100 самарских художниковКультура

Федор Буров — основатель первой самарской художественной школы и учитель Петрова-Водкина

1 февраля — неофициальный день рождения самарского изобразительного искусства. Почему? Потому что в этот день в 1893 году открылись в нашем купеческом городе «Классы живописи и рисования».

Это было первое местное учебное заведение, в котором обучали изо. Хотя и до того были первые выставки самарских художников, первые попытки создать художественный музей, но любое начинание можно назвать состоявшимся, только когда появляется ШКОЛА.

Земляк

В Самаре школу создал Федор Буров, родившийся в 1845 году в селе Федоровка. Тогда это был Ставропольский уезд Симбирской губернии, теперь — почти Тольятти.

14 лет от роду Федор поступает в Академию художеств. В стенах альма-матер он учится и дружит с великими в будущем русскими художниками. Репин, Боголюбов, Куинджи были его товарищами и единомышленниками. А сам Буров так и не стал особо знаменитым. Он хоть и был фактически из поколения художников, организовавших «Передвижников», но не вступил в товарищество.

Федор Емельянович ездил по России и миру, писал в основном на исторические сюжеты. Тут, кстати, он даже опередил эпоху. В середине XIX века картины исторической тематики были невероятно распространены. Правдоподобность на многих полотнах — в нынешних терминах — «голливудская». Размах тоже был «голливудский»: огромные холсты, с интерьерами, с десятками, а то и сотнями тщательно выписанных персонажей. Таков был стиль эпохи.

Фото Федора Бурова

Буров в своих работах пошел дальше. Он начал писать большие работы, иллюстрирующие литературные произведения. Его самая известная работа — «Шлиссельбургский узник». По сути — иллюстрация к модному в то время роману «Мирович». Была недописанная работа по «Анне Карениной», иллюстрации к «Князю Серебряному», «Смерти Ивана Ильича», портрет писателя Тургенева.

Курсы на Заводской

50 лет прожил художник Буров. Много ли это? Смотря по какому наследию судить. Принято считать, что Буров был талантливее как педагог, чем собственно живописец. Тем не менее у него несколько медалей от Академии и титул «живописца I класса» за «Шлиссельбургского узника», написанного в 1885 году.

У нас нет нужды судить творчество земляка по репродукциям, поскольку работы Федора Емельяновича есть в коллекции Самарского художественного музея. Сходите и посмотрите сами. Это русская реалистическая живопись в прекрасном исполнении. Да, сам Буров гениальным художником не был, зато он сумел создать школу и воспитать выдающихся учеников.

В Самару Буров попал в 1891 году, когда решил открыть курсы по собственной программе. Говорят, что в родную губернию, зная местные нравы, он не очень хотел возвращаться. Буров и в самом деле поехал сначала в Саратов и пытался уговорить местные власти помочь ему. И только когда это не удалось, приехал в Самару.

Здесь дело пошло лучше. Городская дума выделила помещение чуть ниже Алексеевской площади, (сейчас — Революции), на Заводской улице (Венцека), напротив суда. Но на этом помощь властей закончилась.

Буров набрал 10 учеников. Конечно, он как человек своей эпохи сделал выбор не в пользу сыновей купцов, а простых детей — из семей ремесленников, мещан, крестьян. Платить они не могли, поэтому школа все время работала «на продажу». Ученики рисовали картинки с примитивными сюжетами, которыми торговал на ярмарках сам Буров.

Но его ставка на таланты из народа была верной. Одним из первых к нему в класс пришел сын волжского грузчика Кузьма Петров-Водкин.

Великие ученики

«Не сразу вошел я в подъезд «Классов живописи и рисования». Застенчивость водила мои ноги взад и вперед мимо входа. Наконец, отчаявшись, проскочил я в парадное и поднялся по лестнице до двери с визитной карточкой. На ней было мелко награвировано: «Федор Емельянович Буров, императорской Академии художеств классный художник первой степени».

Это было невероятно: здесь был конец моим исканиям! Скатился я с лестницы, не помня себя, чеканя в мыслях: «Императорский художник первой степени».

Конечно, блуждал городом, ночью поминутно просыпался от кошмаров, загораживающих мне входы, и только на следующий день отважился дернуть за ручку звонка классов. Открыл мне дверь сам художник, с седеющей бородой и с волосами, вьющимися над лысеющим черепом. Впечатление от встречи было хорошее. Мягкость и доброта были в голосе и в жестах Федора Емельяновича».

Портрет удожника Воронова, который написал художник Буров

Так описывал свою встречу с Буровым его самый выдающийся ученик — Петров-Водкин.

В своей книге «Пространство Эвклида» он подробно изложил самарский этап биографии, с благодарностью вспоминал Бурова и не раз отмечал, как тяжело и беспросветно жил художник в купеческом городе. Но всеми путями старался дать максимум знаний своим ученикам. И те оказались как на подбор!

Буров, кроме Петрова-Водкина, открыл путь в искусство Константину Горбатову — выдающемуся русскому художнику с трудной судьбой. Его учеником был и Георгий Подбельский — один из лидеров художественной жизни Самары в первые годы после революции.

А еще в мастерские захаживал Владимир Ульянов. Он работал напротив, в суде. Так что Петров-Водкин впервые увидел вождя мирового пролетариата здесь, в Самаре, на Заводской. И на его знаменитом портрете Ленина, наверное, есть немного от молодого и веселого присяжного поверенного Володи.

Самара-мачеха

«Хоронили скромно. Кроме своих, за гробом шли пожилая дама в черном — первая жена Бурова, какой — то высокий, очень развязный молодой человек, руководивший похоронами (этот юноша и на последующее время застрял при разваливающейся школе), да еще два чиновника городского управления улицы две сопроводили процессию и скрылись».

Это снова воспоминания Петрова-Водкина.

Буров продержался в Самаре недолго. В 1893-м открылись его курсы, а через два года он умер от туберкулеза. Академия художеств отказалась включить «Классы» в свою программу, то есть не поддержала художника. Городские власти тоже не хотели идти навстречу. Вместо образования и просвещения Бурову с учениками приходилось заниматься коммерческими заказами, вывесками.

Федор Емельянович угас на руках у жены и учеников. Но самарское искусство уже началось. И сегодня, 127 лет спустя, можно сказать, что его праведное служение не было напрасным — он вырастил выдающихся учеников.

Забвение?

В Самаре нет улицы Бурова, нет доски на улице Венцека, хотя дом, где находились курсы и жил сам художник с семьей, к счастью, уцелел. Хорошо, что сохранились его работы. Это, кстати, еще одно подтверждение уровня Бурова, ведь кроме нашего Художественного, они хранятся в Эрмитаже и Русском музее.

. Картина Федора Бурова «Шлиссельбургский узник», за которую он был удостоен звания художника исторической живописи

Имя Федора Емельяновича почему-то не появилось в реестре выдающихся личностей, который был предложен к обсуждению в начале 2020 года областным минкультом и комитетом «Культурная Самара». Быть может, хотя бы к 130-летию открытия курсов Бурова нам удастся увековечить его память.

Этот человек принес свою жизнь и талант в жертву нашему городу. Чтобы в Самаре появилось искусство. Это не пафос, а реалии, для русского художника, интеллигента и разночинца, такая судьба в XIX веке была правильной, честной. Жизнь коротка — искусство вечно. Но даже эта короткая жизнь достойна памяти.

Метки

По теме

Добавить комментарий

Комментарий появится после модерации.

Газета

Приложение