От Елшанки до Парижа. Как самарская поэтесса Ирина Кнорринг стала активной участницей французского Сопротивления

Имя поэтессы Ирины Кнорринг долгое время было незаслуженно забыто. Между тем высокую оценку ее творчеству давала сама Анна Ахматова. Молодость Ирины пришлась на переломные для нашей страны годы. Ей довелось пережить и революцию, и долгий путь в эмиграцию, и оккупацию Парижа фашистами.

Ирина Кнорринг происходит из древнего германского рода. Ее предки еще со времен Петра I верой и правдой служили России. Защищали нашу страну во время нашествия Наполеона, участвовали в войнах на Кавказе.

Будущая поэтесса родилась в 1906 году в имении близ деревни Елшанка в Самарской губернии. А закончила жизнь в Париже. В эмиграции она не забывала о своей родине, ее все так же волновала судьба России. Ирина разделяла взгляды своего мужа — поэта Юрия Бек-Софиева, который был активным деятелем французского Сопротивления.

Реальность и воздушные замки

Детство Ирины прошло в родовом поместье Кноррингов в Елшанке. Земли были пожалованы ее прадеду Егору Кноррингу за верную службу Отечеству.

Не менее полезен родине был и его сын, титулярный советник Николай Егорович Кнорринг. Он хоть и не служил в армии, но все силы отдавал самарскому земству. Следы его деятельности сохранились до сих пор. Например, Елшанская школа берет начало от «Школы Кнорринга» — земской начальной с трехлетним курсом обучения. Депутат Самарского земства от дворянского сословия Николай Егорович Кнорринг был организатором многих мероприятий, способствовавших укреплению структуры губернии. Один из его сыновей — Борис стал известным ветеринаром. Другой — Николай — учителем. Со своей будущей женой Марией Владимировной он познакомился, еще будучи студентом. Девушка училась на Высших женских курсах. А Николай Николаевич — на историко-филологическом факультете Московского университета. Молодые люди обвенчались. Вскоре после свадьбы у них родилась дочь Ирина. Пока родители заканчивали обучение, девочка росла в семье дяди в Елшанке.

После получения диплома супруги некоторое время работали в Елшанской школе. Затем Николай Николаевич был направлен в Харьков на должность директора гимназии. Вскоре туда переехала и его семья. Однако каждое лето Кнорринги приезжали в самарское имение. И лучшие воспоминания будущей поэтессы связаны с нашим краем.

В возрасте четырех лет Ирина научилась читать и писать. В восемь занялась стихосложением. А в 11 начала вести дневник. Вот, например, запись от 12 сентября 1917 года:

«Я строю воздушные замки. Мой воздушный замок прекрасен. Мой воздушный замок — семейный очаг. К нему длинная, трудовая дорога ведет, и ключ от замка — Елшанка. Я буду жить среди добрых, веселых людей, буду писать романы и стихи, буду безгранично счастлива… Мелодекламация — моя идея, моя любимая мечта, вместе с воздушным замком, и это правда».

Музыкальные вечера с Дунаевским

Николай Кнорринг был замечательным педагогом. Он увлекался музыкой. И пронес эту страсть через всю жизнь. Став директором харьковской гимназии, организовывал там музыкальные вечера. На них выступал сам вместе с двумя самыми талантливыми учениками — братьями Дунаевскими. Один из них – Исаак, станет знаменитым композитором.

Любовь к музыке Николай Николаевич передал и дочери. Поступив в харьковскую гимназию, Ирина стала брать уроки игры на рояле и танцев. Однако идиллия длилась недолго. Первая мировая война и последовавшая за ней революция принесли семье тяжелые испытания. Земской деятель Николай Кнорринг умер в Самаре в 1914 году. А его сын потерял возможность заниматься любимым делом — преподавать.

Большевики приближались. Николай Николаевич был эвакуирован в составе Харьковского учебного округа. В 1919 году вся семья переехала в Крым. Кнорринг преподавал в Таврическом университете, работал в редакции газеты «Земля», которую издавал генштаб Врангеля.

Но вскоре Белая армия была разбита. Началась эвакуация. 13 ноября 1920 года Кнорринги покинули Россию на линкоре «Генерал Алексеев».

В порту Бизерты

В Константинополе гражданских лиц перевели на пассажирский пароход «Великий князь Константин». 21 ноября 1920 года Черноморский флот переименовали в Русскую эскадру. Все 33 корабля, входящие в нее, зимой 1920-1921 годов пришвартовались в порту Бизерты (Тунис). Там Николай Кнорринг преподавал в Морском корпусе — военно-учебном заведении, ставшем продолжением Севастопольского кадетского корпуса.

Ирина училась в существовавшей при корпусе школе. Летом 1924 года сдала экзамены на аттестат зрелости. Живя в Тунисе, девушка начала публиковать стихи на страницах эмигрантских газет и журналов.

Русская эскадра не дождалась помощи бывших союзников. В мае 1925 года семья Кноррингов переехала во Францию, где жила крайне бедно. Николай Николаевич работал в Тургеневской библиотеке, публиковался в газете «Последние новости». Ирина посещала лекции в Русском народном университете и Русском историко-филологическом отделении при Сорбонне. А также присутствовала на собраниях Союза молодых поэтов и писателей Франции. Там бывали Владислав Ходасевич, супруги Марина Цветаева и Сергей Эфрон, поэтесса Тэффи и другие.

Немного счастья в холодной Франции

В 1926 году в Союзе молодых поэтов и писателей Ирина познакомилась с будущим мужем — офицером Юрием Бек-Софиевым. Он был потомком одного из соратников Шамиля, предводителя восстания на Северном Кавказе.

Вскоре после начала отношений Ирина узнала, что на почве стресса у нее развился диабет. Но благородный юноша не отказался от помолвки даже тогда, когда ему стало известно о болезни невесты. Ирина после свадьбы тоже не отказалась от своего предназначения — рождения ребенка. Хотя врачи запрещали ей это. Но сын Игорь, появившийся на свет в 1929 году, стал ее самой большой радостью. Ирина продолжала творить. В 1931-м вышел из типографии ее первый поэтический сборник «Стихи о себе». А в 1939 году увидела свет вторая книга — «Окна на Север». Издавал сборники стихов и ее муж. В своих произведениях Ирина вспоминала счастливое детство, тосковала по потерянной Родине.

«Россия! Печальное слово,

Потерянное навсегда.

В скитаньях напрасно-суровых,

В пустых и ненужных годах.

Туда — никогда не поеду.

А жить без нее не могу…»

«Самый страшный час — перед рассветом»

Начавшаяся Вторая мировая война, оккупация Парижа немцами сыграли трагическую роль в развитии болезни поэтессы. Ирину поразило известие о нападении фашистов на СССР. Она написала стихотворение, в котором спрашивала немецкого юношу, что он забыл в русских степях. Предрекала ему неминуемую и безвременную гибель.

В начале Второй мировой войны Юрия Софиева мобилизовали во французскую армию. После капитуляции он вернулся в Париж. Стал активным участником движения Сопротивления. Вместе с супругой он укрывал у себя евреев и бежавших из концлагерей советских военнопленных. В 1942 году из-под пера Ирины Николаевны появились такие строки:

«Темнота. Не светят фонари.

Бьют часы железным боем где-то.

Час, еще далекий до зари.

Самый страшный час — перед рассветом.

…Час, когда, устав от смутных дел,

Город спит, как зверь настороженный,

А в тюрьме выводят на расстрел

Самых лучших и непримиренных».

Ирина Кнорринг умерла от диабета 23 января 1943 года. Была похоронена на кладбище Иври, под Парижем. Вскоре скончалась ее мать. В 1949-м в Париже был издан третий сборник стихов Ирины Кнорринг — «После всего». 7 декабря 1965 года состоялось перенесение праха поэтессы на русский участок кладбища Сент-Женевьев де Буа.

В 1955 году Игорь Софиев, Юрий Софиев и Николай Кнорринг вернулись в СССР. Они были определены на жительство в Алма-Ату. Здесь отец Ирины написал воспоминания «Книга о моей дочери». Жена Игоря Кнорринга — казахстанская поэтесса Надежда Чернова, занялась сохранением и изучением творчества Ирины Кнорринг и Юрия Бек-Софиева.

Анна Ахматова, поэтесса:

«По своему высокому качеству и мастерству, даже неожиданному в поэте, оторванном от стихии языка, стихи Ирины Кнорринг заслуживают увидеть свет. Она находит слова, которым нельзя не верить. Ей душно и скучно на Западе. Для нее судьба поэта тесно связана с судьбой родины, далекой и даже, может быть, не совсем понятной. Это простые, хорошие и честные стихи»

Фотографии: исторические архивы