Сильные стороны слабого пола

«Девушка, у вас драка в салоне». Ну что делать? Стала искать монтировку.

Ну, положим, прежде трамваи только женщины одни у нас и водили. И до сих пор мужчина выглядит тут, по-моему, как-то неорганично. Однако и даму представить за рулем крупногабаритного городского автобуса я не могла.

Я не могла представить даму за рулем крупногабаритного городского автобуса до тех самых пор, пока меня не познакомили с Мари­ной Садыковой. Эта милая женщина через день возит граждан от автостанции «Аврора» че­рез Кряж до Сухой Самарки. И обратно. И, су­дя по отзывам, делает это ничуть не хуже кол­лег мужского пола. Но если вы думаете, что речь идет о «газельке», то бросьте так думать. Это да­же не пазик. Марина трудится в муниципаль­ном предприятии «Пассажиравтотранс», где ей доверен штурвал такой серьезной машины, как МАЗ-103. Длина этого детища Минского авто­завода – 11 метров, весит «малыш» — 18 тонн и, в принципе, может за час преодолеть до 113 ки­лометров. Но Марина – не гонщик. У нее совсем другие задачи. Она водитель 26-го городского маршрута. Вот уже год. Хотя на общественном транспорте далеко не новичок. Прежде, правда, имела дело только с троллейбусами.

В троллейбусные водители пошла по призванию. А лучше сказать, по люб­ви. И роману этому уже 18 лет. Начи­нался не в Самаре — в Ульяновске. И даже не в Ульяновске, а в Ульяновской обла­сти. Есть там такое село Татарское Урайкино. Нет, никакие троллейбусы в Урайкино не хо­дят. Просто Марина там родилась. В большу­щей (пятеро ребятишек) семье, и еще школь­ницей поняла, что в профессиональном смыс­ле жизнь свою будет делать не с мамы, которая у Марины – потомственная портниха, а с папы – потомственного тракториста.

Тянуло к технике. И папа давал порулить. Нет, трактористкой Марина становиться не со­биралась, она троллейбусом грезила. Но сна­чала устроилась по маминой линии. На трико­тажную фабрику. В водители же только совер­шеннолетних берут, а ей восемнадцати нет.

Но сердцу разве прикажешь? Ушла и две­надцать лет водила троллейбус. Строго­сти в транспортных предприятиях Ульянов­ска очень большие. Три выговора за наруше­ние трудовой дисциплины, ну, скажем, прогул, — увольняют, причем по статье. Но люди ста­раются не нарушать, поскольку трудоустро­иться на родине вождя мирового пролетариа­та нынче ох не просто. Люди за место держат­ся, хоть деньги это место там не бог весть ка­кие дает. Но Марина человек рачительный и даже на еще одну свою мечту сумела скопить. На «жигуленок». Короче, все как надо шло, но тут вдруг… Тут вдруг случилась беда. Заболела мама. И очень тяжело.

«Зарплаты, — рассказывает Марина, — ну никак уже не хватало. А сверх в Ульяновске за­работать не дадут. Один троллейбус, два води­теля, и каждый на маршруте — 170, ну максимум 180 часов. В Самаре же у меня и по 230 выхо­дило».

О том, что самарское троллейбусное хозяйство в отличие от ульяновско­го испытывает кадровый голод, Ма­рина узнала из первых рук. Началь­ник второго нашего троллейбусного парка спе­циально ездил в Ульяновск и приглашал та­мошних водителей к нам на работу. Марина откликнулась.

«Дали, — рассказывает, — машину, я ее со­брала (спасибо местным ребятам), на четвер­тый маршрут и практически без выходных».

Ну и вот так, вкалывая без выходных, на одном из самых длинных и сложных маршру­тов, она свою маму и подняла. Но Самару уже не оставила. Шесть лет работала на четвертом. И вот – новый поворот.

В «Пассажиравтотрансе» Садыкова рабо­тает уже через день. Утром на МАЗе напарни­ку ее выезжать, Сергею Щекаеву, и надо, чтобы машина в полном порядке была.

«Мариночка, — рассказывает наставник Садыковой Сергей Нехорошев, — у нас такая одна. Но не первая. До этого я с Аней Рассо­лодиной работал. Брали Аню на пазик, а па­зик сломался, ну и начальник колонны по­слал девчонку ко мне. Я не поверил, перезво­нил. «Это, — спрашиваю, — шутка?» — «Нет, — го­ворит». А меж тем не я один – весь гараж уди­вился. Весь — от водителей до кондукторов. Ра­ботала у нас женщина на первом участке, но на служебном пазике, а тут такой караван по го­роду таскать. Но мало водить. Надо еще уметь махиной этой маневрировать. Не всякий муж­чина справляется. Иной тридцать лет за рулем, а в боксе на яму не может поставить. А тут дев­чонка. Да и стажа водительского у Ани шесть лет всего. А из машин — «газель» и «скорая по­мощь». Но Аня справилась. А потом вот Мари­на пришла. И я не перестаю восхищаться сме­лостью и той, и другой. Хотя работать на пару с женщиной, уверяю вас, получится не у каждо­го. Это же 24 часа в сутки надо быть готовым прийти ей на помощь. Что-то она и сама может сделать, но есть такие вещи, которые ей не по силам просто. Те же ремни сменить. Ну и ле­тишь помогать. Хотя Марина, конечно, боль­шой молодец. Пока стажировалась, изучила машину всю. С другой стороны — и стаж у нее серьезный, да и габариты наши — не новость: троллейбус – машина тоже крупная. И было, наверное, ситуации две на стажировке — мужик вполне растеряться мог, а она справилась».

Ситуации действительно непростые, но по нынешним временам нередкие, а в авторах — частники. Ну вот эти лихие ребята, которые возят нас с вами на пазиках и «газелях». Они же всех пассажиров хотят увезти. Ну и выныривают буквально из ниоткуда. Только что остановка свободной бы­ла, и вдруг «газель» впереди. А тормозить-то водитель городского автобуса должен плавно.

«Ночами же ездили, — вспоминает она один из троллейбусных инцидентов. – Но в ту ночь народу много чего-то было. И вдруг кричат: «Откройте, откройте скорее, девушка, у вас тут драка!» Остановилась, открыла, стала монти­ровку доставать. Нет, конечно, не справилась бы. Ну хоть попугать. А что делать? Других-то пассажиров как ветром сдуло».

Обошлось, впрочем, без жертв и разру­шений. Драчуны не стали ждать, пока води­тель вооружится, и сами собой разбежались. Я вздохнула с облегчением от такого финала и попросила у Марины сделать сравнительный анализ автолюбителей. По половому призна­ку. На что мне было сказано, что вопреки усто­явшемуся мнению и девушки попадаются ли­хие, и парни тупые. Но вообще тут не столько на пол водителя ориентироваться надо, сколь­ко на марки автомобиля. Девятки, по наблю­дениям Марины, наглые очень. И четырнад­цатая модель. А уж какая наглая «Ока»! По га­баритам маленькая, и чуть оставишь промежу­ток справа — лезет. Джипами, напротив, часто люди дисциплинированные управляют. А в це­лом, все как в жизни – непредсказуемо. И луч­ше всегда, невзирая на марку и пол, остерегать­ся и дистанцию держать.

Кстати, о жизни. Но совсем уже лич­ной. Женщина, даже если водитель, даже такой махины, как МАЗ-103, она все равно – женщина. И знаете, где Аня Рассолодина сейчас? В декретном отпу­ске. Но и Марина нашла свое женское счастье. Прямо в «Пассажиравтотрансе». Зовут чело­века Геннадий, водитель второго маршрута, и сначала просто с ремонтом помогал. А теперь вот супруги. Так что, девушки, имейте в виду. Но с решением украсить собой традиционно мужской трудовой коллектив особенно не за­тягивайте. А потому что все идет к тому, что та­кие вот исключения, как Аня и Марина, очень даже запросто правилом могут стать. Объяв­ления же кругом — зовут в водители. И если раньше одних только парней звали, то сейчас и девушек. Прям так и пишут: «Приглашают­ся мужчины и женщины для работы водителем категории Д на автобусы городских маршрутов малой и большой вместимости».

Читай, где удобно