Так сказал Гете. Гениальный немецкий поэт, ученый и государственный деятель. Но если бы автором афоризма был самарский полицейский, афоризм звучал бы иначе.
С самарскими полицейскими я в последнее время, так получилось, говорила не раз. На разные темы. О воровстве в том числе. И вывод из разговоров о воровстве сделала такой: еамый вредный из современных воров — это вор с мобильником. Каждое второе мошенничество у нас — это мошенничество с использованием средств сотовой связи. И количество таких мошенничеств год от года растет.
Промышляют этим нехорошим делом разные люди. Сегодня — о передовом отряде. А передовой отряд у нас, в Самарской области, — это обитатели исправительных колоний.
ВСЕ ФЛАГИ В ГОСТИ К НАМ
Павел Жилюнов, заместитель начальника отдела по раскрытию имущественных преступлений УГРО. Сантиметров, наверное, двадцать стопка бумаг на столе. Заявления пострадавших. И среди них не только самарские, но и жители иных регионов РФ. Сотик же. Куда хочешь дозвониться можно. Осужденные и звонят.
Вообще мысль о создании такого способа связи возникла, если мои календари не врут, еще в 40-е годы прошлого века. В 80-е аппараты появились на рынке. Но весили, если не ошибаюсь, килограмма полтора и стоили бешеных денег. Да и в 90-е сотик у нас был еще вполне себе предметом роскоши. Нынче — у каждого школьника. И весит всего ничего. Очень легко перебросить. И перебрасывают. Через стенку. Колонии. И появляется у осужденного орудие преступления.
Преступление интернациональное. О том, кто изобрел и когда именно, Жилюнову не известно. Но он точно знает, что у нас рост начался около трех лет назад. И вот уже два года как в нашем уголовном розыске есть люди, которые специализируются на поимке телефонных мошенников. Жилюнов — один из них и говорит, что 95 процентов таких мошенников — это осужденные, а остальные — те, кто освободился. Они и телефон в колонию перебросят, и деньги от жертвы примут. Способов же развода множество. И я вам сейчас про некоторые расскажу.
МАМА, Я ПОПАЛ!
Схема number one. Описывается фразой «мама, я попал в беду». Создана в расчете на высокий уровень тревожности и катастрофичность мышления. Ну очень нам с вами свойственно. Особенно если мы относимся к лицам старшего поколения. По себе сужу. Из всех возможных сценариев в первую очередь рассматриваю самый худший. И все время волнуюсь. Особенно за детей и внуков. И понять меня можно. Будущее туманно, а прошлое — сплошные войны, революции, аварии, теракты и разгулы преступности. Ну и постоянно ждешь какой-нибудь новой беды, и она приходит. Как правило, ночью, когда вообще всякая критичность на нуле. Они же большие психологи, эти телефонные мошенники. Ну и сидят там у себя в колонии и звонят. На городские номера по одной серии путем последовательного набора. И в конце концов попадают на гражданина или гражданку, чей, ну скажем, сын как раз сейчас-то и отсутствует. Ну и вот эта коронная фраза: «Мама-папа, я попал в беду». Беды бывают разными. Например, повреждение. Витрины или там кассового аппарата. Бывает, драка. Но чаще ДТП. И как правило, с жертвами. «Мама, я сбил человека». Такое услышишь — не то что критичность отключится, вообще всякое сознание. Ну и потом, отличная отмазка на случай, если плохо соображающий со сна родственник все-таки поинтересуется, отчего это голос попавшего в беду так далек от оригинала. Всегда можно сослаться на поврежденный в результате столкновения речевой аппарат. Тем более что разговор недолгий. Сказал, что попал в беду, и трубку — подельнику, который под видом следователя или инспектора ДПС пообещает спасти чадо от уголовной ответственности. За определенную, разумеется, сумму, которую предложит либо зачислить на некий абонентский номер, либо передать доверенному лицу.
Шансов провернуть в результате случайного набора номеров такую операцию немного, но они, как показывает практика, есть. И мошенники времени на перебор номеров не жалеют: прибыль от этого гнусного дела может быть даже очень весомой. А большие деньги и осужденному не лишние, особливо если осужденный — наркоман.
СНЯЛ — И ПОРЯДОК
«Блокировка банковской карты» — еще одна жульническая схема, и тоже весьма популярная.
Живете вы себе живете, и вдруг вам на телефон приходит эсэмэска: «Ваша банковская карта заблокирована». И — номера телефонов для связи.
Что делает информированный относительно разгула телефонного мошенничества человек? Звонит в банк. Но не по тому телефону, который указан в sms, а по тому, что указан на банковской карте. Или в каком-нибудь официальном справочнике. Или тиснут на банкомате. Что делает человек неосведомленный? Звонит по указанному в sms телефону и… лишается если не всех своих денег, то значительной их части, добровольно перечислив на указанный мошенниками абонентский номер.
Ну вот, скажем, женщина 1974 года рождения из Алтайского края. Это жертва мошенницы из Самары, из женской колонии.
— Пять лет назад, — пишет жертва в полицию, — я получила зарплатную карту Сбербанка России. 10.11.12 года в 18.30 мне на сотовый телефон пришло sms-сообщение с абонентского номера (…): «Ваша карта заблокирована. Все вопросы по телефону (…)». Я перезвонила по данному номеру. Женский голос сообщил, что со мной разговаривает служба охраны банка, что через мою карту пытаются провести оплату через Интернет, что нужно срочно войти в ближайший банкомат и когда я буду подходить к банкомату, снова позвонить по абонентскому номеру, который они уже указывали. Я пришла в ближайший магазин «Мария» по улице Северной, 13 и позвонила. Мне пояснили, что нужно вставить карту в банкомат, набрать пин-код и указанный номер и затем в течение двух суток не проводить какие-либо операции со своей банковской картой. Сделав все, как мне было сказано, и выйдя из магазина, я стала размышлять и заподозрила, что меня обманули, так как на чеке, который выдал банкомат, значилось, что с моего счета снято три тысячи рублей. Когда я проверила счет, то мои опасения подтвердились, и я решила сообщить в полицию. Ущерб три тысячи рублей для меня значительный, так как мой доход составляет 20 тыс. рублей в месяц.
В ноябре прошлого года случилась эта история. Написала дама заявление тут же. Алтайские полицейские вычислили, откуда звонок. Это легко делается. Но пока заявление к нашим полицейским по почте пришло, пока у них, заявлениями такими заваленных, до него дошли руки, преступницы уже двадцать пять раз симки сменили. Это тоже нынче делается легко. И именно на это-то они и рассчитывают, когда куда подальше звонят. На то, чтобы времени побольше прошло с момента аферы до момента начала следствия.
А СЧАСТЬЕ ТАК ВОЗМОЖНО, ТАК БЛИЗКО
«Розыгрыш приза» — так эту схему называют в УГРО. Осуществление начинается с той же самой рассылки sms. Хотите, дескать, верьте, хотите нет, но вы — счастливый обладатель приза. Ну там десятитысячный пассажир трамвая или миллионный покупатель. Могут представиться с радио. Например, «Эхо Москвы». На «Эхе» обычно книжки разыгрывают. Тут не мелочатся. Тут, как правило, — автомобиль. Надо же, чтобы в зобу дыханье сперло.
Итак, вы — победитель, но надо несколько раскошелиться, -говорят вам. Подоходный налог оплатить. Или, скажем, доставку. А схема прохождения денег все та же: с банковской карты на указанные мошенниками абонентские номера. И ведь перечисляют! И с иллюзией расстаются с трудом. Некоторые не расстаются вовсе. Жилюнов рассказывал, что к ним в отдел не переставая звонит женщина и требует приз. Ей всякий раз объясняют: это были мошенники. Она соглашается: «Еще какие мошенники!» И… требует приз.
1732 преступления с применением средств сотовой связи было зарегистрировано в 2011 году на территории Самарской области. В 2012-м — 3740. И еще 1487 в отношении лиц, проживающих в других российских регионах. Сколько это в денежном выражении? Ну, например, самарцев нагрели на 110 млн 540 рублей. В прошлом году. И это только зарегистрированные факты мошенничества. А ведь часто жертвы в полицию даже не обращаются.
Что касается фактов возмездия, то имеются и такие. В 2011 году к уголовной ответственности привлекли 29 лиц. В 2012-м — 47. Цифры, конечно, и не столь впечатляющие. Но все-таки рост. Нет, без дела и полицейские наши, конечно же, не сидят. Ловят преступников, к суду привлекают. Патрули вот вдоль заборов ИК решили выставить. Ну чтобы перебросы предотвращать. ГУФСИН тоже борется со своей стороны. Борется с оборотнями в погонах (телефоны ведь в колонии не только путем переброса попадают, но и, бывает, по сговору). И орудия преступлений у мошенников изымает. На днях начальник самарского ГУФСИН Рамиз Алмазов с нашим братом журналистом встречался. И в числе прочего доложил, что только за 1 квартал текущего года изъято у осужденных боле 320 сотовых телефонов и 350 sms-карт.
Нет, идет. Идет борьба со злом. Зло пока, увы, впереди. Но Павел Жилюнов полагает, что есть возможность переломить ситуацию. Надо только всем миром навалиться. Чтобы и полиция, и ГУФСИН, и операторы связи. Ну и нужны инвестиции. Радиовышку подальше от колонии перенести. А то у одной очень близко стоит, расширяя мошеннические возможности. Глушилки бы тоже ох как не помешали. Самарский механический завод берется сделать такие, которые бы и прав проживающих возле колоний граждан не нарушали, и гасили бы преступный сигнал. 4 млн надо, чтобы одну колонию оснастить. Ну и, конечно, граждане должны, полагает Жилюнов, проявлять бдительность. Думать, и крепко, прежде чем производить какие-либо действия, связанные с передачей денежных средств.
Общество
Общество
