(Продолжение темы. Начало в «СГ» от 16,23 августа 2013 г.).
Осенью 1582 года 540 волжских казаков под предводительством Ермака Тимофеевича по реке Чусовой пересекли Каменный пояс — Урал. Переход был долгим и сложным. Горный хребет стал для казаков границей из царства света в княжество тьмы. Думается, они, люди 16-го века, рассматривали свое путешествие именно так. За Камнем оставался русский царь-батюшка, хоть строгий, но свой, православный, оставалась их вольная жизнь, свой народ. Тут жили поганые — язычники, варвары, и борьба с ними, знали казаки, будет не на жизнь, а на смерть. Но не только забота о Строгановских городках и хорошие барыши тянули сюда казаков. Ведь это была особая порода людей! Дух авантюризма, неутолимая жажда бродяг и первопроходцев звала своих героев в этот великий поход.
Еще весной 1582 года за Уралом хан Кучум вовсю готовился к воине с русским царем. Для начала он мечтал покорить обширный Пермский край. В его армии было не менее десяти тысяч воинов — для истерзанной в Ливонской войне Руси это была реальная угроза. Ядро армии Кучума составляла ногайская гвардия и татарская конница. Также он заставил служить себе силой и угрозами все местные ханты-мансийские племена, до того платившие дань русскому царю. Братья Строгановы то и дело посылали за Камень лазутчиков — узнать, как скоро ждать нашествия. Более других опасался Максим Строганов — его владения были самыми восточными и примыкали к Уральским горам. Поэтому в летописях именно он числился нанимателем Ермака и его казаков.
И вот нашествие началось — хан Алей, сын Кучума, вылетел из-за Урала и сжег до основания Соль Камскую, устроив страшную резню, истребив все деревни в округе, а затем перебил и всех русских жителей Кай-городка. Это была лебединая песня сибирских ордынцев, и они ее пели со всей жестокостью степняков, исконных врагов Руси! Но разгромленные угодья не принадлежали Строгановым — и Ермаку не было надобности защищать их. А вот во владения к Строгановым Ермак татар не пустил, и те осадили Чердынь — царский оплот в Перми.
Мы можем справедливо предположить, что именно в эти дни, когда хан Алей увяз в битвах в обширном Пермском краю, Ермак и решил одним ударом завоевать Сибирь. Хан отпустил с сыном лучших своих людей! Но с кем остался сам старик Кучум, никак не ожидавший нападения? Мы это скоро увидим. Несомненно, что Максим Строганов, завербовавший отряд Ермака, лично санкционировал этот поход. Его логику можно было понять: свои крепости он отстоит своими силами, стены их крепки, пушек и пищалей много. А казаки тем временем ударят в самое сердце Сибирского царства!
Волжскому казаку Ермаку Тимофеевичу стоило поторопиться. Потому и гребли они что есть мочи против течения, только бы поскорее пересечь Камень и выйти к предгорьям с вражьей стороны.
Историки разных столетий, включая монахов-летописцев и московских писарей из приказов, устроили великую путаницу с хронологией экспедиции Ермака в Сибирь. Мы скажем определенно — завоевание Сибири произошло между 1 сентября 1582 года, когда казацкие струги пошли к Уралу, и весной 1583-го. Не было никаких зимовок по дороге и не было никаких великих сражений по пути. Во-первых, Ермак не стал бы дожидаться, когда Алей вернется в родные пенаты на помощь отцу, это ясно как день, а во-вторых, сражаться с Ермаком по пути в Сибирь просто было некому.
Вот что записал один из свидетелей похода: «…и Камою рекою вверх же, а из Камы реки поворотили направо в Чусовую и шли вверх, а из Чу-совой в Серебряную реку вверх же, а с Серебряной реки до реки Баранчука суда на себе волочили, а рекою Баранчуком вниз в реку Тагил, а Тагилом рекою вниз же в Туру реку…» Далее маршрут более чем ясен. «Тура река» является притоком Тобола, а Тобол, в свою очередь, притоком Иртыша, на берегу которого и стояла столица Сибирского ханства -Кашлык (или Искер). И, как мы видим, начиная с Баранчука и Тагила казаки шли только вниз по рекам, а значит, по течению, что крайне облегчало их задачу.
В устье Тобола казаки задержались. Там произошла первая крупная битва — с войском Карачи, первого из сановников Кучума. Людей Карачи казаки разбили, улус его разграбили, казну и все добро взяли себе. Только тут Кучум осознал всю опасность положения и стал собирать войско. Местные князьки со своими ополчениями потянулись в Каш-лык. Разноплеменное войско с половины Сибири собралось у Чувашского мыса к концу октя-бря-началу ноября 1582 года. Но ничто не объединяло это разноплеменное сборище, кроме приказа грозного и жестокого хана, не прощающего неповиновения. Самые лучшие воины ушли с Алеем на Русь. Во главе этого войска, говорящего на разных языках, поклоняющегося разным идолам, был поставлен племянник Кучума — хан Маметкул.
И вот на глади Иртыша появились струги Ермака. Казаки никак не ожидали такого зрелища! Русский конкистадор внимательно оглядел полчище Кучумово у Чувашского мыса, тьмой укрывшего берег, и повернул струги к ближайшему урочищу Аттик-мурзы. Надо было посовещаться и вдохновить казаков, особенно молодых, полководческой речью.
Поскольку в летописях есть несколько спорных дней, мы имеем все основания полагать, что бой состоялся через день или через два. Воины хана к тому времени устали ждать. А казаки, напротив, отдохнули и набрались сил. Как известно, пушки произвели магическое действие на воинов Кучума, а беспрестанная пальба из пищалей разметала войско в пух и прах. Храбрый Маметкул был ранен в начале битвы, а увидев, что его унесли, местные князьки разбежались в мгновение ока. Скрылся и Кучум.
Ветхая крепость Кашлык со всеми богатствами уже через час оказалась в руках казаков, а спустя считанные дни местные мансийские князьки, ненавидевшие Кучума, ханты и даже татары потянулись присягать большому белому воину.
В декабре 1582 года Маметкул нападет на отряд Богдана Брязги, товарища Ермака, который отправится за рыбой, и перебьет всех. Ермак и Маметкул встретятся в том же декабре у озера Абалак — битва будет не на жизнь, а на смерть. На одного казака — десять татар! И вновь ханские воины будут разбиты, а Маметкул взят в плен.
Но впереди было возвращение царевича Алея и его воинов. Кашлык станет надежным оплотом теперь уже Ермака Тимофеевича.
Весной Ермаком в Москву будет отправлен атаман Иван Кольцо — тот сам изъявит это желание — с вестью, что Сибирское ханство присоединено к Руси. Казаки привезут меха и Маметкула в придачу. Как известно, царь Иван Грозный, до того готовый казнить половину всех волжских казаков, Ивана Кольцо — первого, был милостив, принимая под свою корону новые территории. Что ж, победителей не судят! На фоне ливонских поражений это было воистину чудо Господне! Мамет-кулу повезет больше других — его одарят вотчинами и возьмут на русскую службу. Это была политика царя — приручать и покупать наследников-ордынцев. Позовут и Кучума, но тот откажется — будет сражаться до самого конца. Грозный пошлет с казаками в Сибирь воеводу князя Болховского и небольшое стрелецкое войско. Стрельцы перемрут от холода и голода зимой 1583-1584 гг., так и не побывав ни в одном сражении. Умрет и воевода Болховский.
Только самые выносливые казаки переживут эту зиму.
Летом 1584 года Карача, якобы решивший перейти на сторону русского царя, позовет к себе в гости Ивана Кольцо — и тот с большим отрядом поедет пировать. Ночью после пира гостей вырежут всех поголовно. Матвей Мещеряк, посланный Ермаком отомстить за товарища, тоже ночью ворвется в лагерь Карачи — жалеть не будут никого. Отплатят резней за резню. Карача едва сбежит с небольшим отрядом, потеряв в этой битве своих сыновей и внуков.
Завоеватели Сибири сами не успеют заметить, как от их полутысячи с лишком останется всего чуть более сотни. Но и эта сотня наводила великий страх на ханских воинов! И если на что те и могли рассчитывать, так это на хитрость и вероломство.
Летом следующего 1585 года казаки во главе с Ермаком поедут освобождать бухарский караван. Как известно, ночью в устье Вагая на их лагерь будет совершено нападение. Казаки попрыгают в струги и будут стремительно отходить от берега. Небольшой отряд, человек в десять, во главе с Ермаком станет прикрывать отход. Потом струги растеряются по Иртышу. Спустя несколько дней они станут подходить к берегу Кашлыка.
Причалит последний струг — но без Ермака Тимофеевича. Страшно будет поверить в то, что вождя больше нет. Потеря окажется невосполнима. Меньше сотни богатырей к тому времени останется на сибирском берегу, в чужой столице Кашлык, и неминуемая опасность будет грозить каждому. Ведь Кучум поклялся истребить их поголовно или умереть.
И тогда Матвей Мещеряк, ставший атаманом после гибели Ермака, скажет:
— Уходим домой — за Камень — на Волгу!
Великий трехлетний поход был окончен. «Второе взятие» Сибири оставалось за московскими воеводами. А казаков где-то ждали Жигули и родная река Самара.
(Окончание следует.)
Культура
Культура
