«Перемена мест»: самарчанка о переезде в Германию, квартирном вопросе и отношении к русским

Девушка рассказала, к чему надо быть готовым, отправляясь в Европу.

Многие самарцы покинули наш город и обосновались за рубежом. И наоборот, есть иностранцы, которые задержались в Самаре на годы. Есть среди них и те, кто счастлив назвать нашу землю второй родиной. Чем отличается жизнь в Самаре от жизни в другом уголке земного шара? Что нам неплохо бы позаимствовать у своих соседей и чему они рады научиться у нас? Об этом рассказываем в рубрике «Перемена мест».

Екатерина Кузнецова уехала в Германию четыре года назад. Сейчас она живет в Берлине и воспитывает маленькую дочку. Девушка рассказала, как здесь решают квартирный вопрос и как относятся к русским.

— Как ты оказалась в Германии?

— Случайно. В Самаре у меня была крайне интересная и насыщенная жизнь. Я училась на радиотехническом факультете аэрокосмического университета. Профессионально занималась конькобежным спортом, была в студенческом активе, организовывала социальные проекты. Один из них даже стал номинантом национальной премии «Гражданская инициатива». Награду мне вручал сам Алексей Кудрин. Кажется, за годы студенчества я попробовала все что можно. В общем, даже не собиралась никуда уезжать, но…

Появился молодой человек, немец. Достаточно долго мы общались дистанционно, каждый день созванивались. Я ездила к нему в Германию как туристка. А потом случилось предложение руки и сердца. И в 2016 году я решилась на переезд.

— Как вы познакомились?

— Я учила английский и искала, с кем попрактиковаться. Зарегистрировалась на одном из специализированных сайтов. Ему понравилось, что в моей анкете в качестве хобби была указана «электротехника». В Германии инженеры очень востребованы, это уважаемая профессия. Где-то год мы дружили, общались на английском, а потом я начала учить немецкий. Подумала, пусть этот язык тоже будет в моем активе.

Я приехала в Берлин с хорошим базовым уровнем, хотя в Германии вполне реально обойтись минимальным словарным запасом. Здесь достаточно большое русское сообщество, можно жить и работать среди соотечественников. Но я ехала учиться, получать «мастера» — это сопоставимо с нашей магистратурой, и язык для меня был важен. Я много общалась с немцами. Грамматика страдала, зато в Котбусе — Брандербургском техническом университете — все хвалили мое произношение. В академической среде меня вообще хорошо понимали. К счастью, многие термины не привязаны к языку: например, резистор практически одинаково звучит и на русском, и на немецком.

— Учеба, любовь — все это очень хорошо звучит. Неужели не было никаких сложностей?

— Были, конечно. Отношения с молодым человеком складывались непросто. В итоге все закончилось катастрофой. Я даже думала вернуться в Самару. Но, вспомнив, сколько усилий и средств потратила на всю эту авантюру, решила: надо идти до конца. К счастью, от своего немецкого друга я уже не зависела: сама себя обеспечивала, жила отдельно.

Из депрессии меня вывела работа: я устроилась сразу в три места. В том числе была переводчиком в немецких больницах, помогала медперсоналу объясняться с нашими соотечественниками. Спустя какое-то время вышла замуж за русского выходца с Украины. Одинаковый менталитет, конечно, много значит. Он тоже инженер: приехал сюда писать диплом и остался. Мы вместе уже три года, у нас растет дочка Ева.

— Где вы живете?

— Мы снимаем квартиру. Надо сказать, что так же поступают 60% немцев: большинство местных жителей предпочитают аренду покупке собственного жилья.

В нашем районе небольшая «двушка» стоит около тысячи евро в месяц. Дело в том, что Берлин — стартап-столица. Сюда приезжают люди со всего мира, в основном айтишники, у которых высокий заработок. Жилья попросту не хватает, поэтому и цены такие. Но ведь тут живут и люди других профессий, которым не по карману такие расходы. Поэтому в Берлине постоянно проходят митинги с требованием решить квартирный вопрос.

— Чем ты занимаешься сейчас?

— Работаю из дома рекрутером: подбираю персонал по Европе. Пока дочка маленькая, мне удобно на удаленке, но вообще я планирую выйти в офис.

— Отдыхать удается?

— С маленьким ребенком и еще подрабатывая? Не особенно. Но недавно мы были на концерте Rammstein. Билеты стоили около 100 евро, и поскольку выступление анонсировалось как последнее, достать их было непросто. Друзья дежурили на сайте, караулили старт продаж. Сервер висел, потому что желающих было очень много. В общем, билеты закончились за 15 минут. Я не очень люблю концерты, но на этот сходила. Еще как-то ездили на Тенерифе: там, кстати, есть вулкан Самара. А в основном отдых для меня — это прогулки около дома. Наш район называется Вильмерсдорф, здесь настолько тихо и спокойно, что слышно, как поют соловьи. Поблизости очень много озер, речек, парков.

— Ты собираешься остаться в Германии?

— Сложный вопрос. Я очень люблю Россию, там живут мои родители. Многие знакомые, которые уехали, например, в Америку, говорят: «Назад никогда!» Я не так категорична. Я не гражданка Германии, но текущая виза позволяет мне пользоваться всеми правами наряду с немцами. А вот у моей дочери два паспорта — русский и немецкий. Когда она станет совершеннолетней, ей придется выбирать, какое гражданство предпочесть.

 — Как твои родители приняли тот факт, что ты живешь за границей?

— Для них главное, чтобы я была счастлива, реализовалась в профессии. Основное переживание, что внучка далеко и они не могут ее тискать каждый день, как другие бабушки и дедушки. Надеюсь увидеть их в Германии после карантина. Да мы и сами планируем прилететь в Самару, когда откроют границы.

— Как немцы относятся к русским?

— Немцы толерантные. Если человек приятный, они относятся к нему хорошо независимо от национальности. В Берлине, как я уже говорила, очень много русских. Мы живем в условно русском районе. Он очень ухоженный, здесь почти нет криминала. Соотечественники, которых я знаю, в основном хорошие специалисты, востребованные и успешные.

Конечно, есть иммигранты, которые приезжают сюда жить на пособие, и их немало. К ним отношение другое. Местные понимают, что часть их налогов идет на содержание этих людей, и это им не очень нравится.

— Как вы живете в условиях пандемии? Получили какую-то поддержку от государства?

— Многие об этом спрашивают. Мы с мужем ничего не получили. Слышала, что дадут 300 евро на ребенка. 10 тысяч евро могли получить представители малого бизнеса.

В целом мы спокойно пережили этот период, но все было очень строго. Я общаюсь с мамой и знаю, что в Самаре люди гуляли по улицам и паркам без масок. У немцев другое отношение к ситуации. Все действительно и маски носят, и дистанцию соблюдают.

— Чем вообще Германия отличается от России?

— В Германии все очень дружелюбные. Ты идешь по улице, и почти все прохожие улыбаются, некоторые здороваются. Самарцы, к примеру, куда более суровые. Еще здесь хорошая экология, недорогие продукты, круглый год свежие овощи и фрукты из Греции и Португалии: тут проще и дешевле правильно питаться.

— Значит ли это, что здесь проще жить?

— Немцу лучше жить в Германии, русскому — в России. Взрослому человеку на то, чтобы адаптироваться в незнакомой стране, надо лет пять, как мне кажется. И все равно не избежать путаницы с налогами, различных ошибок. К примеру, скачивание фильмов с торрентов в Германии чревато чудовищными штрафами. Благо, мне мои ошибки обошлись малой кровью. Я аккуратный и дисциплинированный человек, к тому же мне помогали разобраться в сложных вопросах.

Фото: предоставлено героем статьи

Метки

По теме

Добавить комментарий

Комментарий появится после модерации.

Газета

Приложение

Close