В плену у благодетеля-2

Получив чужую квартиру, он «отблагодарил» ее владелицу

Окончание. Начало в №123 от 8.07.2011 года, №128 от 15.07.2011 года, №133 от 22.07.2011 года

Татьяна Владимировна Тезикова – личность в Самаре известная. Благодаря этой удивительной женщине Самарская Лука получила статус национального парка. Жить бы ей поживать, наслаждаться жизнью. Любоваться природой. Но вместо заслуженного отдыха она оказывается взаперти у человека, который обещал о ней позаботиться. Судьбой Татьяны Владимировны обеспокоены ее бывшие коллеги, сотрудники музея им.Алабина, ее друзья, соседи, волонтеры региональной организации «Старость в радость».

У закрытой двери

Стучим в дверь квартиры, в которой на­ходится Татьяна Владимировна Тезико­ва. Нас четверо: помощник прокурора Про­мышленного района, участковый уполномо­ченный, работник музея и автор этих строк. Татьяна Владимировна извиняется за то, что не может открыть нам дверь. Без ее благоде­теля, как правило, туда не попасть. С помощ­ником прокурора Анастасией Каравайце­вой и работником музея Ларисой Степчен­ко отправляемся к нему домой.

Сюньков негодует: кому жаловалась Та­тьяна Владимировна? Кому? Она счастлива. А он святой человек. И заботится о ней ис­ключительно из-за человеколюбия. Помощ­ник прокурора замечает, что соседи говорят, что с Татьяной Владимировной он обращает­ся плохо.

Ответы господина Сюнькова на вопро­сы работника прокуратуры сбивчивы и про­тиворечивы. Документа на бывшую кварти­ру Тезиковой он так и не показывает. Сюнь­ков предлагает выслушать саму Татьяну Вла­димировну.

И вот мы все вместе отправляемся на улицу Александра Матросова. Татьяна Вла­димировна взволнована: а вдруг ее благоде­тель подумает, что она, находясь взаперти, все-таки нашла возможность на него пожа­ловаться? Приходится ее успокаивать и при Сюнькове объяснить, что за нее волнует­ся много людей. И именно они обратились в прокуратуру города. Кстати, то, что она бо­ится своего благодетеля, замечено многими. Он нам пытается внушить, что дверь легко открывается изнутри. Но на вопрос работни­ка прокуратуры, может ли она открывать и закрывать дверь, Татьяна Владимировна от­вечает, что этому просто не обучена. Призна­ется, что покидает стены квартиры редко: не смеет просить Геннадия Константиновича о прогулках.

Во время этого визита в квартиру мы за­метили в ней некоторые изменения. Вернее, новые декорации. На видном месте появился телефонный аппарат, а над ним — листок бу­маги с телефонами благодетеля. На кухне – электрочайник. Прогресс, да и только…

Уходим от Татьяны Владимировны с тя­желым сердцем. Поговорили, пошумели, а она вновь остается взаперти.

Людмила Викторовна Гусева решила взять с собой Татьяну Владимировну в от­пуск. Казалось бы, чего проще. Главное – ее согласие. Сюньков ей никем не приходится. Но это выливается в целую эпопею.

Сначала, конечно, нужно заручиться со­гласием Татьяны Владимировны. И вот мы снова под дверью.

— Досадно, что люди ко мне не попадают, — сокрушается пленница.

Очень оживляется, услышав приглаше­ние в гости:

— Почему бы не поехать? Тем более в Бу­зулукский бор!

Она с горечью говорит, что нигде не бы­вает. Наверное потому, что никому не нужна.

Убеждаем ее, что это не так.

— Рада бы все наладить, но не знаю, как это сделать, — сетует Татьяна Владимировна. Да, она недовольна ситуацией, но выхода не видит.

Операция по освобождению

Для того чтобы взять человека на отдых, пришлось проводить операцию по ее осво­бождению. С помощью двух прокуратур, го­родской и районной, и отдела опеки Про­мышленного района. И снова все возле две­ри невольницы. Верный номер телефона в квартире, где закрыта Татьяна Владимиров­на, нам дают соседи. И вот Гусева набирает его.

— Людочка! – радуются на том конце про­вода. Да, она хочет в гости!

Но не взламывать же дверь квартиры Сюнькова? Помощник прокурора и работ­ник отдела опеки отправляются к нему до­мой. Возвращаются ни с чем. Телефоны от­ключены, дверь никто не открыл. Остави­ли ему приглашение явиться завтра в отдел опеки. Но он туда не пришел. Тогда по пору­чению городской прокуратуры ему была на­значена встреча на улице Александра Матро­сова, на которой в присутствии работников прокуратуры и отдела опеки Татьяна Влади­мировна подтвердила свое желание поехать в гости. Надо заметить, что Людмила Викто­ровна Гусева была вынуждена в этой ситуа­ции обратиться за помощью в прокуратуру.

Был назначен день отъезда Татьяны Вла­димировны. И в ожидании этого радостного момента мы устремились по тому же злопо­лучному адресу. Кстати, раздавались звонки и от других желающих забрать к себе Татья­ну Владимировну. Позвонила и эколог с Са­марской Луки. Оксана. Договорились мы с ней встретиться на следующий день. Но ка­ково было мое удивление, когда она вско­ре перезвонила мне: она мчалась на такси по Самаре. И вот мы едем к Татьяне Влади­мировне вместе. Оксана говорит, что целую ночь не спала, узнав, в какой ситуации нахо­дится Тезикова. Последние четыре года она так мечтала о встрече с ней, но ничего не по­лучилось.

Глоток свободы

Господин Сюньков в очередной раз всех удивил. Он потребовал с Людмилы Викто­ровны расписку о «получении» у него Татья­ны Владимировны, перепутав ее с собствен­ностью. Но ведь она свободный дееспособ­ный человек. Прокуратура дала ему по это­му поводу разъяснения. По телефону. А еще он утверждал, что пять минут назад Татья­на Владимировна сказала ему, что не хочет ехать в гости. Тут уж Татьяна Владимировна не выдержала:

— Не говорила я такого.

И вот мы все у подъезда. Оксана предла­гает отправиться на Самарскую Луку, Люд­мила Викторовна – в Бузулукский бор.

— Я все хочу! – улыбается Татьяна Влади­мировна.

Наконец-то отъезжаем от дома, от ее одиночной камеры. С лица Татьяны Влади­мировны не сходит счастливая улыбка!

— Я думала, что у меня все в прошлом, — говорит Татьяна Владимировна, не переста­вая улыбаться.

Вырвавшись на свободу, она гуляет по ле­су и саду. Радуется каждому листочку и цве­точку, перебирает каждую травинку. Сидит на травке.

Правда, некоторым вещам ей пришлось учиться заново. Находясь взаперти, в от­вет на вопрос кушала ли она сегодня, Та­тьяна Владимировна с иронией отвечала, что у нее как-то не возникала такая мысль… В первый день долгожданной свободы она почти два часа ела пару ложек каши, очень долго пила полчашки молока. И успокаивала окружающих: «Не волнуйтесь, я очень долго могу не есть». Сейчас все приходит в норму. Она как ребенок радуется чаю с сахаром, ку­сочку сыра, кусочку шоколада. Татьяна Вла­димировна с удовольствием смотрит телеви­зор. Играет с детьми. Очень хочет читать. Да вот очков для чтения у нее нет.

— Они, наверное, дорогие? – интересуется Татьяна Владимировна.

В ближайшее время ее покажут окулисту, отведут к другим врачам. Проблемы есть.

Во вторник мы навестили Татьяну Влади­мировну. И порадовались за нее. Правда, она часто вспоминает свою квартиру на улице Челюскинцев и говорит, что уезжала из нее с большим нежеланием. Рассказывает о сво­ей любимой Самарской Луке, национальном парке, беспокоится о будущем России. Ведь она всю свою жизнь посвятила ей.

«СГ» продолжает следить за тем, как сло­жится судьба Татьяны Владимировны Тези­ковой.

РАДОСТНАЯ ВСТРЕЧА у подъезда дома ТАТЬЯНА ТЕЗИКОВА: как здорово в саду!

ВОПРОС |

Галина Маевская, редактор журнала «Самарская Лука»:

В публикации Татьяны Марченко «В плену у благодетеля» прозвучала знакомая горожанам фамилия — Сюньков Геннадий Константинович. Всего несколько лет назад, будучи заместителем главного редактора газеты «Волжская Заря», Ген­надий Константинович через публикации своих стихов претендовал на роль нравственного во­ждя самарцев. Как же так случилось, что вы, Геннадий Констан­тинович, совершили не просто нравственное, но и уголовное преступление? Вы лгали нам, своим читателям, нам стыдно за вас и жалко, что про­снувшийся в вас Хам убил ваш талант и душу.

Читай, где удобно