Лента новостей

Райнер Гро, учитель русского из Германии о самарских школьниках, встрече с Горбачевым, стереотипах о России

В этом году исполнилось десять лет установлению партнерских связей между гимназиями №4 в Самаре и имени Лейбница в Штутгарте. В интервью «СГ» учитель русского языка, куратор немецко-российских образовательных проектов Райнер Гро рассказал об изучении русского в Германии, судьбоносной встрече с Михаилом Горбачевым и связях молодежи в непростой международной обстановке.

— Вы не первый раз в Самаре. Как изменился город?

— В первый раз мы приехали сюда десять лет назад, 4 февраля. Снега было намного больше, чем сейчас, и было холоднее. Город сильно изменился. Видно, что Самару готовят к Чемпионату мира по футболу. Делают хорошие дороги. Теперь здесь есть новый современный аэропорт. Из него в город нас везли по старой дороге, чтобы издалека показать строящийся стадион. Ну и конечно появилось много современных красивых зданий. Что касается гимназии №4, то тут перемены тоже существенны. Появилось много современного оборудования. Например, в каждом кабинете сейчас есть проекторы. В 2008 году на всю школу было всего два кодоскопа. Сейчас оснащение здесь лучше, чем в нашей гимназии имени Лейбница.

— В вашей гимназии в Штутгарте русский язык начали изучать в 1964 году. Кто стоял у истоков?

— Первопроходцем у нас стал Гельмут Кёле. Его в конце Второй мировой войны буквально забрали со школьной парты и отправили на Восточный фронт. Он совсем не хотел воевать, но за отказ тогда сразу ставили к стенке. Гельмут попал в плен на территории нынешней Литвы. Его отправили в район Сызрани строить дороги, потом попал в Воркуту, где он работал в шахтах. Там же он учил русский язык с помощью одного старого немца. Гельмут писал буквы на снегу или на песке. При этом надо было быть осторожным, потому что охрана заниматься такими делами не давала. И когда сейчас у нас ученики жалуются, что русский язык учить сложно, я привожу пример того человека и говорю: вот, как на самом деле сложно. После плена Гельмут вернулся домой, поступил в университет и продолжил учить русский на филологическом факультете университета. В начале 60-х он начал работать и преподавать русский язык.

— Как это стало возможным? Ведь отношения между СССР и западными странами были не самые лучшие. А Штутгарт находился в ФРГ.

— Тогда как раз была хрущевская «оттепель». В это время легко было ввести изучение русского в гимназии. Основным иностранным у учеников был английский. Второй язык выбирали либо латынь, либо французский. Третьим языком был русский. И у учеников появился определенный интерес к нему. Я добился того, чтобы они в качестве второго иностранного языка, наряду с французским, могли выбирать и русский. Но за то, чтобы его изучали постоянно, надо было бороться. Во-первых, русский язык непростой. Во-вторых, Советский Союз конечно считался враждебной страной. А образование всегда тесно связано с политикой. В начале 70-х годов и в других школах в Штутгарте начали изучать русский, потому что Вилли Бранд начал проводить новую восточную политику, открыл, можно сказать, дорогу в Варшаву и Москву. Это очень помогло. Потом началась Афганская война, и интерес к русскому языку резко упал. Когда в СССР пришел к власти Горбачев, все опять изменилось.

— Расскажите о своей встрече с Горбачевым.

— В 1989 году Михаил Горбачев приехал в Бонн, где встретился с руководством нашей страны. Премьер-министр Баден-Вюртемберга, нашей федеральной земли, пригласил Горбачева в Штутгарт. Остальные земли тоже хотели видеть его у себя, но он согласился только на Штутгарт. На улицах его встречали десятки тысяч людей, все хотели видеть Горбачева. Главное мероприятие было в одном из дворцов. Туда пригласили 200 самых знатных людей земли. Я был в их числе и решил, что обязательно надо взять с собой своих учеников. Наш премьер-министр начал представлять присутствующих. Он знал, что в зале есть ученики и спросил: «Где они?». Я сказал: «Мы здесь». Горбачев приблизился, увидел меня и подал руку. Я тогда подумал, что раз мне представился шанс, то обязательно надо представить моих учеников Горбачеву. Я уловил момент, когда наш премьер-министр отвлекся и обратился к Горбачеву, начал представлять ребят. Потом все обратили на это внимание, вокруг нас столпились журналисты. Последней я представил лучшую ученицу. Она была победителем олимпиады по русскому языку в ФРГ. У нее произношение было лучше, чем у переводчиков первых лиц государства. Она не переводила в голове фразы, как это делают обычно все ученики. Она думала на русском. Горбачеву так интересно было с ней общаться, что не хотел заканчивать разговор. Большое впечатление эта встреча произвела и на наших учеников. Это помогло мотивировать других школьников изучать русский.

— Как вы начали школьные обмены с Самарой?

— Они начались в 2007 году. В октябре в гимназию №4 приехал директор господин Крюгер, два учителя и еще две ученицы. В феврале 2008 был задуман интересный проект «Учительский десант», в котором преподаватели должны были приезжать и вести уроки по разным предметам на немецком языке. Мне предложили в нем поработать. Это показалось мне интересным. И я увидел, что русская провинция, в кавычках, лучше, чем Петербург. С питерской гимназией мы вели интенсивный обмен до 2005 года, до моего выхода на пенсию.
 
— В Германии интерес к русскому языку сейчас повышается?

— Многие из тех, кто учил его раньше, занимают хорошие должности. Например, из «горбачевских»: одна – профессор берлинского университета, еще один бывший ученик руководит центральным отделом министерства иностранных дел, другой руководит отделом Мерседес Бенц. Что касается интереса сейчас, то играет роль тот факт, что в 90-е годы в Германию из России стали массово переезжать потомки немецких переселенцев. Это отпугивает коренных. Ведь русскому немцу легче учить русский язык. Он и так его знает. Он получает пятерки, а коренной немец, который хоть и старается, получает четверки. На французском и английском он же может получить отметки выше. Эти языки для них легче.

— Сколько ребят сейчас учат русский язык в гимназии имени Лейбница?

— Примерно 10-20 человек.

— Напряженные отношения между странами сказываются на выборе учеников?

— Не очень. У нас был большой французско-немецко-русский проект, посвященный Первой мировой войне. Поездка в Самару должна была состояться как раз тогда, когда Россия присоединила Крым. Родители, особенно с французской стороны, очень боялись отпускать своих детей. Я с ними переговорил, и развеял их страхи. Во время поездки все увидели, что русские живут и хотят жить в мире со всеми. Этот проект имел большой успех. Документацию по нему я передал Герхарду Шрёдеру лично и попросил его передать ее Владимиру Путину. Они же в дружеских отношениях. Ведь было бы хорошо, если бы руководители государств видели, что делает молодежь, как нас сближают общие дела. Шрёдер сказал, что это будет сложно осуществить, потому что с Путиным они сейчас практически не видятся.

— Легко ли соглашаются немецкие учителя на поездку в Россию?

— Им это интересно, поэтому они в этом участвуют. Поездки происходят в каникулы. По большей части, за счет учителей. Они едут в Россию вместо отдыха на Тенерифе или Канарах, который обойдется намного дешевле. А впечатления у них от России всегда положительные. Коллеги, которые никогда до этого не бывали здесь, испытывают неимоверный восторг. Я не знаю ни одного человека, который побывал в России, и говорил бы, что ему тут не понравилось, что находится тут неприятно.

— А что можно сказать о наших школьниках?

— От ребят учителя просто в восторге. С ними хорошо работать. Дисциплина здесь другая, и отношение к делу другое. Что касается языка, то учителям иногда приходится повторять какие-то фразы, но понимание друг с другом они всегда находят без помощи учителей немецкого.

— Как дети в Германии воспринимают российские реалии? Что их удивляет?

— Самое заметное – питание. Оно очень плотное. Девушки, которые жили в семьях, жаловались, что уже на завтрак им давали мясо или колбасу. Вообще есть еще стереотипы о России, которые не соответствуют действительности. Например, в 90-е годы многие думали, что Россия — страна преступников, и если приехать сюда, то за каждым углом вас будут ждать бандиты, чтобы напасть и ограбить. У меня за более чем 50 поездок сюда не было ни одного такого случая.

 

Метки
Показать ещё

По теме

Добавить комментарий

Комментарий появится после модерации.

Газета

Приложение