви в системе ценностей. Так или иначе, всех персонажей объединяет эта тема. Павел Маркелов, режиссер-постановщик спектакля «Ромео и Джульетта»:

 

Взгляд «Витражей»

Художественный руководитель Самарского художественного театра («Витражи») Павел Карташев назвал свою сценическую версию пьесы мюзиклом по режиссерской структуре:

— Разница лишь в том, что актеры не поют, а говорят поэтический текст Шекспира в переводе Пастернака. Моя постановка — максимально театрализованный взгляд на бессмертную трагедию «Ромео и Джульетта» глазами средневековой труппы бродячих актеров, подобной той, что разыгрывала легендарный спектакль «Убийство Гонзаго» в замке Эльсинор перед датским принцем, Офелией, Клавдием, Гертрудой и другими в «Гамлете».

Автор костюмов — Мария Казак, театральный художник, модельер, член Союза дизайнеров России, арт-директор «Поволжских сезонов Александра Васильева»:

— Было интересно вдохновиться задумкой режиссера, услышать его концепцию, проникнуться стилистикой постановки по, казалось бы, всем известной шекспировской трагедии. Интересно то, что в спектакле, изобилующем пластикой и танцами, труппа средневековых актеров и горожан разыгрывает действо времен Шекспира в костюмах с элементами эпохи Возрождения. Я позволила этот микс двух периодов и стилей для лучшего выражения образов. Решение полностью через черный цвет — осознанный ход, который лишает нас всех возможности спрятаться за какими-либо эффектами и обнажает подлинно шекспировскую суть действующих лиц и эмоций. Соответственно, пришлось кропотливо поработать с кроем, формой и фактурой поверхности костюмов. А особенно с отделкой и акцентами. Серебряный и золотой в декоре — цвета принадлежности к сторонам Монтекки и Капулетти. Сценический бой на шпагах ставил популярный самарский киноактер и каскадер, заслуженный артист России Виктор Евграфов.

Молодежная версия

Самый молодой самарский театр — «Мастерская» — также поставил спектакль по всемирно известной шекспировской трагедии.

В нем художник рассказывает эту историю своей дочери. По ходу повествования они сами становятся участниками трагедии. И хотя главные герои истории погибают, но бессмертным остается одно — любовь.

Режиссер — Виктор Трегубов, режиссер-постановщик — Ирина Сидоренко.

Метки

По теме

Добавить комментарий

Комментарий появится после модерации.

Газета

Приложение