Люди старшего поколения наверняка помнят словосочетание «Золотой треугольник». Термин этот использовался политическими обозревателями советского телевидения для обозначения географической зоны, известной большими объемами производства наркотиков.
Но только коренные самарцы, в основном те, чья бурная молодость прошла на «самарском Бродвее» — улице Куйбышева, — знают, что и в губернской столице тоже был свой «золотой треугольник». В темной арке неподалеку от Главпочтамта, где культурная жизнь области била ключом с экранов сразу трех кинотеатров: «Молота», «Художественного» и им. Ленинского комсомола еще в советское время процветала наркоторговля. Именно этот треугольник в центре города, да еще открытая кафешка «Три вяза» на пересечении улиц Куйбышева и Некрасовской, были причиной головной боли руководителей правоохранительных органов всех рангов.
И что самое печальное… В то далекое время, когда о синтетических наркотиках еще и слыхом не слыхивали, когда легализованная сегодня в целом ряде стран марихуана считалась вершиной зла, а песня Beatles Lucy in the Sky with Diamonds как-то сама собой складывалась в сознании тогдашней «золотой молодежи» в загадочную аббревиатуру ЛСД, так вот именно тогда никто на полном серьезе борьбу с этим страшным злом не вел.
В результате XXI век Самара встретила, прочно занимая третье место в стране по уровню наркозависимых. Удастся ли переломить эту почти катастрофическую ситуацию? Не поздно ли стали вести активную борьбу, в которой список жертв пока гораздо длиннее списка победителей, кому удалось «соскочить», если пользоваться терминологией тех, кто еще в состоянии произносить внятные слова и связные предложения, чей мозг еще не окончательно разрушен «герычем», «крокодилом» и прочей смертельной дрянью?
Да, сегодня борьба с этим злом ведется на всех фронтах. Общественность, медики, правоохранители, чиновники, сами граждане наконец.
ВСТАВАЙ, СТРАНА ОГРОМНАЯ, ВСТАВАЙ НА СМЕРТНЫЙ БОЙ!
Это ведь не только про Великую Отечественную, это и про наше время. Но в этом сражении день победы еще очень далек.
Официальная статистика утверждает, что на сегодня в губернии примерно 20 тысяч наркоманов. Неофициальные цифры говорят о том, что молодых людей, употребляющих наркотические и психотропные вещества, примерно в пять-шесть раз больше. Молодых — потому что возраст их исчисляется с 12-14 лет (когда впервые пробуют легкий наркотик) и до 30-35 (рубеж, за которым или смерть, или полнейшая деградация). Причем за этот короткий период каждый утаскивает за собой еще 10-15 друзей и приятелей ежегодно.
Работники управления Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков ежедневно ведут борьбу с торговцами «белой смертью», сотрудники транспортной полиции пытаются перекрыть каналы наркотрафика. В последние годы стабильно снижается число наркопреступлений, пик которых приходился на 2000 и 2009 годы. Но успокаивать себя тем, что семь-восемь тысяч преступлений подобного рода в год — существенно меньше, чем было три-четыре года назад, явно преждевременно.
На сегодня в Самаре работает более десятка наркологических лечебниц и диспансеров, несколько специализированных кабинетов, через которые ежемесячно проходит до двух тысяч наркозависимых.
Сеть реабилитационных центров, как стационарных, так и амбулаторных, на постоянной основе оказывает помощь всем нуждающимся. По крайней мере, тем из них, кто осознал необходимость лечения и добровольно обратился за помощью, а также лицам, направленным на принудительное лечение.
— Самарский областной реабилитационный центр для лиц, страдающих наркоманией, уже 15 лет работает в здании бывшего санатория-профилактория авиационного завода. В настоящее время он может принять 90 пациентов одновременно и имеет резервные мощности до 200 пациентов, — рассказал корреспонденту «СГ» его генеральный директор Вячеслав Стебнев.
В городе действуют и несколько коммерческих реабилитационных центров — «Мирт», «Вершина-Самара», «Ступени», Remar, «Ковчег», «НаркоЙор» и др. Правда, эффективность их деятельности весьма сложно оценить.
Лечение одного наркомана и последующая его реабилитация стоят 2-2,5 тысячи рублей в сутки. Эти деньги, увы, приходится платить родственникам тех, кто попал в наркозападню. Государство пока в состоянии выделять лишь 700 рублей в месяц на медикаменты. Однако эти, казалось бы, скромные рубли складываются в итоге в 11,4 миллиона рублей городских бюджетных средств в год, в том числе 5 миллионов выделено на проведение профилактических мероприятий. Но даже полное освоение этих денег не может гарантировать, что недавние наркоманы вновь смогут стать полноценными членами общества. Как уверяют эксперты, только два человека из каждой сотни пролеченных не срываются вновь в «наркотический штопор».
ДВЕ ИСТОРИИ С РАЗЛИЧНЫМ КОНЦОМ
Любой врач-нарколог, поработавший хотя бы год с проблемными пациентами, может вспомнить не одну человеческую драму, порой с трагическим финалом. Вот лишь две истории, которые поведал корреспонденту «СГ» практикующий психолог Алексей Ярославцев.
… Родители Ларисы не видели ее уже четыре года. Будучи студенткой 2-го курса одного из самарских вузов, она однажды ушла в ночной клуб, утром не вернулась. Только через пару недель позвонила. Слегка заплетающимся языком сказала, что у нее все о-кей. С той поры ни папа с мамой, ни подруги, ни однокурсники о ней больше не слышали. Мама Лары плачет чуть не каждый вечер, надеется, что дочь жива и вернется домой. А папа, который видел ее вены «во всей красе», убежден, что героин свел их 23-летнюю красавицу в могилу.
… 15- летним мальчишкой Евгений (имя изменено) в компании попробовал анашу и быстро «подсел» на кокаин, даже начал им торговать. Так от дозы к дозе и жил, пока не одумался. Решил попробовать «соскочить», отлично понимая, что прежняя жизнь легко не отпустит.
Завязал с прежней компанией, поменял номер мобильника и залег «на дно».
— Искали дилеры, давили на маму, — вспоминает Женя. — Меня несколько раз «невзначай» сбивала машина. Даже пришлось перенести серьезную операцию. Теперь вот сильно хромаю, за что друзья прозвали Сильвером, — печально шутит Евгений. — Зато этот случай помог мне приобщиться к медицине. Получил специальное образование, теперь лечу таких, каким я сам был 30 лет назад.
Таких примеров достаточно. Только вот медики относятся к ним очень осторожно, даже с некоторой долей суеверия, боятся, что называется, сглазить. И даже своих успешно пролечившихся пациентов называют «наркоманами, которые в данный момент не употребляют наркотики». И нужно признать, что основания у них для этого есть.
НЕ ОТСТУПАТЬ И НЕ СДАВАТЬСЯ!
По мнению руководителя городского департамента по вопросам общественной безопасности и контроля Юриса Шафиева, необходимо вводить на законодательном уровне принудительное лечение для больных наркоманией, равно как и уголовную ответственность за употребление наркотиков, без ограничения свободы.
— Автоматически судимость должна сниматься, если человек дал согласие на лечение и последующую реабилитацию, — считает руководитель департамента.
С целью профилактики и недопущения употребления подростками легких и тяжелых наркотиков необходимо создавать всему этому альтернативу — организовывать бесплатные спортивные секции, сделать здоровый образ жизни приоритетным, модным для молодежи.
Эксперты полагают, что один из важнейших путей решения проблемы в нашем городе — постоянный мониторинг наркоситуации в целях ее объективной оценки. В первую очередь необходимо постоянно выявлять больных наркоманией среди подрастающего поколения.
15 мая депутаты Госдумы приняли в третьем чтении закон, который предусматривает проверку учащихся на употребление наркотиков. Экстренность этих мер вызвана тем, что счет идет не на недели, месяцы или годы, а на человеческие жизни. Ведь средняя продолжительность жизни наркомана, употребляющего синтетический кодеиносодержащий наркотик — в простонародье «крокодил» (дезоморфин), — составляет один год!
Не хочется в концовке излагать какие-то прописные истины о «белой смерти», о необходимости и неотвратимости наказания. Прошу читателей просто на секунду умерить скорость нашего каждодневного забега по этой суматошной жизни и чуть внимательнее взглянуть на своих и соседских детей, подростков во дворе. Возможно, им нужна ваша помощь? Может, время еще не упущено и именно ваш доброжелательный и строгий взгляд даст им шанс вернуться к нормальной жизни? Кроме нас некому сделать этот мир чище и лучше!
Общество
