Будет ли введена уголовная ответственность за употребление наркотиков? Каким реабилитационным центрам можно доверять? Как бороться с наркопритонами? Об этом и многом другом рассказал на «Прямой линии» «СГ» заместитель начальника УФСКН по Самарской области Николай Беседин
— В следующем году Госнаркоконтролю исполняется 10 лет. С какими результатами вы готовитесь встретить эту дату?
— Гордиться есть чем. За девять лет своей деятельности управлением ФСКН по Самарской области из незаконного оборота изъято 2,2 тонны наркотических средств, психотропных и сильнодействующих веществ. Из них более 550 килограммов героина, 1,1 тонны марихуаны. Это, наверное, все-таки хороший результат.
— Полтонны героина — это примерно сколько человек лишилось дозы?
— Это порядка 5,5 миллиона разовых доз. Также управлением выявлено свыше 15 тысяч преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных и сильнодействующих веществ. Пресечена деятельность 143 организованных преступных групп и сообществ. В суды области было направлено более семи тысяч уголовных дел. По материалам, расследованным управлением, за преступления, связанные с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных и сильнодействующих веществ, судами области осуждено 7,9 тыс. человек.
Одним из первых территориальных органов управление ФСКН по Самарской области начало работу по документированию преступной деятельности объектов в сфере легализации денежных средств, добытых преступным путем. В настоящее время выявлено и задокументировано 231 такое преступление.
Большое внимание уделяется пресечению преступной деятельности организаторов и содержателей притонов для потребления наркотических средств и психотропных веществ. В период с 2003 г. по март 2012 г. УФСКН России по Самарской области ликвидировано 667 наркопритонов.
За девять лет работы управлением выявлено и пресечено 70 контрабандных каналов поступления наркотиков на территорию региона, осуществлено изъятие 1563 оптовых партий наркотических средств. С 2003 г. управлением ликвидировано четыре организованных преступных сообщества (ОПС), занимавшихся оптовыми поставками героина на территорию области и его дальнейшим розничным сбытом. В том числе — масштабнейшее наркоторговое ОПС современной России — ОПС Су-дакова-Старостина. Члены ОПС судом признаны виновными по предъявленным обвинениям — «Организация и участие в преступном сообществе» (ст.210 УК РФ) и «Незаконное приобретение, хранение, перевозка либо сбыт наркотических средств» (ст. 228, 228.1 УК РФ) — и приговорены в общей сложности к 452 годам лишения свободы.
Валентина Петровна, пенсионерка:
— У нас в СМИ часто случаются кампании. То все про СПИД писали, потом резко про него забыли. Вот и про то, что наркомания достигла таких размеров, что представляет угрозу самому существованию России, одно время писали все и везде. А сегодня такой шумихи в прессе нет. Это что значит, по-вашему, угроза миновала.? Как вы оцениваете остроту этой проблемы 10 лет назад и сейчас?
— Острота проблемы сохраняется и сегодня. В настоящее время на наркологическом учете в России состоит порядка 560 тысяч человек. По различным экспертным оценкам, количество наркопотребителей в России составляет от 2,5 до 5 миллионов человек.
— Это при 143 миллионах населения.
— Да. Это значит, что проблема никуда не делась. По данным ООН, если процент наркозависимых от общего числа населения превышает 7%, то это так называемая точка невозврата. Это значит, что страна из этой пропасти больше не выберется. Почему спали тревожные настроения в прессе? Наверное, по объективной причине. ФСКН появилась как раз в то время, когда населению в первую очередь было необходимо осознать эту проблему. Понять, почему ей нужно уделять столько внимания. Противодействие незаконному обороту наркотиков и распространению наркомании — комплексная проблема, одними полицейскими мерами ее не решить. Необходимо включение в данную работу всех институтов гражданского общества.
И меры должны быть не только карательные, но и законодательные, и профилактические. Что касается профилактики, еще несколько лет назад население, особенно молодежь, не особо даже представляло себе пагубные последствия употребления наркотиков. До сих пор бытует заблуждение о возможности в любой момент прекратить употребление наркотиков. Результаты социологических опросов учащихся Самарской области показывают, что 75% респондентов причиной первой пробы наркотика указали любопытство, интерес к острым ощущениям. А о том, что и первый раз может оказаться последним, смертельным, — об этом не задумываются. И что наркомания затягивает, тоже не думали. Конечно, все эти мифы необходимо было развеять, и с привлечением СМИ в том числе.
Денис, студент:
— Как ситуация с наркотиками меняется в Самаре в последние годы?
— Ситуация в Самарской области меняется в лучшую сторону. Это не мое пристрастное, заинтересованное мнение. В результате принятых мер в 2009 году было достигнуто снижение темпов роста наркомании. А по итогам 2011 года уже наблюдалось снижение количества лиц, стоящих на наркологическом учете, на два процента. Уровень наркотизации области — то есть количество больных наркоманией в расчете на 100 тысяч жителей — еще в 2009 году превышал среднероссийский в три раза. По итогам 2011 г. превышение составило два раза. Выявление наркопотребителей осуществляется при диспансеризации, во время призывной комиссии и в процессе работы правоохранительных органов. Все перечисленные показатели объективны.
Вероника, студентка:
— Насколько остро стоит проблема с наркотиками в Самарской области по сравнению с нашими соседями по Приволжскому федеральному округу?
— По уровню наркотизации мы занимаем второе место в России.
— После Москвы?
— Да. Но надо понимать, с чем это связано. В Самарской области никогда не применялись положения приказа Минздрава от 1988 года. Приказ этот не отменен до сих пор. В нем есть такое положение: если человек, стоящий на учете как наркозависимый, в течение года не прибывает к наркологам на осмотр, а они принятыми мерами установить его местонахождение не могут, то он снимается с учета.
— Можно сказать, что это наше второе место во многом из-за нашей честности, реальной оценки ситуации?
— Да. Потому что тогда губернатором Константином Титовым, главным наркологом области С.А.Корякиным было принято решение, и я считаю, правильное решение: снимать таких лиц с учета — это все равно, что совершать преступление. Почему? Потому что таким образом мы позволяем им получить водительское удостоверение, разрешение на оружие, допуск к работе на техногенноопасных производствах и механизмах повышенной опасности. А это же все чревато последствиями. Поэтому и было принято решение, что для наркозависимого есть два варианта: либо лечение под наблюдением врачей и медицинский контроль, либо продолжать употребление наркотиков и быть ограниченным в правах.
— Значит, Самарская область — одна из немногих, где картина наркоситуации максимально соответствует действительности?
— Да. Руководством ФСКН Самарская область выделяется как один из регионов с наилучшей организацией работы по первичной выявляемости наркозависмости. Думаю, мы идем в правильном направлении: понимание реальной картины помогает находить правильные пути решения.
Дмитрий, менеджер:
— Сейчас появилось очень много организаций, предлагающих помощь людям, попавшим в такую беду. Но я от знакомых слышал и в Интернете читал, что под этой вывеской и секты скрываются, и просто жулики деньги выманивают, эксплуатируют. Вопрос — кому можно доверять, какая работа здесь ведется?
— В настоящее время ФСКН России разрабатываются единые стандарты реабилитационной помощи, на основании которых будет проводиться сертификация таких центров. Лечением наркозависимых могут заниматься только государственные наркодиспансеры — специально уполномоченные для этих целей учреждения. Желательно, чтобы после лечения человек прошел социальную реабилитацию. Как раз в таких центрах, о которых вы говорите. Но сегодня вы правильно подметили, что их много и не везде работают добросовестные люди. Внедрение сертификации станет механизмом контроля качества услуг по реабилитации наркозависимых. Основным показателем оценки этой эффективности станет процент возвращения бывших больных наркоманией в общество. Негосударственные центры, прошедшие сертификацию, смогут рассчитывать на получение субсидий из федерального бюджета.
— Раз уж мы заговорили о реабилитационных центрах, сколько их сейчас в Самаре? Названия, может быть, и не стоит упоминать, а может быть, и стоит. Есть ли «черный список» учреждений, куда ни в коем случае нельзя обращаться?
— «Черных списков» у нас нет. Опять же потому, что деятельность таких центров пока не регламентирована. В Самарской области сегодня действует 13 реабилитационных центров различной формы собственности. Из них пять — государственные, три — негосударственные и пять — это общины, осуществляющие лечение, реабилитацию и социализацию наркозависимых лиц. Это, например, ОАО «Областной реабилитационный центр для лиц, страдающих наркоманией», «Ковчег», «Рето-Надежда», православная община «Радонеж» и другие.
Игорь Петрович, водитель:
— В «Самарской Газете» я читал, что планируют восстановить уголовную ответственность за употребление наркотиков. В какой стадии готовности этот законопроект сегодня?
— Федеральной службой наркоконтроля такой законопроект разрабатывается. Он уже был представлен правительству, но, учитывая его масштабность и значимость, он был вынесен на общественное обсуждение. Есть мнения «за», есть мнения «против». В России в 1991 г. решением Конституционного суда было отменено уголовное наказание за употребление наркотиков. В настоящее время предусмотрена административная ответственность. Например, в Самарской области ежегодно к административной ответственности за немедицинское употребление наркотиков привлекается порядка полутора тысяч человек.
Основная концепция этого законопроекта гласит: если человек повторно в течение года задерживается за употребление наркотических средств, то он будет привлечен к уголовной ответственности. В случае его согласия на прохождение лечения и последующей реабилитации он получает отсрочку от исполнения наказания, а по истечении пяти лет и снятие судимости.
— То есть главное не в том, чтобы посадить человека, главное подтолкнуть его, пусть и силовыми методами, к правильному решению.?
— Да. В первую очередь данный законопроект направлен на выработку у человека мотивации — освободиться от наркотической зависимости. Есть еще немаловажная причина, по которой ФСКН предлагает этот закон. Человек, употребляющий наркотики и продолжающий жить в обычном окружении, приобщает к этой пагубной привычке все новых и новых людей.
— Лечение за государственный счет предполагается?
— Если по решению суда, то да.
— А мест хватит? Или за взятки начнут устраиваться?
— В 2011 году правоохранительными органами Самарской области в неоднократном немедицинском употреблении наркотиков уличено порядка 100-150 лиц. Такое количество наши госучреждения смогут принять. И реабилитационный период там пройдут. Другое дело, что в госучреждениях наркозависимые содержатся только шесть месяцев. Если сразу после этого срока человек возвращается в прежнее окружение, то велика вероятность рецидива.
— Как будто и не уходил.
— И все опять начнется сначала. Поэтому нужны негосударственные центры, которые будут заниматься реабилитацией и ре-социализацией наркозависимых. Главная задача которых — оградить человека от негативного влияния наркогенной среды. И вот здесь, кстати, хорошие результаты показывают общины, организованные Русской православной церковью. Подобные общины есть и в Самарской области.
— Когда мы говорили о ситуации в Самарской области, с нашего сайта был вопрос: насколько на обстановку влияет то, что внезапно в 1991 году мы стали пограничной областью? Казахстан, Средняя Азия, до Афганистана рукой подать.
— Да, мы являемся приграничной территорией, но непосредственно границы с Казахстаном у нас как таковой нет.
— Просто, представляя себе эту границу, мы понимаем, что ее по факту нет. Пограничные столбы, колючая проволока — все эти непременные атрибуты советской границы отсутствуют. Это же просто кусок степи без окон, без дверей.
— Да, граница с Республикой Казахстан по большей части сегодня никак не оборудована, поэтому Самарская область как экономически развитый регион Приволжского федерального округа с хорошими транспортными развязками представляет большой интерес для наркоторговцев. С учетом развитой транспортной инфраструктуры и близости к границе область использовалась как перевалочная база для организации так называемых ям.
— «Яма» — это склад, перевалочная база?
— Да. До 2006 года управлением ежегодно изымалось по 150 кг героина. В 2006 году в Кошкинском районе подобная «яма», где хранилось 92 кг героина, была ликвидирована. После этого ситуация поменялась. Мы стали территорией транзита. Сегодня наркоторговцы не рискуют перемещать и хранить в области крупные партии наркотиков. Им это невыгодно из-за рисков. А они связаны в первую очередь с деятельностью правоохранительных органов. Так, по итогам 2011 года Самарская область по количеству выявленных преступлений в сфере незаконного оборота наркотиков занимает четвертое место среди субъектов РФ.
— Мы перестали быть перевалочной базой. Значит, местным потребителям меньше наркотиков перепадает?
— С одной стороны, уменьшилось количество ввозимого в область героина, с другой — увеличилась его цена. Как следствие — возникла проблема «аптечной» де-зоморфиновой наркомании. С 2008 года неуклонно растет количество преступлений, связанных с незаконным оборотом дезоморфина. В 2011 году всеми правоохранительными органами выявлено 1,5 тысячи преступлений и изъято пять килограммов дезоморфина.
Елена Николаевна, пенсионерка:
— Вот по собственному опыту знаю: в соседнем подъезде торговали наркотиками. Три-четыре раза в год там случались облавы, но никогда ничем они не заканчивались. В течение примерно трех лет этот притон существовал. Такие факты — они на слуху. Народ знает, что здесь торгуют. Приезжают представители органов, а торговля продолжается. Явно существует утечка информации, крышует этот притон кто-то из органов. Есть такая проблема?
— Рост числа притонов, организуемых в жилых помещениях, тесно связан с ростом дезоморфиновой наркомании. Как правило, притоносодержатели сами являются наркопотребителями, в связи с чем их действия в большинстве случаев квалифицируются по ч. 1 ст. 232 УК РФ, что является нетяжким составом преступления. Поэтому суды в качестве меры пресечения выбирают подписку о невыезде. То есть после задержания притоносодержателя, возбуждения уголовного дела и проведения первоначальных следственных действий гражданин возвращается домой. А так как он наркозависим, он продолжает изготовление и потребление наркотиков по месту жительства. И даже после осуждения, а 70% притоносодержателей приговариваются к условным срокам лишения свободы, они не меняют образа жизни.
Самый лучший подход в этом случае — не опускать руки, не думать, что вокруг коррупция и сделать ничего нельзя. Необходимо информировать полицию и наркоконтроль о совершаемых преступлениях: обратиться в правоохранительные органы с заявлением, сообщить имеющиеся сведения на «телефон доверия» УФСКН — 335-66-88. Все поступающие сообщения в обязательном порядке регистрируются, в рамках проверки информации осуществляется выезд оперативной группы и принимается процессуальное решение.
Кроме того, наши читатели задали много вопросов, связанных с конкретными адресами, по которым торгуют наркотикам. В интересах дела мы не публикуем их. Вся информация, поступившая от читателей, передана полковнику полиции Н.М. Беседину.
БЕСЕДИН НИКОЛАЙ МИХАЙЛОВИЧ полковник полиции, заместитель начальника управления Федеральной службы Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков по самарской области.
Родился в 1969г.
с 1990г. по окончании вольского высшего военного училища тыла до 1994г. служил в вооруженных силах РФ на должностях офицерского состава. с 1994 по 2003 гг. проходил службу в управлении ФснП России по самарской области.
в 2003 г. зачислен на службу в органы по контролю за оборотом наркотиков в должности начальника информационно-аналитического отдела управления ФсКН России по самарской области. Приказом директора ФсКН России от 8 февраля 2011г. полковник полиции Н. М. Беседин назначен заместителем начальника управления ФсКН России по самарской области.
награжден медалью «За отличие в службе в органах наркоконтроля» III степени, благодарностью директора Фскн России, неоднократно поощрялся руководством управления. Женат, воспитывает дочь.
Общество
Общество
