«Чаще всего меня спрашивают, как я отношусь к Путину». Бывшая самарчанка рассказала о жизни в Канаде

Екатерина Ещеркина покинула Самару в 17 лет. Она переехала в Канаду и стала успешной в чужой стране. Как ей это удалось, sgpress.ru узнал из первых уст.

Многие самарцы покинули наш город и обосновались за рубежом. Многие иностранцы задержались в Самаре на годы. Есть среди них и те, кто счастлив назвать нашу землю второй родиной. Чем отличается жизнь в Самаре от жизни в другом уголке земного шара? Что нам неплохо бы позаимствовать у своих соседей и чему они рады научиться у нас? Об этом рассказываем в рубрике «Перемена мест».

«Менталитет поменялся кардинально»

— Катя, как ты решилась переехать за рубеж?

— Это была мечта моей мамы — жить в США или Канаде. Ею она заразила и меня. Можно сказать, мама отправила меня на завоевание Америки. Это было в 2010 году, сразу после окончания 11-го класса. Едва сойдя с трапа самолета, я поняла: мое место здесь. В Самаре я училась в техническом лицее, там английский преподавали формально, один час в неделю. Поэтому еще до переезда я стала усиленно осваивать язык — самостоятельно и с репетитором. Но в первый год жизни в Канаде все равно было очень тяжело. Язык, который мы учим по книжкам, отличается от того, что потом слышишь на улице. В Канаде я сначала жила в семье, по системе homestay. Много общалась с носителями английского и дома, и в колледже. Со временем разобралась.

— Где ты училась?

— Я училась на медсестру: сначала в колледже, затем в бакалавриате. Первые два года меня «спонсировала» мама. Потом я стала работать в хирургии и смогла сама оплачивать дальнейшую учебу — тут нет бесплатного высшего образования. Надо сказать, что профессия медсестры в России и Канаде сильно отличается. У меня всего четыре-пять пациентов, но я веду их от и до, отслеживаю динамику. Измеряю давление, даю медикаменты, анализирую результаты исследований, решаю, нужны ли человеку консультация врача или направление в реанимацию. Это большая ответственность.

— Не жалела, что послушалась маму?

— Нет. Я несколько раз бывала в России, между семестрами, навещая родных. И поняла: назад не хочу. Мой менталитет изменился кардинально. С семьей мы воссоединились в 2015 году. В Канаде мама не смогла работать врачом, как раньше в России. Получить квалификацию тут сложно, надо заново учиться в интернатуре — три-пять лет. Она освоила смежную специальность: работает на эхофонографе. Брат заканчивает колледж, будет IT-специалистом. Он больше всех из нас скучает по России и, мне кажется, может вернуться в Самару.

— Что вы привезли из России?

— Я приехала в Канаду с двумя чемоданами: одежда, книги, компьютер. А мама перевозила почти все — вплоть до бытовых приборов. Кстати, эта техника оказалась тут почти бесполезной, потому что напряжение в электросети в Канаде 110 вольт, а не 220, как в России. Мама покупала какие-то адаптеры на рынке, они у нее регулярно горели. В итоге все пришлось заменить.

«Конечно, я из КГБ»

— Где ты живешь?

— Сначала я жила в провинции Онтарио, в небольшом городке Китченер. Потом пять лет в Торонто. В 2018 году я переехала на другой конец страны, в провинцию Британская Колумбия, в город Кранбурк. А сейчас живу в Пентиктоне. В конце осени планирую переезжать в Ванкувер, на новую работу.

— Каким был твой круг общения, когда ты приехала в Канаду, и какой он сейчас?

— Сначала я общалась с семьей, в которой жила, с их соседями — они выходцы с Ямайки. Потом познакомилась с русскими ребятами. С канадцами сложно было найти общий язык — они другие книги читают, другие сериалы смотрят. О чем говорить с людьми, у которых другой взгляд на жизнь? Два или три года мне понадобилось, чтобы научиться находить с ними общий язык. Сейчас это в прошлом, даже мой молодой человек — канадец.

— Как канадцы относятся к русским?

— Канада, как и США, страна множества культур. Они складываются в яркую мозаику. Люди тут толерантные. Я никогда не чувствовала себя отторгнутой, непринятой. Многие слышат акцент и интересуются, откуда я. Когда узнают, что из России, сразу спрашивают, что я думаю о Путине. Всех волнуют мои политические взгляды (смеется). Потом спрашивают, не из КГБ ли я. Я отшучиваюсь: конечно, все русские из КГБ.

— Почему вам так нравится жить в Канаде?

— Это очень красивая страна, местами похожая на Россию — и климатом, и пейзажами. Здесь много зелени и очень чисто. Люди приветливые и вежливые — естественно вежливые, это часть их воспитания. К вопросам экологии все относятся трепетно. Мусор сортируют — отдельно пластик, стекло, бумагу. Для таких отходов город предоставляет жителям небольшие контейнеры. Люди держат их у себя дома и раз в неделю выставляют на улицу. Там мусор забирают специальные службы. Привыкнуть к этому было сложно: если положишь отходы не в тот бак, его так и оставят под дверью. А моей маме больше всего нравятся дороги: она до сих удивляется, что за рулем не надо следить, есть ли впереди ямы. Но за этот комфорт мы сами платим. 30% моей зарплаты уходит на налоги. Часть из них — так называемая страховка по безработице. Если ты потерял работу, то можешь получить деньги из этой «копилки». Вообще, социальных программ тут немало. И бездомным платят, и безработным, и инвалидам. Много программ по реабилитации людей с ограниченными возможностями, например для ребят с аутизмом. Все это бесплатно. Я часто вижу, как в России собирают средства на лечение детей. Здесь такого нет. Государство находит способ помочь.

— То есть слухи о платной медицине преувеличены?

— В Канаде бесплатная медицина, за исключением отдельных дорогостоящих услуг. Конечно, если ты только приехал и еще не являешься гражданином страны, страховку нужно покупать. Но даже если ее нет, без помощи не оставят. У нас в госпитале были подобные пациенты.

— Коронавирусная инфекция вас коснулась?

— В нашем городе пока нет ни одного случая COVID-19. Да, людей с подозрением на коронавирус привозят, но пока ни один тест не подтвердился.

Наша работа серьезно изменилась в плане безопасности: теперь мы должны надевать маски, защитные костюмы, очки. Конечно, присутствует стресс — каждый день ждешь, что кто-то заболеет, что кто-то из медиков может заразиться. Наверное, этот момент неизбежен. Я знаю от своих друзей из Онтарио, как они зашиваются на работе, как много у них пациентов с COVID-19.

«Переезд - большой шок»

— Что вы делаете в свободное время?

— Я живу в очень красивом месте: сплошные горы, озера, водопады. Люблю плавать, кататься на велосипеде, проводить время со своей собакой, а еще играю на гитаре, занимаюсь йогой. Стараюсь путешествовать по мере возможностей. Правда, из-за коронавируса об этом временно пришлось забыть. В июле я планировала поехать в Калифорнию на машине — тут совсем недалеко, полтора часа до границы с США. Как гражданка Канады я могу свободно перемещаться по Штатам.

— Были там?

— Да. В Вашингтоне, мне очень понравилось. В Лас-Вегасе отмечала Новый год. А в феврале мы с мамой ездили в Нью-Йорк на День святого Валентина — буквально на один день. Были в восторге.

— Слушая тебя, тоже немного захотелось в Канаду. Насколько реально туда переехать?

— Моя подруга с мужем переехали, наслушавшись моих рассказов. Теперь они живут в Калгари. Я планирую в ближайшее время их навестить. Самый простой способ — приехать учиться. В этой стране ценят людей, которые хотят расти, развиваться. Если ты учишься в Канаде, потом можно получить рабочую визу — так сделала в свое время я. Это небыстрый путь, занимает около пяти лет. Другой вариант — переехать в отдаленную провинцию, такую как Саскачеван или Манитоба. Это территории малонаселенные, с плохим климатом. Канадцы едут туда неохотно, зато иностранцам после шести месяцев работы там дают вид на жительство. Возможности есть. Но переезд — большой шок. Нужно очень хотеть остаться тут, много работать.

По теме

Добавить комментарий

Комментарий появится после модерации.

Газета

Приложение

Close