Код культуры

Джентрификация: новая жизнь «старой» Самары

Наследие мало сохранить, его надо грамотно и, простите, рационально использовать. Даже духовное наследие.

Впрочем, с ним проще. Вот дом, где родился великий режиссер, в нем открыт музей, хороший и современный, туда водят туристов и школьников. Сквер и памятник Эльдару Рязанову стали одними из популярных мест для селфи. А как быть с теми домами, в которых не родился никто знаменитый?

Центр города перед Чемпионатом мира по футболу привели в порядок, небывалый за всю историю Самары. Но это были огромные усилия и ресурсы. И сегодня недостаточно определиться с тем, как поддерживать в должном виде уже отреставрированное. На очереди — полномасштабная реновация исторического центра, о которой губернатор рассказывал на встрече с президентом.

В центре Самары сотни домов, которые не могут претендовать на причисление к объектам культурного наследия, не являются уникальными, но формируют при этом уникальную городскую среду. От физического уничтожения — сноса — их скоро защитят статус исторического поселения и постепенное введение охранных зон. Наверное, найдутся и деньги на дальнейшую реставрацию зданий, но это все для благостной декорации, но не для современного города, удобного жителям и привлекающего туристов из любых уголков планеты.

Оживление старого города — джентрификация. Что это значит? Если совсем общими словами — это когда в старом городе становится интересно и удобно жить и бывать. Джентрификация бережно относится к памятникам и объектам исторического наследия. Но до недавнего времени экономический аспект этого процесса сводился к единственной идее — происходит сегрегация и в центре города поселяется более состоятельная публика. Чем богаче, тем лучше городу. Как следствие — открываются рестораны, магазины, ателье, модные заведения и так далее. Жизнь бурлит. Это работает, но даже на Манхэттене, где земля дороже золота, продолжают строить социальное жилье. Потому что эффективная джентрификация происходит только там, где взаимодействуют самые разные социальные группы и интересы. И это взаимодействие не описывается процессами экономики.

Не самые богатые, но активные социальные группы, например, художники, создавали привлекательность отдельных районов еще в позапрошлом веке. И они же не позволяли районам превратиться в обычную «золотую милю» — лакомый кусок, проглоченный девелоперами. И, конечно, очень важен культурный, духовный аспект джентрификации — когда в старые районы при- ходят художники, дизайнеры, артисты, они бережно сохраняют старое и вдыхают в него новое. Наследие начинает работать с новой силой.

Приведу небольшой пример из самарской джентрификации. Художник Александр Бердин, делавший календарь для нашей газеты, сейчас открыл гончарную мастерскую и учит людей одному из первых ремесел. Нельзя сказать, что это все было бы хуже в хрущевке, но старый, красного кирпича дом, зеленая и уютная Чапаевская добавляют мастерской очарования. И сама мастерская кажется здесь не просто уместной — она это место по-новому оживляет.

Даже барбершопы, на которые ворчат самарские обыватели — сколько же можно их открывать?! — тоже часть процесса джентрификации. Сейчас она идет стихийно и очень медленно. Но какие есть альтернативы сохранению исторического центра через его джентрификацию?

Скорее всего, сдача девелоперам и продолжение уничтожения. Интересы застройщиков в центре Самары, увы, противоречат и интересам развития города, даже в краткосрочной перспективе, и интересам жителей центра. Более того, как показывает самарская практика, ничего, кроме разрушения, их комплексная деятельность в центре не приносит. Ну и, конечно, девелоперы не будут озабочены сохранением наследия. Это также известно на массе примеров.

Джентрификация предполагает мягкие методы изменения среды и не слишком пафосные проекты. Она уже идет, никого не спрашивая. В центре города все больше и больше маленьких магазинчиков, мастерских, кофеен. Медленно, но верно возвращается жизнь в самую старую часть города. За последние 10 лет только в Самарском районе открылось более 50 заведений общепита! Правда, многие из них уже и закрылись, а среди работающих есть такие специфические, как «Чифирная» на той же Чапаевской, но в целом процесс социально-экономического оживления старого города начался.

Теперь очень важный вопрос: как будет в нем участвовать муниципалитет? Ведь по идее процесс джентрификации должен направляться городскими властями — не только теми подразделениями, что ответственны за вопросы строительства и архитектуры, управление имуществом и поддержку малого бизнеса, но и культуру, и образование, и туризм. Программы должны быть для тех, кто хочет развивать малый бизнес в старом центре, потому что без городских властей этот процесс не пойдет. И без оживления центра, без джентрификации не получится провести обещанную реновацию исторического центра.

Потому что для сохранения памятников и исторической среды необходимо, чтобы появилось достаточно много заинтересованных горожан — не только жителей, но и собственников, арендаторов, работников, которым этот новый комфортный город будет родным. И своим. Это же, кстати, поможет решить и проблему с миграцией молодежи. Джентрификация — не панацея, но едва ли не единственный наш шанс на сохранение исторического, без кавычек, центра и наполнения этого центра новой жизнью. Из питательной почвы нашего великого прошлого пусть растет наше смелое будущее!


От чего защищать наследие старой Самары?


 

Метки
Показать ещё

Добавить комментарий

Комментарий появится после модерации.

Газета

Приложение