Вам и не снилось

Лауреат Грушинского о восходящих звездах и о тех, кто их зажигает.Ирина Вольдман – человек творческий. И общается с людьми по преимуществу творческими. И удивить ее трудно.

Но то, что она пережила, совершив речное путешествие до Волгограда, иначе как культурным шоком не назовешь.— Насколько я знаю, путешествие ор­ганизовала городская администрация, и это был такой подарок города к 65-ле­тию Победы в Великой Отечественной войне ветеранам и детям, которые до­стигли успехов в учебе, спорте, занятиях искусством. А вас, как понимаю, пригла­сили принять участие в художественной программе круиза.

— Меня и Андрея Колесникова. Мы пред­ставляли Союз бардов Са­мары. И я действительно была потрясена, и потрясли меня дети. Безумно талант­ливые! И умеют все!

Они умеют танцевать, они умеют петь, некоторые из них являются прекрас­ными актерами. И при этом далеко не все — воспитан­ники школ искусств. Мно­гие занимаются в кружках школ общеобразователь­ных, но демонстрируют не менее впечатляющие ре­зультаты. И конечно, меня потрясли педагоги этих де­тей. За копейки работают, но добиваются такого… Там была девочка, которая по­беждает на международных конкурсах. Дьякова Яна. Тринадцать-четырнадцать лет. Внешность манекен­щицы. Высокая, тоненькая, и при этом шикарнейший классически поставленный оперный голос. Мы привык­ли к тому, что оперные пе­вицы — это такие пышногру­дые, дородные женщины, а тут тростинка. И когда слу­шаешь ее, то буквально ото­ропь берет. Ну совершенно не понятно, откуда она эти звуки свои мощнейшие из­влекает. Где сидит в ней этот ее потрясающий голос. В са­мый последний день, когда мы подходили к Самаре, ребятам вручали призы. Они же на теплоходе минуты без дела не сидели. Все время в творческом процессе. Причем про­цесс этот в режиме соревнования проходил. Их на команды разбили, команды состяза­лись, и по результатам как раз и награжда­ли. И вот эта Яна просит микрофон и а ка­пелла поет украинскую народную песню. И вы только представьте: Волга, белые тепло­ходы, горы, берега и голос, который над всем этим буквально царит. А принадлежит юно­му тоненькому созданию! Ну просто в голо­ве не укладывается! Прекрасная совершенно пара спортивного рок-н-ролла. Парень и де­вочка маленькая совсем. И в танце есть мо­мент, когда он ее бросает. Бросает вниз голо­вой. Она летит, сердце твое замирает, и когда ты готова уже вскрикнуть, парень девочку подхватывает, и они продолжают танцевать. Все настолько точно, но при этом так легко и изящно, что вот эта первая твоя мысль – а мама-то девочки знает, в каких она трюках участвует? — уходит, и ты видишь не детей, а профессиональных танцоров. Техника у всех этих ребят высочайшая! А какой артистизм! Там девочки из хореографической группы танцевали русский танец – кокошники, са­рафаны. Смотрела и думала: насколько это их танец, как они в нем органичны. Но че­рез день девочки показывают танец ирланд­ский, и делают это так, что устоять ну просто невозможно, и ты начинаешь включаться. А видели бы вы, какой концерт они дали на на­бережной Волгограда! Когда эти дети в гим­настерках танцевали под военные песни, люди слезами просто обливались, так это трогало. А какое мероприятие провели на Мамаевом кургане! Обычная вроде бы цере­мония возложения венков. Но они сделали ее театрализованной. Настоящий спектакль! И такой силы… Среди тех, кто сопровождал ребят в поездке, был директор одного му­ниципального учреждения, который в свое время на Мамаевом кургане служил в ро­те почетного караула. Так он говорил, что за год службы администрация волгоградская не провела ни одного подобного мероприятия.

— Ирина, а вы в какие годы в школе учились?

— Поступила в 80-м, окончила в 90-м.

— И ничего такого у вас не было?

— Я не могу сказать, что не было. Было. Я училась в 74–й школе. Это на 116-м кило­метре, в Куйбышевском районе. Наш класс­ный руководитель Клара Павловна Лучки­на, преподаватель физики, организовала хор, в котором пели мы все. По инициати­ве другого нашего классного руководителя, преподавателя химии Олицкой Елены Да­ниловны, она взяла нас в 9-м, осваивали бальные танцы. Мы ходили в драматиче­ский кружок. Его вела завуч Антонина Сер­геевна Абакумова. Это все было здорово, но это была самодеятельность. А то, что я уви­дела в эти пять дней круиза… Готовые про­фессионалы. И с одной стороны – радостно, что в нашем городе есть такие дети, а с дру­гой – горестно, потому что, кроме педагогов и родителей, о них, по большому счету, не знает никто. У нас в обычной, самой обыч­ной общеобразовательной школе девочки не просто занимаются синхронным плава­нием, но и участвуют в международных со­ревнованиях. Вы о них знаете?

— Нет, о синхронном плавании в об­щеобразовательной школе я, к стыду своему, даже не слышала.

• Вот видите! А страна должна знать сво­их героев. Детям нужно, чтобы о них рас­сказывали. Им нужно то признание, кото­рого они заслуживают. И это нужно нам. Это нашему городу нужно. Потому что на глазах-то совсем другие молодые люди. Ну вот, скажем, в минувшее воскресенье сиде­ла я в кафе. За соседним столиком — компа­ния. Не старше двадцати ребята, но сплош­ной мат, и ни одного мужчины, которому бы пришло в голову это безобразие прекратить, притом что людей в кафе было достаточно. А буквально вчера мы поехали на Волгу иску­паться. Идем по набережной, а в «забегалов­ках» песни орут. И песни эти тоже с матом. Вот что у нас на виду и на слуху. А про другое мы даже не слышали. Обидно.

Видели бы вы, какой концерт они дали на набережной Волгограда! Когда эти дети в гимнастерках танцевали под военные песни, люди слезами просто обливались, так это трогало.

Читай, где удобно