Театральный клуб: «У ковчега в восемь»

Проект, посвященный Году театра, «Самарская газета» запустила еще в декабре 2018-го.

Тогда был создан настенный календарь, в котором каждый месяц иллюстрируют придуманные художниками афиши спектаклей. Выбраны классические произведения, постановки которых могли бы идти на самарской сцене 100 лет назад. А сегодня идут на сцене современных самарских театров. Основная же часть проекта, работа театрального клуба, растянулась на весь 2019-й. Группа людей самых разных профессий, как связанных со сценой и журналистикой, так и весьма далеких от этих сфер, посещают спектакли, вдохновившие художников на создание календаря. А затем под руководством модератора Татьяны Журчевой обсуждают увиденное. Результаты дискуссии читатели могут регулярно видеть на страницах «Самарской газеты». Проект реализуется при поддержке городского департамента культуры и молодежной политики, а также театров Самары и Самарской области.

Десятым спектаклем проекта стал «У ковчега в восемь» театра «Актерский дом». Одноименная пьеса Ульриха Хуба была впервые представлена публике на фестивале «Золотая репка» в 2007 году в виде читки, а потом пошла по стране.

Театр «Актерский дом» открыт Самарским отделением Союза театральных деятелей России в ноябре 2006 года.

В театре «Актерский дом» к ней обратился шесть лет назад выпускник Самарской государственной академии культуры и искусств режиссер Леонтий Бородулин. Сценограф — Александр Бондаренко.

…Три неразлучных другапингвина коротают дни на Южном полюсе. Ловят рыбу, вглядываются в бесконечный простор снежной пустыни и ссорятся-ругаются-дерутся. Характеры героев режиссер обозначил цветом. Есть положительный в белом костюме, промежуточный — в сером и «плохиш» — в черном. «Гадкий утенок» допускает крамольные высказывания, отбивается от коллектива и как результат не получает приглашения на ковчег, который призван избавить от гибели «каждой твари по паре». Но чувство привязанности к товарищу не позволяет пингвинам спастись вдвоем. Они запихивают в чемодан своего друга и тайно проносят на ковчег.

Действие первое. Мнения

Татьяна Журчева, доцент Самарского университета, кандидат филологических наук, литературовед, театральный критик, член СТД РФ, член Союза журналистов РФ:

— Спектакль, казалось бы, детский, но не совсем. Это притча, с помощью которой автор пьесы и театр пытаются разговаривать с детьми и со взрослыми. Поскольку проблемы-то недетские.

Ольга Сулайманова, режиссер монтажа:

— Детский спектакль с недетскими вопросами. О дружбе, о выборе, о боге.

Марина Абышкина, бухгалтер:

— Как верующий человек с понятием бога я для себя уже давно определилась. Для ребят, возможно, это какая-то новая тема. Для взрослого человека, уже много понимающего и принявшего для себя определенную религию и веру, спектакль смотрится как детская сказка. Для себя я уже приняла, что значит бог. Он везде, он пронизывает все наше существование. Тему религии, бога и веры начала изучать с 2013 года. Сейчас, кроме того, посещаю клуб йоги и медитации, там мы тоже обсуждаем подобные темы. Не знаю, введены ли сейчас у всех уроки религии. Хорошо, что есть такой спектакль как повод для детей задать вопросы старшим по поводу веры.

Юлия Денисенко, хореограф:

— Как православный человек я с осторожностью отношусь к спектаклям и фильмам на религиозную тематику. Особенно если в них есть юмористический уклон. Мне неприятно, когда шутят на подобные темы. Но на этом спектакле было комфортно. Создатели смогли не перейти очень тонкую грань.

Спектакль воспринимается как детский, но было очень интересно. Юмор оказался близок. Не могу сказать, что он рассчитан только на маленьких зрителей. Некоторые фразы, например: «Видел одного пингвина — видел всех» — мы растаскали с подругами на цитаты.

Понравилась Голубка. Она все время переживает по поводу того, что так много всего нужно сделать. Хотя ей же по душе эта ответственность. Наверное, я увидела в этом образе себя. Немного сумбура и суеты.

Сцена небольшая, все находится очень близко. Сразу, когда заходишь, зал даже не воспринимается как театральный. Обстановка выглядит домашней.

Константин Абышкин, предприниматель:

— Я не часто посещаю спектакли. За всю свою жизнь был в театре, наверное, раза три. Причем два из них — в нынешнем году. Этот спектакль показался мне очень детским. Мне как взрослому человеку он не особо понравился. Но я бы хотел показать его своему сыну. Ему сейчас восемь лет. Уверен, он посмеется. В зале было много детей, им было весело.

Думаю, это хороший повод поговорить с детьми о вечном, насущном. Недавно у нас с сыном поднимался уже такой вопрос: что такое бог? Как произошло сотворение мира? Мы рассказали ему, что есть библейская версия. Есть научная — человечество произошло от обезьян. Есть альтернативная — нашу планету заселили инопланетяне. Он вправе сам решать, во что ему верить. Сегодняшний спектакль стал бы прекрасным дополнением библейской версии развития событий.

Интересно оформление. Сцена сначала вся была белая. А в какой-то момент становится черной. Я понял, как технически это было сделано. Мне понравилось, что постановщики продумали это. Сначала персонажи были в Арктике — на белом фоне, а потом — в ковчеге, на черном.

Я обратил внимание на ящик, поставленный на сцене. Было понятно, что он там неспроста. Потом в нем переносили одного из пингвинов. А в финале раскрыли, и оттуда появились радуга, яркие картинки. Это было интересно.

Действие второе. Дискуссия

Татьяна Журчева:

— Понятно, что в притче много условности. Но тогда что такое здесь ковчег? Это же не священная история в буквальном смысле слова.

Любовь Глотова, учитель английского языка, поэт, переводчик:

— Мне кажется, это жизнь. С ее испытаниями. Герои проходят часть из них и готовы к дальнейшим — во взрослой уже жизни. Или, может быть, ковчег — подростковый период. В начале спектакля ссора — типичные отношения школьников 6-7-го класса. Я как раз работаю с детьми такого возраста. В этот ковчег, как в подростковый период, они заходят, там переживают самое сложное, некоторые из них даже находят любовь. И потом выходят на свободу, в юношеский, более зрелый и спокойный возраст. Выходят из школы.

Сначала мне показалось, что это спектакль о полярниках. Была очень удивлена, когда узнала, что речь идет о пингвинах.

Ольга Сулайманова:

— Нам показана точка преткновения. Некий выбор. И получается, что герои поступили правильно. Они выбрали дружбу, решили поступить по совести. От спектакля осталось приятное ощущение. В переломный момент добро победило. Это полезно посмотреть не только подросткам, но и взрослым. Каждый из нас периодически встает перед выбором: поступить правильно или пойти на сделку с совестью.

Татьяна Журчева:

— Каждому постоянно дается выбор. Не только в экстремальной ситуации, но и в повседневной жизни. В притче это заострено. Самое важное, что в спектакле говорится о свободе выбора. В том числе бога, религии и веры. Выбора облика бога, понимания того, где он и кто он. Никак иначе человек не может существовать.

Это вопросы, которыми задаются дети. Но не всегда находят на них ответы. Поскольку у нас сейчас такое странное время. Раньше, до 1917 года, религиозное воспитание было обязательным. Поэтому оно, с одной стороны, впитывалось с молоком матери, а с другой — вызывало отторжение. Не большевики же на самом деле разрушили религию (вернее ту институцию, которая представляла ее в стране) — нельзя разрушить то, что неразрушимо. Люди искали ответы на свои вопросы в самых разных местах. Это называлось «богоискательство», «богостроительство» — реальность начала ХХ века. А потом, когда случилась революция и «бога отменили» — на государственном опять же уровне, детей перестали обучать этому, воспитывать, исчезло знание Священного писания. Теперь же все смешалось: одни веруют, другие — нет, одни говорят о боге, другие — не говорят. А что делать детям? Они существуют в этом странном смешанном мире. В религиозной семье их могут заставлять, в нерелигиозной — ничего не объясняют.

Юлия Денисенко:

— Я работаю с подростками. Мне кажется, им нужно смотреть такие спектакли, в которых глубокие темы затрагиваются легко, через юмор. Современные подростки только так и понимают что-то глубокое. Они не любят проблемы и трудности.

Татьяна Журчева:

— Дело не в том, что они не любят трудности. Они не любят пафос. Они существуют в вертикальной системе, в которой постоянно находятся под чьим-то давлением. Поэтому всякий раз, когда им еще дополнительно откуда-то указывают, они этому противятся.

Юлия Денисенко:

— Сейчас детей не учат рассуждать. ЕГЭ и вся система образования нацелены на то, чтобы дети отвечали «да» или «нет». А в спектакле рассказали непростую историю. Персонажи могли поступить по правилам — отправиться на ковчег вдвоем. Или поступить по совести — взять с собой и третьего. Они вроде бы обманули Голубку. Обманывать нехорошо. Но доброта не позволила им сделать иначе. Детей это учит думать, а не слепо следовать написанному. Это еще одна тема спектакля. Хотя и не про религию.

Татьяна Журчева:

— А речь здесь идет не только о религии. Бог в данном случае не творец, а высший смысл. Человек не живет только для того, чтобы есть, пить и быть успешным. Он всегда существует еще для чегото. И это всегда самое трудное — понять для чего. Во все времена люди размышляют, зачем они здесь. И спектакль предлагает свой вариант — детский ответ на недетский вопрос. Для свободы выбора. Для радуги. Для радости. Для справедливости.

Ольга Сулайманова:

— Пингвин в черном, который много ворчал и был всем недоволен вначале, проделал некий путь, работу над собой. Хотя, казалось бы, такой эгоистичный парень.

Любовь Глотова:

— Было интересно следить за происходящим на сцене. Все очень дешево сделано. Например, ветер изображали полоски бумаги на вентиляторе. Океан — ведерко, в котором ловят рыбу. Художник постарался.

Татьяна Журчева:

— Не дешево, а просто. Все дело в выдумке. Любовь Глотова: — Да, просто. И в то же время небанально — очень интересно.

Ольга Сулайманова:

— Так обычно дети и играют. Делают из подушек себе дом, повязывают платок и считают, что это платье. Получается, что спектакль задействует воображение.

Любовь Глотова:

— Это еще и учит детей фантазировать.

Татьяна Журчева:

— Что сегодня не так уж вредно при той загруженности визуальным рядом, которую они чуть ли не с рождения получают: мультики, различное видео и прочее. Фантазию действительно нужно будить.

Юлия Денисенко:

— Еще одна мысль, которая мне понравилась. Вначале пингвины жаловались: им все надоело, кругом один снег, скучно и делать здесь нечего. А потом, когда они «вышли из зоны комфорта», то поняли, что раньше было лучше и дома очень хорошо. Каждый из нас сталкивался с тем, когда все достало и ничего не нравится. И вдруг что-то щелкнет, и понимаешь: «Почему я жалуюсь? Все же прекрасно!» Взрослым также нужно посмотреть этот спектакль, чтобы снять черные очки и оценить то, что есть.

Татьяна Журчева:

— Смотреть не только под ноги, но и на небо. Есть еще одна важная тема — принятие другого. Сначала идет отторжение: «Как от вас воняет». А потом оказывается, что все нормально. Мир многоликий, разный, пестрый. Люди очень разные. От кого-то воняет, кто-то не так выглядит, кто-то не того цвета, кто-то не так молится, кто-то не так разговаривает, не так сидит, не так идет. А в конечно итоге: всемирный потоп и все на одном ковчеге. Ковчег — мир, в котором мы живем. В чем удача пьесы и спектакля — нам все это показывают не назойливо, деликатно, намеком. Весело, с песнями. Без акцентов, без давления. А все равно это фиксируется. Особенно у детей — темы ложатся куда — то в подсознание и потом прорастают.

Метки

По теме

1 комментарий

  1. Очень печально, что ставятся такие дурацкие спектакли

Добавить комментарий

Комментарий появится после модерации.

Газета

Приложение

Close