Поэтесса Наталья Захарцева: Я думаю стихами

07.04.2021

59

Автор: Ирина Исаева

Рифмовать слова хотя бы раз в жизни пробовал, наверное, каждый. Такие эксперименты не часто бывают успешными. А вот творчество нашей землячки благодаря интернету стало известно далеко за пределами Самарской области.

Гроб, кладбище, все умерли

История про меня и стихи довольно интересная. Все мы пробовали творить, но обычно это довольно наивно, иногда даже смешно. Так и у меня было. В подростковом возрасте, как и все мои сверстники, я уверовала, что жизнь — тлен. Мои стихи были на тему «Гроб, кладбище, все умерли». 

Потом я, конечно, все это забросила. Надолго. У меня довольно прозаичная профессия, связанная с бумагами и цифрами. Казалось бы, какие стихи? Но года три или четыре назад в моей жизни настал переломный момент. Случилась личная трагедия. В тот момент я и написала стихотворение для любимого человека. Он прочитал и просто сказал: «Давай, пиши. У тебя неплохо получается». И я стала писать. 

Понимаю, что это было, мягко говоря, примитивно. Я и тогда это осознавала, так как читаю запоем с четырех лет. Мне есть с чем сравнивать. Но я старалась, пробовала. Теперь я имею то, что имею: довольно раскрученную группу в социальной сети, тысячи подписчиков, многие из которых стали моими хорошими друзьями если не в реальной жизни, то в интернете.

Просто Свирелька

Создать страничку в соцсети мне посоветовала дочь. Я спросила: «Кому это надо?». «И худшее публикуют», — приободрила меня Алиса. Она же придумала, точнее, сгенерировала в интернете, псевдоним Резная Свирель. С этим связана довольно смешная история. 

Известный московский диктор и чтец Максим Рязанов признался, что был уверен: за этим названием кроется глубокий философский подтекст. Ведь что такое свирель? Это уже традиционный символ фэнтези-вселенной. И Максим решил, что это инструмент, при помощи которого я вытаскиваю на поверхность все свои тайные переживания, эмоции, мысли. Красивая теория, но на самом деле все было намного прозаичнее. Просто рандомное название. 

Сейчас меня в сети все знают как Свирельку, и смысла что-то менять я не вижу.

Ундина и медведь

Моя страничка сейчас живая. Много откликов, лайков, диалогов в личных чатах. Иногда критикуют, иногда хвалят. Мне это действительно важно. Поэзия у меня своеобразная. Люди, привыкшие к классике с ее четким ритмом и рифмой, не всегда готовы к такой подаче. Но поэзия, как любой жанр, на месте не стоит. Я не искала каких-то новых форм. Мне кажется, я просто думаю стихами. 

И я пишу не столько для себя, сколько для людей. Поэтому стараюсь не пропускать ни одного комментария. Конечно, это отнимает массу времени, но я вижу, что после прочтения моих стихов кому-то становится лучше. Для этого и нужна поэзия. 

Иногда мне хочется помочь конкретному человеку, и я пишу стихотворение адресно. Я прекрасно понимаю, что никакой боженька меня в лоб не целовал, никакие чакры и третий глаз не открывались, но иногда люди пишут, что после моего послания их жизнь переменилась. Одна девушка попросила написать для нее стихотворение про Ундину и медведя, а через месяц встретила мужчину своей мечты. Об этом она рассказала на своей страничке. Благодарила Свирель. Приятно.

Пишу для людей

Темы для стихов рождаются сами — любовь, предательство, смерть. Сюжетов не так уж и много. Когда сажусь писать, обычно не знаю, о чем будет идти речь. Рождается первая строчка, за нее цепляется вторая, третья. Я не продумываю персонажей, просто проживаю с ними маленькую жизнь. Толчком может послужить фильм, книга. Я очень люблю произведения Макса Фрая, «Дом, в котором…» Мариам Петросян, Булгакова, Нила Геймана — много чего. 

Я сетевой человек. Всегда открыта к диалогу, к новым знакомствам. Несколько раз приезжала в Самару по приглашению творческого объединения «Квартирник». Интересно безумно, но так же безумно жалко и обидно, что у нас такие мероприятия собирают лишь небольшую горстку энтузиастов. На конкурсе, организованном Стефанией Даниловой пару лет назад, я заняла третье место из самарских поэтов. Лауреатов должны были награждать в рамках Всемирного дня поэзии. Все было очень круто, но камерно. Почему литература в целом и стихи в частности никому не интересны? Не знаю. 

Мне очень важно смотреть в глаза слушателя, знать, кто мой читатель, что его трогает. Поэтому, за неимением альтернативы в виде живых поэтических вечеров, я устраиваю стримы, читаю отклики онлайн. 

Иногда это рождает что-то новое. Например, актер из Томска Сергей Пароходов записал шесть моих стихотворений, некоторые прокомментировал очень ярко и образно. А питерский музыкант Евгений Женевьев на мои стихи написал музыку. Просто прислал в личку: «Вот я тут накидал, как тебе?». Мне понравилось. У нас уже три совместные песни. Может, будут еще.

Семья терпит

В интернете сейчас невероятное количество талантливых поэтов. Со многими из них я общаюсь. Например, с членами творческого сообщества «Городские сказки» Анастасией Спивак, Анной Зориной, Аделиной Воробьевой. Я там постоянный автор и даже вхожу в жюри творческого конкурса. Произведения победителей войдут в печатный сборник. Об этом, конечно, многие мечтают, и я не исключение. 

При помощи коллег я вышла на владелицу издательства «Стеклограф» Дану Курскую. Меня предупредили, что она публикует только тех поэтов, которые ей нравятся. Я отправила несколько стихов. Дана ответила, что возьмет их. Книжку жду в ближайшее время. И все это благодаря интернету. 

Я вовсе не считаю виртуальное общение суррогатом реальности. Я познакомилась с великим количеством замечательных людей. Хотя семья, конечно, не очень рада. Меня терпят. Тем более что стихи пока никакого дохода не приносят. И может быть, это хорошо — боюсь, если поэзия станет моей профессией, она перестанет быть искренней и честной. Сейчас я хочу только одного: писать лучше.

Ей говорили: «Не плачьте, он не жилец,
раз получился таким, то чего жалеть.
Будут еще ребятишки, возможно, два.
Зря вы, мамаша, — мучения продлевать».
Месяц без отдыха. Силы-то где брала?
Так закипала — как яростная смола.
Не на иконы молилась — на докторов.
Самаритяне тянулись, сдавали кровь.
Кровь была красная-красная, словно кхмер.
Мальчик и плакать как следует не умел.
Мальчик лежал в барокамере и молчал,
прямо почти гуманоид в косых лучах,
прямо небесный посланник за просто так.
«Только бы мне от любви не снесло чердак».
Дома сибирский мужик и сибирский кот.
Ей говорили: «Смотрите, какой урод.
Против природы ты, матушка, не попрешь.
Сын, как бразильская бабочка, синекож.
Нужен кому, если честно, такой хомут?
Долго, голубушка, бабочки не живут.
Век мотылька — два лазоревых взмаха сна».
Ей говорили: «Светило приедет к нам.
Вроде светило, и вроде бы из Москвы».
Ей говорили: «Проси», ей хотелось выть.
Вне своей собственной маленькой головы,
в голос, истошно и ранено, словно выпь.
Время в больнице застиранное до дыр.
Нет понедельника, пятницы, нет среды. 

Есть бесконечная длинная полоса.
То ли бинта, то ли взлетная, как сказать.
Это сейчас — нежным сердцем жуёшь стекло.
Это потом: «Ну вот надо же, повезло. 

Боже-ты-господи, магия, колдунство.
Дай вам здоровьичка, благ и всего-всего».

Машет сибирскому мужу рукой: «Иду».
Бог остается. Он курит. И он в аду.
Бражник садится на глаженый снег плеча.
Богу чертовски подходит халат врача.

Читайте также:

Стиль жизни

Поехали: топ-8 фильмов ко Дню космонавтики

Покорить космос — задача не из легких

Стиль жизни

Путешествие вдвоем. Берем машину напрокат

Экскурсионный тур в Тольятти и Ставропольском районе на новенькой «Ладе»

Комментарии

0 комментариев

Комментарий появится после модерации