Исторические версии

О русских французах, чьи предки сто лет назад покинули Самару. Часть третья

Французский гражданин Миша Румянцев обратился в Альянс Франсез Самара с просьбой помочь восстановить детали жизни семьи его отца Николая Румянцева в нашем городе. Сотрудники организации заручились помощью журналиста «СГ». Несколько месяцев совместных с французским архивистом Оливье Тома поисков позволили нам набросать историю жизни самарской семьи, члены которой потеряли друг друга из виду во время Октябрьской революции и гражданской войны.

Дворяне Цвилиневы

Так или иначе, прибыв по железной дороге или нет, штабс-капитан полевой артиллерии в отставке Николай Михайлович Румянцев оказывается в Самаре. Здесь, согласно записи в регистрационной книге Ильинской церкви, венчается с девицей Валерией Николаевной Цвилиневой. Она также из старинного боярского рода, представителей которого находим даже среди опричников Ивана Грозного. А одна из Цвилиневых — Елена — была долгое время официально признанной фавориткой царя Николая I.

Как следует из архивных документов, интересным человеком был отец Валерии — Николай Иосифович Цвилинев. Вот должности, которые он исполнял в Самаре. До 1908 года — помощник надзирателя акцизного ведомства, до 1906 года — коллежский асессор. С 1903 года — член правления Самарского фотографического общества.

Оказывается, предок лионского художника также обладал тягой к прекрасному. И фотография не была для него просто новомодным хобби. Она стала делом всей жизни. По словам Николая Цвилинева, он пристрастился к светописи еще в молодости, живя в Санкт-Петербурге. В 1869 году смастерил своими руками собственную фотокамеру. Затем его, должно быть, направили на службу в Оренбург. Ведь именно там в 1874 году рождается Валерия. Семья Цвилиневых переезжает в Ставрополь, затем в Самару.

Первый фотохудожник
Николай Иосифович одним из первых додумался печатать большие фотографии видов Самары и выставлять их публично. Они привели горожан в восторг. Газеты называли их «выдающимися произведениями искусства». Воодушевленный одобрением публики, Николай Цвилинев экспонируется в России и за рубежом. Своим триумфом в качестве фотохудожника он считал участие в международной выставке в Каннах.

В документах упоминаются также сын Николая Иосифовича Владимир 1884 года рождения и жена сына Евгения Аполлоновна Матвеева, домашняя учительница. Существует запись о смерти «от воспаления кишок» в 1883 году еще одного сына Николая Цвилинева — Михаила.

Были и еще дети. На присланной из Франции фотографии семьи Цвилиневых-Румянцевых, сделанной в Самаре, во втором ряду стоят младшие — Мария и Николай, замыкает ряд уже известный нам Владимир. Сам Николай Иосифович сидит в первом ряду, самый крайний слева. Рядом с ним Мария Осипова, и кто эта пожилая женщина — пока неизвестно.

О чем рассказал старый снимок
Если о тесте Николая Михайловича Румянцева известно многое, то о нем самом мы можем пока судить только по церковным книгам и семейным преданиям. Записи все той же Ильинской церкви и Самарского кафедрального собора свидетельствуют о рождении у Николая и Валерии Румянцевых нескольких детей. В 1898 году — Юлии, в 1899-м — Елены, в 1900-м — Николая.

Возвращаемся к фотографии семьи Румянцевых-Цвилиневых в Самаре. После переписки с французами узнаем: самая крайняя справа — Валерия Николаевна Цвилинева, слева от нее — ее муж Николай Михайлович Румянцев.

Между взрослыми расположились дети: Юлия, Николай, Елена. Причем французы почему-то думали, что мальчик посередине — это сын Николая Михайловича от второго брака. Мы посчитали, что это неверное утверждение и на фото в центре наш герой из Лиона — Николай Николаевич в возрасте около десяти лет.

В самарских церковных архивах есть запись (и это тоже было неизвестно французским родственникам) о том, что в 1902 году у Валерии Николаевны и Николая Михайловича родилась еще одна рано умершая дочь, названная в честь матери Валерией. Вероятно, смерть ребенка подкосила Валерию Николаевну. Сохранился акт о ее смерти, датируемый 1911 годом.

Семейная трагедия
В это тяжелое время забота о сиротах, скорее всего, пала на плечи деда — Николая Иосифовича. Как человек просвещенный и довольно состоятельный, он постарался дать внуку и девочкам хорошее образование. Отправил их на учебу в гимназию.

Коля оказался особенно способным к искусству — музыке и рисованию. И дед сделал все, чтобы развить его таланты. Музыкой мальчик занимался особенно серьезно. Не просто тренькал на пианино, а взялся за освоение одного из самых трудных инструментов — виолончели. Значит, ему оплачивали частные уроки. А в Самаре жил в то время какой-то прекрасный виолончелист. Поскольку полученной в родном городе подготовки Николаю Николаевичу хватит, даже спустя годы, для поступления в Московскую консерваторию.

Согласно семейным преданиям, его отец Николай Михайлович Румянцев не слишком долго горевал по усопшей супруге. Некоторое время спустя он создал новую семью, в которой появился ребенок по имени Михаил. В 1915 году мальчик внезапно умирает. И Николай Михайлович почему-то считает себя повинным в его смерти. Его новая супруга, вероятно, так- же его упрекает, и он, не выдержав скандалов и обвинений, уходит из дома. Дальнейшая судьба строите- ля Транссиба Николая Румянцева семье неизвестна. Надвигался переломный 1917 год. В гуще исторических событий, развернувшихся в то время в России, затерялись следы этого незаурядного человека. На дорогах Первой мировой? Гражданской войны? Революции? Кто знает…

Из «Книги Кити»:
1917 год. И вот пришла она, мартовская революция «в венчике из роз», как писал поэт, почти без кровопролития. Царь Николай II не потребовал, чтобы его долго убеждали сложить с себя тяжелое бремя «шапки Мономаха», в тот час, когда увидел в числе делегатов по поводу его отречения заведомо преданных ему интеллигентов, таких как Шульгин. Отказался сначала за себя, сейчас же за малолетнего сына в пользу Михаила Александровича. Но и Михаил Александрович заявил, что примет жезл правления только из рук свободно избирающего его народа русского. Что было дальше нам, находившимся при резервном госпитале вблизи фронта, трудно было знать в точности, так как газеты много врали. Наконец стало известно, что у нас провозглашена республика и назначено (кем?) Временное правительство, в коем Саша Керенский имел почему-то два министерских портфеля, как будто в России уже не стало людей, достойных быть министрами».

Окончание следует.

Часть первая
Часть вторая

Показать ещё

По теме

Добавить комментарий

Комментарий появится после модерации.

Газета

Приложение