Саад Мессаи: Я хотел увидеть настоящую Россию

Алжирец рассказал, как оказался в Самаре, что ему нравится и не нравится в нашем городе и почему люди здесь такие суровые.

Многие самарцы покинули наш город и обосновались за рубежом. Многие иностранцы задержались в Самаре на годы. Есть среди них и те, кто счастлив назвать нашу землю второй родиной. Чем отличается жизнь здесь от жизни в другом уголке земного шара? Что нам неплохо бы позаимствовать у своих соседей и чему они рады научиться у нас? Об этом рассказываем в рубрике «Перемена мест».

Тяга к путешествиям

— Я родился в Северной Африке, в Алжире, в большой традиционной семье — у меня семь сестер и братьев.Мы жили за городом, но деревней это место тоже назвать сложно — оно современное, удобное, красивое. Там я окончил школу, потом университет, получив квалификацию мастера в сфере менеджмента и экономики. Когда был подростком и студентом, летом работал в фирме, которая принадлежит моему отцу. Был продавцом в магазине и трудился на производстве. Мы делали окна, двери и другие изделия из дерева. У нас в семье не принято сидеть без дела.Впервые я уехал за границу в 18 лет — в Тунис. До этого мы с семьей путешествовали только по своей стране. Алжир большой — конечно, не такой, как Россия, но там тоже есть что посмотреть.Первая самостоятельная поездка пробудила у меня тягу к путешествиям. Многие алжирцы продолжают учебу во Франции — университеты там недорогие. К тому же нам достаточно просто ассимилироваться за границей, потому что с детства мы знаем три языка: родной берберский, французский, на котором говорят в регионе, где я вырос, и арабский. Но я хотел жить в англоязычной стране. И поэтому не стал делать как все, а уехал в Великобританию. В итоге теперь я знаю английский и уже немного русский. В планах выучить итальянский. Это очень красивый язык.

Другой мир

— В Лондон я приехал в 2013 году. Начал с изучения английского в одном из многочисленных колледжей. Полтора года осваивал язык: базисный, затем деловой. Параллельно работал — там все очень дорого, иначе нельзя. В итоге понял, что жить в Лондоне не хочу. Этот город хорош для туристов или бизнеса, если у вас есть 100 тысяч долларов для инвестиций. В Бирмингеме, где я учился, другая ситуация. Это как Москва и остальная Россия — большая разница. Тем не менее, проведя в Англии четыре года, я решил, что здесь для меня нет будущего.Это даже хорошо, потому что я не хотел и не хочу жить в одной стране. Мне очень нравится менять обстановку. В конце 2017 года у меня было два варианта: Канада или Россия. Потому что и там, и там холодно — я не люблю жару. Кстати, и Северный Алжир — это не та Африка, которую стереотипно представляют русские люди. Да, летом у нас жарко, до плюс 50. Но зимой каждый год выпадает снег. Толщина покрова достигает метра, однако он лежит недолго — максимум месяц-полтора в декабре и январе. В это время очень холодно. Из-за высокой влажности минус 10 в Алжире больше похожи на минус 40 в средней полосе. В общем, взвесив все, я выбрал путь наибольшего сопротивления: если бы поехал вКанаду, мне было бы проще во всех отношениях, а про Россию я ничего не знал, да и язык сложный. Это другой мир, который мне хотелось открыть.Так вышло, что сейчас наша семья разбросана по разным странам. Три брата во Франции, сестра со своей семьей в Канаде, я — здесь. Про вашу страну много говорят и хорошего, и плохого — и про жизнь тут, и про политику, и про женщин. Кстати, я встречал в Лондоне девушек из России, но они там совсем не такие, как здесь, — мало отличаются от англичанок или француженок. Настоящие русские женщины совсем другие. Теперь я знаю это точно, потому что моя супруга из Самары.

Идеальная женщина

Планируя переезд, я не стремился жить в столице — устал от больших городов. Мне хотелось увидеть настоящую Россию. Я заранее разослал резюме по разным городам. Первым пришел ответ из Перми. И я полетел. Работал менеджером по продажам на международном рынке. Специалисты со знанием делового английского в России очень востребованы, потому что даже выпускники вузов им не владеют.В Перми я прожил полтора года. Сначала работал в «холодных» продажах — мне не очень нравилось, потом на заводе музыкальных инструментов — там было очень интересно. И однажды на одном из образовательных сайтов, где я учил русский, встретил свою будущую жену.Она преподаватель и хотела улучшить свой английский. Мы много общались в интернете, несколько раз созванивались. А затем я приехал в Самару. Это идеальная женщина для жизни, для семьи, для дома. Я решил переехать к ней. Мы женаты ровно два года. Нашему сыну уже пять месяцев.

Старый город

Самара — это четвертый российский город, который я видел. Еще был в Москве и Казани. По сравнению с ними Самара выглядит старой. Здесь есть ветхие здания, рядом с которыми иногда просто страшно ходить. Дороги тоже оставляют желать лучшего. Еще мне не нравится местный общественный транспорт. Но в России это везде так — кондукторы невежливые. Зато жить тут очень дешево. Природа хорошая. В Самаре прекрасные парки, красивая набережная, Волга. У нас на родине таких больших рек нет.Люди здесь очень отличаются от тех, с которыми я общался раньше, — они более суровые, неулыбчивые. Может быть, непростая экономическая ситуация сказывается: россияне не так много зарабатывают, а надо платить кредиты, ипотеку. Я не знаю, как они справляются. А вот к иностранцам самарцы относятся с большим интересом. Когда у нас еще не было машины, я много ездил на такси. И меня всегда расспрашивали: откуда вы, почему вы тут?С бытовыми трудностями я особо не сталкивался. Продукты, конечно, у нас разные. Овощи и фрукты в Самаре почти все можно купить, но я не могу найти тут многих специй. Даже оливковое масло, которое продается в местных магазинах, лишь отдаленно напоминает тот продукт, к которому я привык. Вообще русская кухня мне не очень нравится, и поэтому дома в основном готовлю я.

Страничка истории

«Самарская Газета» была основана антрепренером самарского театра Иваном Новиковым. Все доходы, приносимые ею, поначалу использовались исключительно на театральные дела. В 1894 году Новиков продал «Самарскую газету» местному купцу Костерину. Новый издатель привлек к сотрудничеству в ней ряд прогрессивных журналистов.

В «Самарской газете» начиналась литературная карьера Максима Горького. Он приехал в Самару в 1895 году по совету Владимира Короленко никому не известным писателем. Сначала вел отдел «Очерки и наброски», а затем и отдел фельетона «Между прочим». С марта по октябрь 1895 года был редактором. На страницах «Самарской газеты» опубликовано свыше 500 различных его публицистических произведений и свыше 40 рассказов.

С 1896 до начала 1900-х годов в газете работал Скиталец (настоящее имя — Степан Гаврилович Петров). Он продолжал эстафету, принятую от Горького — вел отдел фельетона «Самарские строфы», печатал свои стихи.

На страницах газеты в разные годы печатались Николай Гарин-Михайловский, Алексей Бостром, критик Василий Чешихин-Ветринский. Сюда присылали свои произведения Владимир Короленко, Александр Куприн, Дмитрий Мамин-Сибиряк.