Для многих принятие указа было неожиданным. Как признается врио заместителя губернатора Самарской области Александр Фетисов, для него это получилось, ровно как в песне.
— В ней есть строки: «Я уехал в Петербург, а приехал в Ленинград», — рассказывает Фетисов. — У меня было похоже. Я уехал из Куйбышева, а вернулся в Самару. Да, я куйбышевец, у меня дома даже медаль лежит «Рожденный в Куйбышеве», но при этом мы всегда были самарские. Когда я учился в высшем военно-политическом училище в Минске, меня звали Саша-Самара. Во время боксерских поединков ребята-однокашники, чтобы поддержать, всегда пели песню «Ах, Самара-городок». И это было абсолютно естественно, и ни у кого не вызывало чувство противоречия.
Проводящий большую работу по патриотическому воспитанию молодежи губернии Фетисов подтверждает, что не был одержим идеей переименования города Куйбышева. Однако, и «новое-старое» название – Самара, ему тоже очень нравится. Тем не менее, по Куйбышеву он иногда скучает.
— Ностальгирую по эпохе, когда в городе производили самолеты, на которых летало полмира, — говорит бывший военный, — когда именно здесь были самые лучшие, мои любимые, известные на всю страну именно куйбышевские конфеты. Это детство, юность, это естественно. Но сегодня мы живем в Самаре, что тоже прекрасно.
Через десятилетия, прошедшие с этого знакового события, можно подвести итоги. Что дало городу это переименование? Как повлияло на судьбу?
Вот что думает по этому поводу Антон Валиев (Арт Абстрактов), художник, куратор молодежных арт-проектов:
— Я родился ещё в Куйбышеве. И застал немного ту эпоху. Переименование города Куйбышева обратно в Самару в 1991 году стало не просто символическим жестом, но и важным этапом в его историческом, культурном и социально-экономическом развитии. Оно также способствовало восстановление его исторической идентичности. Город был основан в 1586 году именно как Самара. Это название, имеющее тюркские корни («самар» — «граница», «рубеж»).
Молодежный культуртрегер полагает, что возвращение исторического названия в 1991 году стало частью постсоветской «декоммунизации» и стремления к восстановлению преемственности с дореволюционным прошлым.
— По моему мнению, переименование послужило укреплению культурного и туристического имиджа нашего города, формированию собственного локального бренда, — продолжает Валиев. — Город смог активнее использовать свое богатое дореволюционное наследие: архитектуру, купеческую историю, роль в Гражданской войне. И это не помешало исследовать его статус «запасной столицы СССР» во время Великой Отечественной войны. В связи с возвращением исконного имени появились новые музейные проекты, фестивали, брендирование города под историческим названием. «Самара — город курорт». «Самара Космическая». Для многих жителей возвращение названия стало актом культурного самоопределения и гордости за родной город. Особенно это было важно для старшего поколения, помнившего дореволюционную и довоенную Самару, а также для молодёжи, ищущей связь с неполитизированной историей. Судьба Самары после 1991 года развивалась в русле возвращения к своим корням, что дало городу новый импульс для развития в постсоветский период.
Остались ли еще противники переименования? Ведь некоторое их количество фиксировали общественники в 90-х годах в появившихся во время Великой Отечественной войны заводских районах города. Эвакуированные из разных населенных пунктов СССР на Волгу, они считали, что выбрали жить именно в Куйбышеве. Среди представителей возрожденного самарского Комсомола и компартии, например, и сейчас бытует мнение, что Куйбышев был индустриальным центром и прославился своими рабочими коллективами. А Самара как была городом купцов, так и осталась. То есть, по принципу «Как вы лодку назовете, так она и поплывет». Виновато ли имя в снижении промышленного потенциала города? Или это фатализм чистой воды, который не должен быть свойственен последователям Маркса и Ленина?
Вот что отвечает на эти вопросы директор историко-краеведческого музея имени Петра Алабина Андрей Кочетков:
— Противопоставление советского Куйбышева и дореволюционной Самары — во многом, имеет идеологический характер. В советское время по понятным причинам в краеведении, во многом, делался упор на отсталость города до революции. В конце 1980-х-начале 1990-х, напротив, фокус интереса сместился к дореволюционному периоду как, во многом, неисследованному и нерассказанному. Тем не менее, каждый период развития города вполне логично наследует предыдущему.
К революции, отмечает историк, наш город уже далеко не был песенным «Самарой-городком». Он входил по размеру населения в десятку крупнейших населенных пунктов Российской империи, ныне находящихся на территории нашей страны. Это был крупный логистический узел, связывающий по железной дороге Сибирь, Среднюю Азию и волжский торговый путь. Здесь уже к тому времени было мощное оборонное производство в виде завода по производству труб. И ставка на город в советское время была сделана благодаря уже имеющимся в Самаре немалым ресурсам, населению и инфраструктуре. Конечно, со второй половины 1920-х по 1980-е население города выросло во много раз. А космические, авиационные и другие технологии, придумываемые и применяемые в Куйбышеве, были высочайшего мирового класса.
— Но не нужно сравнивать наш город, например, в 1870-е и в 1970-е, — отмечает авторитетный историк, — лучше смотреть на его масштабы в разные эпохи, на темпы его развития. Тогда будет видно, что Самара начала динамично расти с середины XIXвека и продолжила развитие под именем Куйбышев c1935 по 1991 годы. В городе от разных периодов сохранились две большие «культуры» — торговая и инженерно-заводская. Они «притирались» друг к другу весь XXвек. И продолжают делать это до сих пор. На синтезе этих культур и нужно строить будущее. А не муссировать их противостояние.
Город
