На свой первый в качестве сенатора от Самарской области прием граждан Сергей Мамедов, против ожидания, не опоздал. В кабинете исполкома регионального отделения «Единой России», на табличке которого значилось «Общественная приемная Председателя Партии Д. А. Медведева», ему предстояло рассмотреть пять личных обращений.
Может, именно такая высокая ответственность заставила члена Совета Федерации отказаться от первоначальной мысли вести прием в присутствии представителей СМИ, и первое обращение Мамедов выслушал за закрытыми дверями, поглотившими мощную спину не старого еще и очень крепкого на вид мужчины. Им оказался житель губернии Евгений Гришин. Он ратовал за недопустимость задержек социальных выплат своей матери — вдове ветерана Великой Отечественной войны. Оставленный в кабинете диктофон воспроизвел впоследствии суть разговора: «Я сейчас беру ответственность не только за себя, а за всех вдов Самарской области… Деньги не пропадут… Но это форменное безобразие, я считаю». Сенатор пообещал позвонить областному министру соцразвития.
После того как обнадеженный мужчина удалился, член Совфеда вышел к прессе. Отвечая на вопрос о наиболее распространенных темах обращений, Мамедов смело констатировал:
— В основном вопросы связаны с социальными выплатами и жилищными проблемами.
— Есть возможность помочь всем этим людям?
— Наверняка, будем стараться, — заверил он.
На этом, собственно, конструктивная часть «пресс-конференции» закончилась. Но на вторую встречу журналистов все же допустили.
Оксана Абдархманова, мать скоропостижно скончавшегося военнослужащего из Сызрани, и Анатолий Посто-ялко, отец вдовы, оставшейся с двумя детьми, недоумевают: почему начальство погибшего не желает даже говорить о положенной по выслуге лет квартире, которую он не получил при жизни только потому, что боялся потерять жалованье. По словам Абдархмановой, военное командование шантажировало ее сына тем, что, если он потребует жилье, его тут же подведут под сокращение. В результате семья осталась без кормильца, квартиры и средств к существованию.
Сенатор выглядел растерянным: помочь явно хотелось, но он не знал как — просящие не привезли с собой никаких бумаг, у них не было ни одного письменного ответа ни от одной инстанции.
— А вы обращались к своему депутату? — пришла на выручку шефу помощница Мамедова. — Ведь нельзя через его голову прыгать. Сначала ваш депутат губернской Думы должен попробовать вам помочь…
— А если что, мы подключимся, — ухватился за эту мысль сенатор. На том и порешили.
— Вот вы спрашивали, чем приходится заниматься. Этим, например. Разные дармоеды делать ничего не хотят, — неожиданно резко высказался Мамедов.
Больше прессу в приемную не пускали. Пришлось общаться с просителями в коридоре.
Жительница Самары Екатерина Плясова находится в отпуске по уходу за ребенком 2,5 года и все это время пребывает в состоянии борьбы за свои права с различными инстанциями. Ей никак не хотят выплачивать компенсацию на приобретение жилья за ребенка в размере стоимости 18 кв. м по программе «Молодой семье — доступное жилье».
— Наша программа просто ужасно финансируется. В этом году выделили всего 40 млн руб., этого хватит на обеспечение 70 семей. А нас — более 300 в области.
На вопрос «что делать?», вероятно, должен ответить член Совета Федерации. И позвонить. Очевидно, министру соц-развития.
Общество
Общество
